Глава 19. Соблюдая приличия

За окном сгущались сумерки. Солнце быстро катилось к закату, предвещая на завтра ветреную погоду.

Хотя, вдруг здесь действуют другие приметы?

Вечер близился к концу. В зале добавилось освещение. Весело загудел огонь в большом камине, согревая теплом. Всё-таки осень на Зоураке ничем не отличалась от нашей земной. И в замке Мелфи было достаточно холодно и даже сыровато, как бывает в больших помещениях, которые сложно отапливать.

— Леди Ангелика, что-то ваш батенька задерживается, — обеспокоенно поглядывая на часы, поинтересовалась графиня Стэнтон.

Время было около восьми вечера. Причина беспокойства графини была мне не понятна. И я просто перевела взгляд на виконтессу, следя за мимикой блондинки и ожидая её ответ.

Руки у меня чинно были сложены на коленях, чтобы не попасть в очередную передрягу. Не почувствовать через прикосновение что-нибудь лишнее. Меня ничто не должно касаться, как в прямом, так и в переносном смысле. Моя цель — вернуться домой. Стоит почаще себе об этом напоминать.

Леди Ангелика бросила быстрый взгляд из-под полуопущенных ресниц на герцога, на часы, и, расплывшись в довольной улыбке, повернулась к старшей женщине.

— Время ещё есть.

— Если граф Новрок не приедет, то я спрошу брата о возможности предоставить вам гостевую комнату. Я сейчас здесь в гостях и смогу обеспечить вам безопасность.

Лёгкая гримаска недовольства на мгновение появилась на холёном лице Ангелики и сменилась на вежливую, в меру радостную улыбку.

— Вы так добры, леди Стэнтон. Стоите на страже девичьей чести. Доброе имя девушки до замужества — это дар супругу.

— Девица должна быть чиста, — графиня торжественно, на правах умудрённой жизнью принялась поучать. — Вам предстоит войти супругой в королевскую семью, леди Ангелика. Это великая честь и ответственность. Ваши совместные с герцогом Демийским дети будут иметь официальные права на престол. Ваша репутация должна быть незапятнанной.

Виконтесса надулась от гордости и задрала кверху кончик носа.

— Принято выходить замуж, будучи девственницей? — я вклинилась в разговор. Мне было интересно с точки зрения изучения правил и порядков нового мира.

— Ш-ш-ш...

С двух сторон на меня зашикали.

— Леди Мира, вслух об этом говорить вульгарно! Этому учат девочек с малых лет, — наперебой заговорили леди.

— Это вы должны знать, из какой бы провинции вы не прибыли! — фыркнула Ангелика.

— Но вы же росли не магом. Что с вас взять! Не маги растут такими распущенными. Живут страстями! У них даже бывает связь до брака! Такой позор для девушки!

Я только иронично выгнула бровь. Лучше уж ничего на сей счёт не говорить, тем более то, что я действительно об этом думаю, чтобы не возникло дополнительных вопросов. Да и в чужой монастырь со своим уставом не лезут. По их меркам себя я уже опозорила. Жила же с мужчиной без брака. Да ещё и не с одним! Матвей, Алексей, и оба не стремились связать себя со мной узами Г именея.

А леди Алоиза вдруг замялась и по-отечески похлопала меня по руке.

— Деточка, я забыла, что вы росли без матери. Видимо, она не успела объяснить вам прописные истины.

— Почему это без... — начала, возмутившись, и замолкла на полуслове. — Да, она уже умерла.

Я засомневалась, что дамы посвящены в тайну, что я из другого мира. Об этом знают только виновники происшествия, магистр, глава Тайной Канцелярии и герцогиня Виленийская.

— Вступать в связь с мужчиной без благословения Стихий — это плохо. Общество такое порицает, — почти перейдя на шёпот, заговорила графиня. — Маги объединяются в семьи, только пройдя обряд в Храме Стихий. Вы увидите, как это происходит, на свадьбе герцога Демийского и леди Ангелики. Поскольку герцог из королевского рода, то это открытое мероприятие. Каждый подданный может прийти и порадоваться за молодых. Все остальные сочетаются браком только в кругу семьи и приглашённых.

— А не маги?

— Не маги тоже проходят ритуал в Храме Стихий. Но кому они интересны? — фыркнула виконтесса.

— Мне интересны, — пожала я плечами. — Они же тоже подданные короля. Члены общества. И их же гораздо больше, чем магов. Так ведь?

