Глава 18. Ужин

В обеденный зал мы вошли за пару секунд до объявления о прибытии герцога Демийского с виконтессой Новрок.

Я только успела окинуть заинтересованным взглядом просторное помещение замкового обеденного зала. Грубо обтёсанные каменные стены, украшением которых служили гербы, знамёна и оружие. Пол, гладкий от ног множества проходивших здесь за века существования замка людей. В том, что замок был древним, сомнений не возникало. Массивная дубовая мебель, выглядевшая грубо сколоченной против изящной мебели в доме герцогини Виленийской. Скорее всего, эта мебель была старинной, а не современной.

Пространство зала было разделено на две зоны: обеденную и для отдыха. В обеденной зоне стоял сервированный стол и только и ждал гостей, зазывно источали ароматы блюда — шедевры кулинарного мастерства повара.

Принц вежливо ответил на приветствие хозяина и протянул конверт со словами:

— Магистр Мелфи, мы с моей невестой, леди Ангеликой, приглашаем вас на нашу свадьбу. Маг поблагодарил и заверил, что безмерно рад.

Блондинка сияла улыбкой, вцепившись в локоть принца, вызывая у меня глухое раздражение, то ли своим счастливым видом, то ли самим фактом существования.

Завершив положенные при встрече ритуалы, магистр пригласил всех за стол.

Милорд Мелфи придвинул мне стул прежде, чем сесть во главе стола. Присутствующих было немного: магистр, его сын, графиня с мужем, я и принц с невестой. Жаль, герцогини не было. Её бы я увидела с удовольствием. Не мешало бы извиниться за учинённый разгром в её доме.

За столом я оказалась между магистром и принцем. Невеста принца сидела напротив него, графиня — напротив мужа, маркиз Аластер — слева от отца.

За столом было не принято разговаривать до смены блюд. Поэтому все молча наслаждались великолепно приготовленными на ужин блюдами: тушёными овощами, жарким из мяса, тонко нарезанными сырами, окороками, нашпигованными тушками миниатюрных птиц, паштетами, рыбой — тушеной в сливочном соусе, жареной кусками, фаршированной, и ароматным хлебом. Я была жутко голодна, учитывая, что за четыре последних дня единственным моим питанием был сок неизвестно из чего.

Приборы на столе были более-менее знакомы. Вилки, правда, были с двумя зубцами. Ножи

— остро заточенные, с тонким кончиком, а не закруглённым, как у наших столовых. Птицу ели руками, отрывая кусочки и не стесняясь облизать пальцы.

Магистр чётко следил за наполненностью моей тарелки и подкладывал лакомые кусочки. Принц подливал в бокал воду. От вина я на всякий случай отказалась. Мало ли, как оно на меня подействует. Расслаблюсь и перестану контролировать себя. А оно мне надо? За прошлый раз ещё было стыдно.

Есть я старалась неспешно, тщательно пережёвывая каждый кусочек и стараясь не обращать внимания на принца справа от себя. Он вызывал во мне противоречивые чувства: он мне нравился и в то же время безмерно раздражал. Подобное я испытывала как раз по отношению к Матвею, пока окончательно в нём не разочаровалась после случая с подругой.

Когда все утолили первый голод, за столом завязалась беседа.

— Магистр, когда я смогу побеседовать с леди Мирой? — нетерпеливо спросил принц. — Вы её стабилизировали?

Такое впечатление, что он только и ждал момента, когда можно будет заговорить обо мне. Принц искоса поглядывал на меня с каким-то «гастрономическим» интересом. От таких взглядов я невольно передёрнула плечами и сместилась на стуле в сторону магистра, неожиданно чувствуя себя рядом с ним более защищённой.

— Ещё рано говорить об этом. Девочка только пришла в себя. Насчёт беседы, пожалуй, можно, но только в моём присутствии. И на территории замка. Я не позволю забрать ребёнка в ваше ведомство.

Брови принца удивлённо приподнялись.

— Ребёнка? Магистр Мелфи, почему вы так говорите? — спросила не менее озадаченная леди Ангелика.

— А как назвать юное создание двадцати семи лет? — хмыкнул магистр.

Я не сдержалась и подкатила глаза. Эта их возрастная градация меня веселила. Такая тётка, как я, а всё ещё ребёнок.

