Глава 20

Вторник. Театр

В антракте Матушкин пригласил Владу перекусить в театральный буфет. Она была ещё под впечатлением от увиденного, поэтому легко согласилась, уверенная в том, что им вряд ли удастся выпить кофе - людская толпа ломанулась в том же направлении.

Влада не заметила, как это получилось у Олега Ивановича, но сейчас они сидели за столиком, и перед ними стояли две аккуратные чашечки с кофе и, для Влады, пузатый эклер на белом блюдце.

- Олег Иванович, ну зачем… - Влада смутилась.

- Поболтаем немного. Я не знаток балета, честно. Но музыку люблю. Правда, боюсь уснуть и захрапеть в самый неподходящий момент.

Влада искренне рассмеялась. Олег Иванович как-то странно дёрнулся и провёл рукой по лбу. Затем комично наморщил нос:

- Смеётесь над стариком, да?

- Какой же вы старик? Не смешите меня, - Влада пригубила напиток и тоже скривилась.

- Не любите кофе? – Олег Иванович не сводил с нее глаз.

- Не очень, - ответила Влада. – А вот чай люблю.

Необъяснимым образом Владе удавалось держать себя в руках. То ли от количества людей вокруг, то ли от воздействия музыки, но сейчас она чувствовала себя в безопасности.

- А вот один мой друг кофе просто обожает. Иногда мне кажется, что в его венах течёт эспрессо, - наклонившись чуть вперед, доверительно поведал Матушкин.

- Так и озвереть можно, - воскликнула Влада. – Он же горький!

- И я ему постоянно говорю об этом - мол, сладости тебе не хватает, Кирилл, сладости.

Влада поперхнулась и отвела руку с пирожным от своих губ. Положив эклер на тарелку, она осторожно спросила:

- Вы работаете в «Колизее»… А кем, если не секрет?

- У меня скучная руководящая должность, - махнул рукой Олег Иванович. – А что вас заставило уйти оттуда? Вы уже присмотрели себе новое место?

- Ещё нет, - покраснела Влада. – Я только вчера ушла и, честно говоря, немного жалею об этом. Но, что сделано, то… - она опустила глаза.

- Вы очень красивая, Влада. Такая необычная внешность… То есть я хотел сказать - эффектная. Вы мне напомнили одного человека… девушку. – Олег Иванович откинулся на спинку стула и сложил руки на животе. Пожевав губами, он несколько раз причмокнул ими.

Владу окатило жаром. Она вдруг отчётливо поняла, о ком он говорит. Но вместо того, чтобы задать Олегу Ивановичу уточняющий вопрос, она молча уставилась на тёмное дрожащее пятно в своей чашке.

- Вы, наверное, подумали, что я пристаю к вам, - голос ее собеседника звучал глухо. – Вовсе нет. Просто меня гнетёт одна вещь, и я не перестаю думать об этом.

- Какая? – торопливо спросила Влада.

Раздался звонок, возвещающий об окончании антракта.

- Смерть.

Сердце Влады болезненно сжалось. Она непонимающе смотрела на Олега Ивановича и почти не дышала.

- Да-да, смерть, - продолжил он. – Я немного знал эту девушку. Она раньше работала здесь, в этом театре. И вы так похожи на неё, что в первый момент мне показалось, будто это она. Но… - Олег Иванович подавил тяжёлый вздох. – К глубокому сожалению, её больше нет.

- То есть, как? С ней что-то случилось?! – Влада слышала собственный голос словно со стороны и не узнавала его.

Матушкин сначала развел руками, а затем сцепил их в замок.

- Не справилась с управлением автомобиля и упала с моста два дня назад...

Влада ахнула и закрыла рот ладонью. В ушах вдруг загудело, а во рту пересохло.

- М-да… - Олег Иванович покрутил чашку в руке, а затем поставил её обратно. – Не берите в голову. – Он огляделся. - Ну что же, пойдёмте в зал?

- Я, наверное, не смогу… - прошептала Влада. – Мне что-то не по себе.

- Это я, болван, испортил вам настроение! Простите меня, ради Бога! – Олег Иванович посмотрел в сторону витрины. – Давайте по коньячку, а? Вам сразу станет легче.

Он не стал дожидаться согласия Влады. Резво поднявшись, метнулся за двумя пузатыми бокалами. В оцепенении Влада приняла из его рук один из них и тут же выпила залпом.

Олег Иванович дёрнул бровью, но ничего не сказал. Цедил согретый его руками коньяк и рассматривал сидящую рядом девушку. Молодая, хорошенькая, впечатлительная… И самое главное, одинокая. Не будет этих лишних телодвижений и разговоров. Дешёвый костюмчик, отсутствие приличных украшений и модного маникюра – простушка, которая хочет казаться тем, кем она никогда не станет. Но главным в её внешности было фантастическое сходство со Стасей. Ну ей-Богу, две сестры. Только первая была похожа на падающую звезду, а эта…

«Кто же ты такая?»

Матушкин пытался предугадать реакцию Бархатова и понять, не поспешил ли он. Но всё произошло так внезапно, что назвать это чем-то иным, нежели подарком судьбы, не получалось.

«Так кто же ты?»

Жертва - вот она кто. Такие всегда чувствуют себя жертвами. Людей, обстоятельств… Потерпеть, приноровиться, прогнуться – вот и всё, на что они способны.

 - Кирилл Андреевич! – Матушкин вдруг резво вскочил из-за стола.

Влада медленно подняла глаза. По широкой лестнице в окружении нескольких мужчин поднимался Бархатов. Её голова закружилась, мысли понеслись вразброд, сердце бешено застучало где-то в горле.

Олег Иванович склонил голову в прощальном поклоне.

- Благодарю вас, прекрасная Влада, за чудесный вечер. Идите в зал, вас пропустят. Спектакль замечательный. – Вот мой телефон. Мало ли…

Когда он клал визитку на стол, то ненароком коснулся ее руки. Но Влада этого даже не заметила, так и сидела, замерев и не в силах отвести взгляд от Бархатова.