13

Как курица с отрубленной головой я бегала по квартире.

Что надеть? Как уложить волосы? Во сколько надо приходить в клуб?

Господи, ну почему я не отказалась?! Почему не сказала, что не хожу по таким заведениям, не умею, не знаю как. Может, Адамов придумал что-нибудь другое, не такое триггерное. Позвал меня в кино, планетарий, музей, да хоть просто погулять по парку. Я бы согласилась на что угодно, но клуб!

Я, конечно, могла задать все свои вопросы Филатовой, но иногда во мне просыпался здравый смысл, что-то вроде жадности, гордости — я не хотела говорить подруге, что Слава меня пригласил.

— Ладно, что уже надела, в том и пойду, — оценила я в зеркало красное платье, переодевшись раз двадцать.

Столько же раз я красила и стирала губы, скручивала в узел и снова распускала волосы.

И не в силах больше сидеть и ждать, вызвала такси и поехала.

Приехала, конечно, рано.

Катастрофически рано. Клуб не просто был пуст, он был закрыт.

Охранник открыл для меня дверь с таким изумлением на лице, словно я была инопланетянкой и вышла не из такси, а из летающей тарелки. И даже ничего не спросил, может, потерял дар речи, а может, просто не успел.

— Я к Вячеславу, — сказала я.

И он широким жестом показал, что это там.

Там среди поднятых на столы стульев уборщица мыла полы, на маленькой сцене настраивали свет и проверяли оборудование, бармен натирал стаканы, развешивая кверху ножками над барной стойкой, а Слава стоял посреди всего этого, с задумчивым видом глядя в документы у себя в руках.

Я не решилась его отвлекать. Остановилась, скрестив ноги и покачивая на шатких каблуках.

— Херня какая-то! — закрыл он бумаги, полез в карман за телефоном и увидел меня.

— Привет, — я робко подняла руку. — Я рано, да?

— Э-э-э… — оглянулся он, словно и сам не знал, клуб уже открылся или ещё нет. — Да. Но не страшно, пойдём, — пригласил он.

— Так это… твой клуб? — догадалась я, когда он захлопнул дверь в кабинет с красноречивой надписью «Директор».

— Вроде того. Моего отца. Но это долгая история.

Он швырнул документы на стол, заваленный бумагами. Забрал у меня из рук пальто, которое я сняла, но деть его было некуда — гардероб ещё не работал. Повесил.

Упал на скрипнувший офисный стул, закатился на нём за стол.

Я понимала, что явилась не вовремя, Адамов был занят, озабочен, судя по открытому ноутбуку, работал, и чтобы как-то компенсировать причинённые неудобства, решила помочь.

— Я могу, — показала я на бумаги, сваленные на угол стола, — разобрать.

— Валяй, — согласился он и защёлкал по клавишам.