— Да, подданные, — кивнула графиня.

Часы пробили восемь. Мужчины встали с кресел и принялись раскланиваться, прощаясь. Виконтесса вспорхнула со своего места и подошла к жениху.

Мы с графиней тоже поднялись с дивана, и она приблизилась к своему мужу — высокому, немного нескладному, симпатичному шатену с весёлым взглядом шоколадных глаз. Я остановилась неподалёку от верховного мага, наблюдая за поведением присутствующих. Стоит запомнить основные правила поведения, ведь насколько бы я здесь не задержалась, лишними они не будут.

Граф Стэнтон взял жену за руку и незаметно пожал тонкую кисть. Ответная улыбка тут же тронула красивый чувственный рот графини.

Увиденная сцена вызвала у меня чувство умиления. Так приятно наблюдать за супружеской парой, в которой муж и жена любят друг друга. Значит, эти двое смогли в браке обрести любовь.

— Позвольте откланяться, милорд Мелфи, — герцог Демийский подал отставленный локоть виконтессе. Девушка поспешно вцепилась в него, безмятежно улыбаясь обворожительной улыбкой счастливого человека.

То ли настроение после разговора с дамами у меня было язвительное, то ли хотелось сбить спесь с блондинки, но я открыла рот:

— Милорд Мелфи, позвольте просить о милости.

Магистр кивнул, позволяя говорить дальше, и жестом подозвал меня ближе.

— Леди Ангелике, видимо, неудобно просить о таком, но её отец ещё не прибыл за ней, чтобы сопроводить домой, а леди очень печётся о своей репутации накануне свадьбы.

Мне было очень хорошо видно, как вытянулось лицо блондинки. И как герцог Демийский бросил хмурый взгляд на темноту за окном и на часы.

— Милорд, — магистр поклонился принцу, — я могу предоставить гостевую комнату для леди Новрок. Леди Стэнтон присмотрит за соблюдением приличий.

— Отличное решение, — принц с облегчением отцепил сжавшуюся руку блондинки от своего локтя. — Леди Ангелика воспользуется вашим гостеприимством. Я вышлю магвестник её отцу, чтобы он не переживал о дочери и не спешил. Завтра я всё равно вернусь сюда, чтобы пообщаться с леди Мирой.

На том и раскланялись.

Гость ушёл. Леди Стэнтон подхватила под руку виконтессу и потянула за собой в гостевые покои.

— Леди Ангелика, вам так повезло, — доносился удаляющийся радостный голос графини,

— наши с супругом покои находятся напротив тех, где вас разместят.

— Как это чудесно! — вторила ей виконтесса. — Я мечтала оказаться в гостях у магистра! Такая честь!

Слушая этот диалог, я улыбалась, прекрасно понимая, что радость блондинки наигранная, но что поделать, лицо нужно держать. Хотела блюсти честь — так пожалуйста!

— Вам идёт улыбка, леди Мира, — неожиданно в мои размышления ворвался голос магистра. Вместе с тем, как я подняла на него глаза, моя улыбка исчезла.

Рейвен Мелфи предложил мне локоть со словами:

— Леди, прежде чем я проведу вас в ваши покои, предлагаю зайти в мой кабинет. Есть разговор.

Я молча кивнула, соглашаясь. Рукой обхватила крепкий мужской локоть и оглянулась на комнату, из которой мы выходили.

Слуги незаметными тенями уже всё убрали со стола, и более ничего не напоминало о том, что недавно здесь ужинало несколько человек.

Сын магистра, Аластер, остался сидеть у камина, подсел поближе к огню и, расслабленно вытянув длинные ноги, умиротворённо попивал крепкий напиток.

В течении вечера он ни разу не посмотрел в мою сторону с какой-либо негативной эмоцией. Это настораживало. Возможно, это связано с тем, что отец Аластера и глава Тайной Канцелярии узнали о проведённом ритуале и, видимо, не особо зверствовали в отношении зачинщика, поэтому пропала необходимость избавляться от свидетеля? Или он затаился и сделает ход в самый неожиданный момент?

Магистр вёл меня вперёд, петляя между этажами и поворотами. Замок оказался большим. По пути нам попадались слуги — мужчины в форменных костюмах синего цвета с серебряными пуговицами, и женщины, у которых формой были платья, прикрытые белоснежными фартушками, и чепчики, закрывающие волосы на полголовы.

