Глава 29

Как только они вошли в здание рынка, ароматы копченостей, приправ, мяса и фруктов едва не сбили Владу с ног. Сама она никогда не отоваривалась здесь – забегала в сетевой магазин по дороге домой, - так было ближе и привычнее. Кажется, с закрытыми глазами пройдись по отделам, складывая товар в корзинку, не ошибешься.

В ее старом городе тоже был небольшой базар, который работал по выходным. Городские жители стекались туда с самого утра, чтобы затариться продуктами на неделю, пообщаться друг с другом, обсудить политическую ситуацию в стране, обменяться новостями, пошептаться и посплетничать. Приезжих торгашей уже знали, их товар тоже. Нечего было даже пытаться обмануть или всучить некачественный продукт – свои же коллеги погонят, а то и до участкового дойдут. Рядом как раз находились и отдел полиции, и налоговая, и администрация.

Влада ждала субботу. Просыпалась пораньше, заплетала косы, без напоминаний умывалась и садилась на кухне. Бабушка в субботу позволяла себе лишние полчаса для сна, но все равно к пробуждению Влады уже успевала приготовить полезную кашу и чай. Они вдвоем степенно завтракали, затем Влада мыла посуду, пока бабуля, кряхтя, обувалась.

Шли они пешком, постоянно встречая знакомых, здороваясь и раскланиваясь. Чем ближе были ворота рынка, тем нетерпеливее становилась Влада. Прямо на входе она замирала перед расставленными в коробках искусственными букетами, трогала атласные лепестки и листья, разглядывала керамическую посуду, вазы и огромных мягких медведей. И казалось ей, что каждая суббота – это праздник.

Бабуля выдергивала ее из этого созерцательного состояния, прижимала локоть к своему пышному боку, и они направлялись сначала к мясному ряду, потом к молочному… Иногда бабушка вдруг останавливалась перед вывешенной одеждой, некоторое время изучала, поглядывая на подросшую внучку, а затем делала выбор в пользу удобного джемпера, юбочки или блузки. Потом покупала несколько видов конфет и печенья – всего понемногу и в разные кульки…

Разве не праздник?

Но детство заканчивается, и праздники перестают быть чем-то значимым.

Под куполом здания летали воробьи. Со всех сторон слышался гомон, люди толкались, продавцы перекрикивались, раздавался громкий смех и удары топором в мясном отделе. Влада на секунду растерялась и вцепилась в рукав Глеба.

- Ты что? – улыбнулся он и накрыл ее пальцы ладонью.

- Извини, - ответила она, но руку не отпустила. – Столько народу…

- Боишься потеряться? Тогда держись за папку крепче!

Она издала нервный смешок. Тут же высоченный дядька с длинным носом, подмигнул ей и гортанно крикнул: «Дэвущка, нэ прахади мимо! Иди сюда, ка мне!» В руках у него замелькали ярко-оранжевые апельсины. Влада ахнула – дядька виртуозно жонглировал крупными шарами, словно фокусник в цирке.

- Хочешь? – спросил Глеб.

Открыв рот от удивления, Влада кивнула. Глеб тут же подошел к продавцу, и через пару минут в его руках оказался пакет с цитрусовыми.

- В машине съешь, в спокойной обстановке, - сказал он. – Так, смотри, сейчас идёшь выбирать мясо вон к той женщине. Что ты там решила приготовить Кириллу Андреевичу?

- Господи, даже не думала… Что он любит?

- Вообще-то, он непритязательный мужик – достаточно только самого лучшего, - пожал плечами Глеб. – Знаю, что в ресторане всегда заказывает борщ, солянку. А когда они за город приезжали, то привозили все с собой, готовое. Оставалось только разогреть. Не заморачивались, короче.

- У меня такое ощущение, что ты знаешь его очень хорошо.

На лицо Глеба словно упала тень..

