96

— Ну, я бы хотела девочку, — вымученно улыбнулась Александра.

У меня девочка? — запульсировало в висках. Я сдержалась, чтобы не спросить вслух.

— Есть ещё одна причина, почему я обратилась именно к вам.

Я не могла с ходу придумать ни одной и просто смотрела на эту невероятно красивую женщину, которой тоже, оказывается, пришлось в жизни несладко.

— Я Александра Вожанская, — выдохнула она.

— Жена Валерика?! — уставилась я на неё ошарашено.

— Да, я его жена. И я была в доме, когда вы пришли. Поэтому слышала ваш разговор. Видела, как вы крушили мебель о голову моего мужа, теперь уже бывшего. Мы, наконец, развелись. И это я наняла Натали, — махнула она рукой в сторону адвоката.

Та кивнула.

— Я думала, она…

— Да, она общественный адвокат, но сейчас я ей плачу, — коротко кивнула Александра.

Не знаю, во что мне было поверить труднее, что эта красивая женщина — жена Валерика, или в то, что ей нужен его ребёнок.

Я покачала головой. Но она без труда поняла, о чём я думаю.

— Валера не всегда был таким, — улыбнулась она. — С ним было интересно. Дерзкий, самоуверенный. Он умел меня смешить. А как красиво он ухаживал! И когда мы узнали, что детей у меня быть не может, не выкинул на улицу как ненужную рухлядь. Двадцать с лишним лет — это всё же срок. И я всё ещё его люблю. Но больше, — улыбка сошла с её лица, — больше не могу. И не хочу. Он стал другим. Совсем другим. Чужим. Злым. Мстительным. Совершенно мне неблизким. И непонятным. Но ребёнок… его малыш… или малышка... — она сглотнула.

— Ребёнок ведь будет на него похож, — догадалась я.

— Даже если нет. Ведь моя любовь никуда не делась. А это его ребёнок. Хоть он о нём никогда не узнает. Он не узнает, Диана, — посмотрела она на меня и покачала головой.

— Но я в тюрьме, — напомнила я.

— Это решаемо. Я внесу залог. Он огромный, уж не знаю, что так разгневало судью и он назначил такую сумму, но у меня есть деньги. Я уже присмотрела квартирку в Гавре, прямо на берегу, с маленьким садом и видом на море, где вы можете жить всю беременность. Вы ни в чём не будете нуждаться, Диана. Всё остальное тоже буду оплачивать я.

Это было хорошее предложение.

Пожалуй, это было лучшее из всех возможных предложений.

Я выйду из тюрьмы. Буду жить во Франции, поэтому никто ничего не узнает.

И этот малыш будет жить. Малышка, если я правильно поняла Александру.

— У меня только одно условие, — сказала я.

Открыла карман кофты, протянула Александре пакетик.

В нём лежало несколько волосков, что я успела выдрать из плешивой шевелюры Валерика и сунуть в карман.

— Наверное, он вам не нужен, у вас и так полно его вещей и ДНК, но я хочу убедиться, что это его ребёнок. Во Франции проводят такую процедуру? Определение отцовства до рождения ребёнка?

— Да, — кивнула Александра и сунула пакетик в сумку. — Я и сама хотела вам сказать, что у меня будет такое условие. А хочу быть уверена, что это ребенок Валеры.

— Хорошо, — кивнула я. — Но пока результатов не будет, я хочу остаться в тюрьме.

Она что-то сказала Натали. Натали ответила. Потом кивнула.

— Да это можно, — сказала Александра. — И ещё. Уж простите за недоверие, но жизнь меня научила, что лучше иметь оформленные по закону бумаги, чем не иметь. Мы заключим договор, по которому вы отказываетесь от прав на этого ребёнка.

Учитывая, что я хотела от него избавиться, это было более чем справедливо.

Я кивнула.

— Доктор сказала, что шесть недель уже есть. Мы можем взять у вас кровь для ДНК-теста прямо сейчас, — встала она, уступая место врачу.

Я задрала рукав.

И пока смотрела, как шприц наполняется кровью, думала о том, что ещё мне дописать в свою тетрадь.