— Это многое объясняет, — блондинка расслабилась и покровительственно посмотрела на меня. — Деточка, вам нужно учиться и учиться, прежде чем появляться в обществе. У вас есть врожденные способности, но без профессиональной огранки они ничто. Искры, разлетающиеся от Стихий.

— Спасибо за напутствие, леди Ангелика. Без вас я бы никак не смогла разобраться, что мне делать, — выдавила из себя вполне приличную улыбку.

Кончики пальцев неимоверно зачесались. Одновременно две горячие руки легли поверх моих. Магистра и принца. Если прикосновение магистра было нейтральным и быстро погасило раздражение от поучений виконтессы, то прикосновение принца бросило в жар и резко окунуло в мир чувственного желания.

Меня магнитом потянуло в его сторону. Я испытывала сейчас дежавю. Так было, когда мы с принцем свалились в дыру, созданную моей магией в кабинете герцогини, и упали на диван. Выражение «магнетическое притяжение» приобрело физическое воплощение.

Сейчас я видела только глаза принца. Весь мир вокруг перестал существовать. В его глазах, как и тогда, бушевала Стихия огня. Взгляд прожигал, желание усиливалось, сбивая дыхание на частое и поверхностное. Волна чувственных мурашек прокатилась по позвоночнику вниз к копчику. И среди этого острого чувства вожделения неожиданно возникло брезгливое отвращение, смешанное с неприятием ситуации. Эти чувства оказались настолько яркими, что меня выбросило из омута, в который я падала.

Как оказалось, всё это пронеслось у меня в мыслях. За столом никто ничего не заметил, кроме магистра. В это время маркиз Аластер расспрашивал леди Ангелику о каких-то общих знакомых, а родственники магистра поддерживали беседу.

Я пришла в себя не сразу. В мыслях настойчиво прокручивались ощущения от контакта с принцем. И чем больше я об этом думала, тем больше склонялась к мысли, что это были не мои чувства, а принца.

Вывод оказался неприятным открытием: я вызываю у этого мужчины отвращение. Это задевало моё женское самолюбие. Естественно, я понимала, что нравиться всем невозможно, но чтобы так меня воспринимать... с отвращением...

От обиды спазмом сдавило в груди. На глаза неожиданно навернулись слёзы. Вот глупость какая! Не стоит расстраиваться из-за постороннего человека.

Магистр же недовольно посмотрел на принца и, склонившись ко мне, шепнул:

— Леди Мира, как вы себя чувствуете?

— Спасибо за беспокойство. Всё в порядке.

Пока велась беседа, слуги успели сменить сервировку. На столе теперь стояли разного вида десерты — шедевры кондитерского мастерства. Шоколадный фонтанчик занял центральное место на столе. От запаха шоколада рот наполнился слюной, и это после сытного обеда! Вокруг фонтанчика расположились башни из профитролей, в порционных креманках оказалось нежнейшее молочное суфле, а на изящных этажерках — бисквитные пироженки и ягодные корзинки из песочного теста.

Чайный сервиз из тонкого фарфора был расписан пасторальными сюжетами. Я принюхалась, ощущая аромат крепкого чёрного чая. Возле большого заварника слуги поставили открытые невысокие прозрачные ёмкости, в которых находились ароматные добавки для чая: яркие травки, сушёные ягоды, тягучий мёд. В молочнике принесли сливки. После на круглом подносе внесли ещё один сервиз и поставили рядом с магистром. Ноздрей коснулся насыщенный аромат кофе, и я с удовольствием вздохнула. Если здесь есть такие напитки, то не так уж и плох этот мир!

Я попросила налить мне кофе.

— Не «кофе», а «кайфи» — поправила меня виконтесса и тут же добавила: — Кайфи — это мужской напиток. Женщинам не рекомендуется его пить, деточка. От него желтеют зубы.

— Спасибо за предупреждение, леди, — улыбнулась во все тридцать два, сделала большой глоток и чуть не застонала от удовольствия. Мягкий бархатный аромат защекотал обонятельные рецепторы, а приятная горчинка послевкусия осела на языке. Чашечка оказалась непростительно мала, и я попросила вторую порцию, чем заслужила неодобрительный взгляд блондинки.

Действительно, «кайфи»! Удивительным образом напиток перебил горечь от мыслей принца насчёт меня. Я расслабилась и наблюдала за присутствующими.