Нужный нам кабинет оказался на третьем этаже напротив библиотеки, о чём свидетельствовала табличка-указатель. Милорд галантно открыл передо мной дверь и жестом пригласил войти. Я только хотела спросить о том, как включить свет, как магистр махнул своей тростью в сторону канделябров на каминной полке и два десятка свечей тут же вспыхнули, рассеивая мрак комнаты. Зажглись свечи и на люстре. Магистр придвинул к столу мягкое кресло для меня, а сам сел за массивным дубовым письменным столом.

Неловкости или страха я не испытывала. Любопытство подняло голову, и я украдкой осматривалась. Обстановка создавала впечатление, что здесь работает педантичный мужчина. На столе был идеальный порядок, как и на многочисленных полках. Бумаги возвышались аккуратными стопками. Письменные принадлежности стройными рядами стояли на подставке из чёрного мрамора с золотыми прожилками. В непроливайке стояло гусиное перо, рядом лежали сургучовая печать и стопка чистой желтоватой бумаги.

Магистр не успел сесть, как сразу же выдвинул ящик стола и что-то там отыскал, но выкладывать на всеобщее обозрение не стал.

— Завтра будет сложный день, — предостерёг меня магистр. — Глава Тайной канцелярии

— достаточно жёсткий маг. Я постараюсь сдерживать его, но вам придётся отвечать на все вопросы, леди Мира. Даже на неудобные. Он возьмёт с вас клятву «чистого слова». После неё солгать вы не сможете.

— Мне не о чем врать, магистр. Раз вы уже знаете о том, что я из другого мира...

— В этом-то и проблема, моя дорогая. Вы упорствуете, продолжая это утверждать. Но это не так. Аластер продемонстрировал книгу с текстом заклинания. Это мощный призыв мага с сильными Стихиями.

— Но он запрещён? — к чему клонит магистр — непонятно.

— Запрещён к использованию, если только маг не владеет разрешением от короля на подобные практики. Согласно этому заклинанию призывается маг из Зоурака. Вы продолжаете упорствовать, что вы из другого мира, леди Мира?

— Я не разбираюсь в магии. Но, может быть, ваш сын показал вам не то заклинание, которое использовал?

Магистр постучал подушечками пальцев о столешницу.

— Расскажите, что вы видели, когда оказались в магическом контуре? И как вы там оказались? Что предшествовало этому?

— Я так понимаю, что завтра милорд Демийский будет спрашивать меня о том же?

— Вот завтра и расскажу, — твёрдо заявила и поднялась с кресла, тем самым давая понять, что хочу прекратить этот разговор.

Магистр провёл рукой по волосам от висков к затылку и расслабленно откинулся на спинку высокого стула.

— Я не принуждаю, — миролюбиво ответил он. — Присядьте, леди Мира. Я не договорил.

Выполнять распоряжение магистра не хотелось. Я злилась на него за то, что он подозревал во лжи меня, а не своего сыночка — причину моих бед.

— Я постою.

Магистр беззлобно фыркнул и поставил на стол небольшую костяную шкатулку.

— Это ваши вещи?

Мужчина откинул крышку. На дне лежало моё украшение — нитка чёрного жемчуга. Он подхватил её миниатюрной тросточкой и поднял вверх, демонстрируя мне.

Я уже заметила, что этот волшебный предмет может значительно менять свои размеры: то он не больше обычной шариковой ручки, то — полноценная трость.

— Да, моё.

Следующим предметом, который маг достал из шкатулки, оказалась булавка с чёрным камнем. Она была такого же размера, как и найденная мною в маминых вещах после её смерти. Магистр вытащил из кармана носовой платок и, взяв через ткань мелкий предмет, поднял его вверх, рассматривая с неподдельным интересом.

— На моих вещах была приколота похожая булавка, только с прозрачным камнем — бриллиантом. А у этой какой-то чёрный камень, — пожала плечами и залипла взглядом на уголке платка магистра.

Там была вышита монограмма буквы «М», такая же, как и на моей злополучной пелёнке, оставшейся на земле. Пальцы стали мелко подрагивать, и я сцепила руки в замок. Получается, «М» — это Мелфи, а не Мира, как я тогда подумала. Ещё же и вышитая птичка с ключиком в клюве — как на подвеске герцогини. Очередное подтверждение моего неземного происхождения. Но как я там оказалась?

Тем временем магистр довольно улыбнулся и бережно положил булавку в сторону. Подхватил мой жемчуг и сложил его назад, в шкатулку.