- Думал, что знаю…

- То, что случилось с его девушкой… Это ведь случайность? – Влада так произнесла эту фразу, что Глеб даже не одернул ее. Вздохнул, заметив, как повлажнели ее глаза.

- Будем считать, что да. По-другому я не знаю, как к этому относиться. Честно. И постарайся не лезть к Кириллу Андреевичу с разговорами и вопросами, хорошо?

Влада почувствовала, как запульсировало в висках.

- И ещё, - сейчас голос Глеба прозвучал глуше, - не надо пытаться заменить Стасю. У тебя это не получится.

Влада сжала кулаки в карманах.

- Тогда, наверное, борщ… - сказала она и отвела глаза.

- Круто. Я отнесу пакет в машину, чтобы не мешался, - Глеб прижал к груди апельсины.

Влада направилась к мясным рядам. Обернувшись через несколько шагов, она увидела Глеба в молочном отделе. Он уже что-то купил и теперь складывал покупки в другой пакет.

Женщина-продавец кивнула ей:

- Что желаете?

Влада сосредоточенно выбирала мясо для супа, параллельно размышляя о том, что произошло утром. Ужасно было осознавать и представлять себя резиновой куклой. Хотелось хоть как-то оправдать и Бархатова. Возможно, Кирилл Андреевич таким образом спешил попросту выплеснуть свое горе, и тот факт, что Влада в темноте показалась ему ее копией, только ускорило этот процесс. Стало ли ему легче? Она не смогла уверенно ответить на этот вопрос – перед ее взглядом стояли его глаза – больные и замерзшие.

И всё-таки, что-то внутри Влады противилось словам Глеба – если смогла Стася, то почему она не сможет стать для Бархатова той единственной? Она будет очень стараться. В ней нет того надрыва, который, по всей видимости, был в Иволгиной. Но ведь и Бархатову нужна спокойная жизнь, подчинённая его правилам. А Влада как раз тот человек, для кого правила – норма. Они поладят с Кириллом Андреевичем, она станет для него опорой, он скоро забудет о том, что произошло…

Глеб подошёл вовремя, следовало расплатиться за покупки, поздоровался. Продавщица улыбнулась в ответ.

- Так, держи, - он сунул несколько купюр Владе в руки, - давай, быстренько овощей набери, а потом сметаны деревенской возьми – вон у той бабули! Молоко Бархатов не пьёт. Зелень не забудь.

- А… - Влада хотела спросить его о том, что же тогда он покупал в молочном ряду, но Глеб уже исчез из поля ее зрения.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Когда все пакеты были загружены в багажник, Влада поинтересовалась о том, как следует отчитываться перед Бархатовым о сделанных покупках. Глеб ответил, что Бархатов никогда не требовал отчёта от него, а у Глеба никогда не возникало желания надуть шефа.

- Я не это имела в виду, - покраснела Влада. – Просто не знаю, как мне быть. Я никогда не была… домработницей…

- Может, и не надо было начинать? – на полном серьезе спросил Глеб. – Не понимаю, зачем тебе это. Умная, красивая, с образованием…

Влада нахмурилась. В словах Глеба был резон, но ведь не скажешь ему, что находиться рядом с Бархатовым – её мечта? И она почти осуществилась, вот только особой радости пока не принесла.

- Олег Иванович обещал, что потом найдёт мне достойное место.

Глеб хмыкнул:

- Запомни, всё решает только Кирилл Андреевич…

Он включил обогрев. Влада даже расстегнула пальто – так жарко стало в салоне. Но пальцы Глеба немного дрожали на руле, словно у него был озноб.

- Ты себя хорошо чувствуешь? – спросила она.

- Да, конечно, - Глеб провёл рукой над верхней губой, стирая испарину.

Влада задержалась на его подбородке, затем перевела взгляд на короткий ёжик волос. У Глеба были русые волосы и ресницы цвета спелой пшеницы. Простая, непримечательная внешность, но Владу так и тянуло задержать на нем взгляд, чтобы рассмотреть получше.