Сам ужин подошёл к концу, но компания не расходилась. Все переместились в зону для отдыха. Леди Алоиза позвала меня к себе на диванчик, и я оказалась между леди Ангеликой и графиней.

Мужчины сгруппировались в стороне. Слуга принёс поднос с широкими коньячными бокалами и бутыль затемнённого стекла. Налитый на два пальца напиток золотистокоричневого цвета, видимо, имел приличную крепость, потому что пили его маленькими глотками.

Дамы обсуждали приготовления к предстоящей свадьбе. Ничего интересного в этом я не находила, поэтому прислушивалась к мужскому разговору. Мужчины говорили о политике, о соседнем государстве Вестеросс, о ценах на магические артефакты.

Обычные темы и, в то же время, странные для меня. Всё было незнакомо. Поддержать беседу я бы не смогла. Взгрустнула. Подумала о том, что нужно заняться в первую очередь изучением новой истории Зоурака, узнать побольше о магии, об устройстве этого мира. Может быть, у них есть что-то наподобие телевидения или интернета, техника же есть, почему бы и нет.

«О чём я думаю!» — мысленно отвесила себе подзатыльник. — «Возвращаться нужно на Землю, домой, а не ассимилироваться здесь, на Зоураке.»

— Леди Мира, — графиня тронула меня за локоть, привлекая внимание. — Леди Ангелика приглашает нас прогуляться в королевском саду, как только магистр даст добро на ваши выходы.

Я рассеянно посмотрела на блондинку. Зачем ей это нужно? К чему такое дружеское участие?

— Возможно... когда магистр Мелфи разрешит, — повторила ответ Алоизы. — А в королевский сад вход свободный? — полюбопытствовала.

— Нет, что вы, деточка. Что за наивность! У меня, как невесты герцога Демийского, есть особое разрешение. Это привилегия! — пояснила леди Ангелика мне, как неразумному дитю. Но такое отношение свысока меня не цепляло. Истина в этом была. Я ничего не знала об этом мире и действительно по знаниям приравнивалась к ребёнку. Да и плевать мне было на отношение блондинки ко мне.

— Скажите, леди Алоиза, — я переключила внимание на графиню. — Вы говорили, что к ужину ожидается миледи Виленийская.

— Да, — величественно кивнула графиня. — Обстоятельства изменились. Она не смогла приехать.

Графиня быстро посмотрела на брата. Я проследила за её взглядом. Магистр увидел, что на него смотрят, и отсалютовал в нашу сторону бокалом. Рядом с ним стоял его сын, повернувшись к нам спиной. Я вспомнила момент, когда он хотел поставить на мне тавро, и передёрнула от отвращения плечами. Рядом с мужчинами находился невозмутимый слуга с новым подносом в руках — дегустировали новый напиток из только что откупоренной бутылки тёмного стекла, наполовину оплетённой пеньковой верёвкой. На крупной этикетке был изображён клубок чёрно-красных змей. Из чего же сделан этот напиток? Было бы любопытно узнать. Но спрашивать графиню не стала. Я обратила внимание на лицо слуги

— оно было чистым, никаких печатей.

— Скажите, леди Алоиза, а что, в доме Мелфи принято ставить тавро на слугах? Это нормально?

— О, вы, видимо, видели слуг в столичном доме Аластера, моего племянника? Это давняя история. Когда-нибудь я вам её расскажу. Но с тех пор мальчик не любит не магов. А тавро ставится магическое. Оно легко снимается, когда контракт прекращает своё действие.

— А если его поставить без контракта?

— Без контракта слуг не нанимают. Они приносят клятву нанимателю о том, что не будут выносить из дома, которому служат, информацию, и что не причинят вреда господину.

— А всё же?

— Думаю, оно бы не снялось.

Я не удержалась и облегчённо выдохнула. Хорошо, что меня миновала сия участь. Контракт мне явно не светил. Но что дальше?

Я чувствовала себя растерянной и неуверенной. Нужно было собраться и что-то предпринять в ближайшее время. Если уж открылось, что я не из этого мира, то чего тянуть, нужно обратиться к сильным мира сего с просьбой вернуть меня назад. Принц и магистр — самые сильные маги Зоурака. Я даже Стихии им отдам добровольно в обмен на возвращение домой. Только как бы не обманули... Может, контракт заключить... магический?