— Возьмите, это вам передала герцогиня Виленийская.

Я забрала своё украшение и вопросительно посмотрела на магистра, ожидая продолжения разговора. Он не спешил. Рассматривал булавку через какой-то предмет, выглядевший, как толстый монокль с тремя рычажками с одного края.

— Интересное плетение... точнее, его обрывки. Откуда у вас появилась булавка с чистым камнем? — спросил магистр и посмотрел на меня в упор.

Выглядел он забавно. Его глаз в увеличительном стекле казался ненормально огромным, окружённым частоколом длинных чёрных ресниц. Вокруг зрачка расплылась серебром звёздочка с голубыми искрами.

— Из маминой индийской шкатулки. Только не спрашивайте, откуда они там появились. Я не знаю. И уже не узнаю. Она умерла.

— При каких обстоятельствах? Где? Как её звали?

Мужчина выдернул приспособление, которое зажимал на лице, как это делают ювелиры, и напряжённо посмотрел на меня в ожидании ответа.

— Людмила Рождественская, в девичестве Петрова. На Земле. Сердце не выдержало. Остановилось.

Кратко ответила на все вопросы сразу.

— Почему?

— Острая ишемия. Спазм сосудов. Инфаркт.

— Мне не все слова понятны.

— Могу объяснить значение. Это врачебные термины. Мне не сложно. Я сама врач. Целитель, — подумав, дополнила понятным для магистра словом. И принялась давать доходчивые пояснения.

Наш разговор с магистром затянулся. Я даже отставила шкатулку на край стола и села назад в кресло.

Удовлетворить неуёмное любопытство магистра было невозможно. На одно моё объяснение у него находилось три новых вопроса. Он, как губка, впитывал новую информацию. Заявлений о том, что я всё выдумываю, больше не звучало.

Я устала и с трудом сдерживала зевки, тараща на милорда Мелфи норовившие закрыться глаза.

Бой часов в полночь оказался воистину волшебным. С магистра словно слетели чары и отключился режим «хочу всё знать». Он опомнился.

— Как поздно! Леди Мира, вам уже давно пора отдыхать. Пойдёмте!

Магистр вёл меня петляющими коридорами и лестничными переходами достаточно долго. И вот наконец-то мы остановились возле отведённых для меня покоев.

— Я пришлю к вам служанку, она поможет, — пообещал хозяин дома.

От услуг горничной я решительно отказалась.

— Не стоит. Я вполне могу справиться сама.

— О, даже со шнуровкой на спине? — хитро прищурившись, спросил мужчина.

— Об этом я не подумала, — честно призналась и даже погрустнела.

Мне совсем не нравилась местная мода. Такое платье хорошо надеть один раз на костюмированный бал, но носить его каждый день — это пытка. Жесткие пластины корсета к вечеру напоминали пыточное орудие. Спину ломило от необходимости держать её идеально ровной. Да и дышать полной грудью не получалось, и у меня постоянно было ощущение нехватки воздуха.

— Ничто не служит лучшим доказательством того, что вы не местная, леди Мира, как то, что вам чужды наши наряды.

Магистр приоткрыл дверь в мою комнату, приглашая зайти, но сам оставался в коридоре. Я переступила через порог, почувствовав прикосновение охранной магии. Она, словно мягкой пуховкой, коснулась открытых участков кожи.

— Милорд, — резко остановилась и обернулась к мужчине, — скажите, а я могу сама выходить из этой комнаты? Или вы меня запрёте на замок в целях безопасности? Чтобы я что-нибудь не разрушила, как в доме герцогини Виленийской.

— Вы не пленница, леди Мира. Вы — моя гостья. В моём доме сложно что-то разрушить магией. Если вам тяжело находиться в замкнутом пространстве, то можете прогуляться в замковом саду. Горничная вас проводит, чтобы вы не заблудились в замковых коридорах. В них непросто ориентироваться.

Я улыбнулась в ответ на такое предложение. Второе за сегодняшний вечер.

— А меня сегодня леди Ангелика приглашала в королевский сад.

— Если мы хотим, чтобы королевский сад продолжал радовать королеву и её фрейлин, то пока повременим с такой экскурсией.

— Так король женат?

— Счастливо женат.

Милорд поклонился на прощание.

— Спокойных снов. Пусть Стихии охраняют вас, дитя.

— И вам, магистр.