Глава 13

Марта

Значит, не показалось. Значит, не паранойя. А жаль. И хуже всего, что крутится этот тип именно в нашем дворе. Кто их знает, этих психов, что у них в голове. Может, его выбесило, что я тогда с крючка сорвалась, теперь специально меня у дома караулит. Хоть и написали, что нападений не было, но это пока. Маньякам тоже надо морально дозреть.

В домовой чат я вступила, как только переехала, но до сих пор ни разу там ничего не писала. Потому что вообще чаты не любила. Убийцы времени. Зайдешь на минутку, а потом смотришь — часа как не бывало. Так что открывала редко, обычно читала только то, что успевала поймать пушами с экрана телефона. Ехала в метро и как раз увидела про психа. Открыла и написала, когда эта идиотка начала выстебывать Романа.

Один из немногих плюсов чата в том, что ты не знаешь, кто есть кто. Невнятный ник и такая же невнятная микроскопическая аватарка или просто кружок с первой буквой имени. Практически анонимность. Но это же одновременно и минус. Можешь мило здороваться в лифте с тем, с кем накануне посрались до страйка, даже не подозревая об этом. Я понятия не имела, как выглядит дура и провокаторша Янина, но бесила она меня знатно, даже при моем ограниченном присутствии в чате.

Андрею я о том случае с психом не рассказывала. Что толку? Он заявит: не ходи одна поздно. И будет прав, но кто сказал, что плохое может случиться исключительно ночью? Можно просто зайти следом в парадную, затащить в лифт, нажать кнопку «стоп». А там хоть обосрись.

Одно время молодые мужики из обоих корпусов организовали мобильную группу и пытались бороться с закладчиками, но после того как один парень получил ножом в пузо и два месяца провалялся в больнице, их энтузиазм резко поугас. Собирались иногда, чтобы прогнать очередного бомжа с лестницы. Так что с маньяком эта ворона нам не оборона. Если, конечно, реально не нападет на кого-то. Про полицию и говорить нечего. Участковый? Участковый у нас был вполне так котом Шрёдингера. То есть он имелся, но его никто не видел.

Утром я собиралась на работу в самом паскудном настроении. Кофе убежал, каша пригорела, молния на юбке сломалась, прогноз обещал ледяной дождь. Плюс заседание кафедры. Ну да, и маньяк еще в фоновом режиме.

В арке под ногу попал плоский камешек, звонко срикошетил от диска припаркованной машины и прилетел обратно. Над всеми арками с обеих сторон висели грозные таблички «машины не ставить», но их упорно игнорировали. Парковочных мест во дворе не хватало, а паркинг стоил конских денег. Скорые пролезали через арки с трудом. Не дай бог понадобится пожарка, та точно не протиснется.

Камешек показался каким-то странным, больше похожим на монету. Я нагнулась и разглядела, что это адресник. Собачий или кошачий. У бабушкиного кота Жюля, или просто Жулика, был такой на ошейнике, когда летом они жили на даче. Кто-то потерял.

Я подняла и с удивлением прочитала гравировку: «Джой». И номер телефона.

Джой, да ты Маша-растеряша, оказывается?

Хотела сразу позвонить, но притормозила. Во-первых, рано, во-вторых, это мог быть номер не Романа, а его жены. Поэтому в метро зашла в телегу, полистала чат и открыла профиль. Номер телефона оказался скрыт, написала в личку:

«Роман, добрый день. Нашла во дворе адресник Джоя. Вечером могу отдать».

Ответ пришел не скоро. Я успела приехать, выпить кофе и провести семинар, а теперь гоняла очередного двоечника. Вообще-то преподом я была достаточно лояльным, особенно если речь шла о зачете, но хвостатых драконила по полной программе.

«Большое спасибо, Марта. Во сколько вы будете дома?»

Хороший вопрос. Заседание могло и затянуться. Надолго.

«Точно не знаю, но после семи».

«Тогда напишите, договоримся».

«Ок».

Раздолбай, глубоко завязший в хронологии Гептархии[4], смотрел на меня собачьими глазами. Прямо как у Джоя.

— Ладно, — махнула я рукой, — давайте зачетку.

Мое милосердие не осталось без внимания мироздания. Зав кафедрой вызвали куда-то на совещание, заседание перенесли на следующую неделю. И даже ледяной дождь отменился. Уже в шесть, поднимаясь на эскалаторе, я написала Роману, что через десять минут буду дома.

«Хорошо, тогда мы с Джоем выходим во двор».

По правде, после выступления в чате мне было немного неловко. Может, его жена тоже читает чат, а я так вылезла. Да еще и эта дура с ее «тебе всеравно ничего ни светит». Как будто намек какой-то.

Чтобы отделаться от этих мыслей, я тряхнула головой и начала сочинять очередную статью для Дзена. Я всегда делала такие мысленные наброски, а уже потом, за компом, приводила их в надлежащий вид, уточняя матчасть. Моими следующими героями должны были стать красавица и чудовище — принцесса Маргарита Баварская и маркиз Федерико I Гонзага по прозвищу Горбун. Такие истории особенно нравились подписчицам. Ну еще бы — страшный жених оказался прекрасным мужем. Как в сказке.

Роман с Джоем гуляли у трансформаторной будки. Изначально это был газон, но уже давно перестал им быть, с тех пор как его оккупировали собачники. Я подошла ближе, достала из сумки жетон. Роман, заметив меня, перешагнул через низкое ограждение, следом перепрыгнул Джой.

— Спасибо вам большое, — Роман взял адресник и прицепил на карабин ошейника. — Наверно, утром потеряли. Я на сутках был, пришел часов в десять домой. Поэтому и ответил не сразу.

— На сутках?

— Да, в клинике. Я врач.

— Ясно, — кивнула я. — А специальность какая?

— Хирург. Детский. Кардиохирург.

— Ничего себе!

— Ну так вышло. — Он словно смутился. — А вы?

— Историк. Преподаю. В университете.

— Тоже круто. — Тут Роман спохватился и достал из кармана куртки шоколадку. — Это вам, Марта. Еще раз спасибо большое. Сделали на случай, если Джой потеряется, а потерялся сам жетон. Ладно, мы пойдем к пруду. А то сейчас как раз самое собачье время начнется, будет не протолкнуться.

— Хорошей вам прогулки!

Я погладила Джоя и пошла к своей парадной. Уже в лифте посмотрела на шоколадку и заулыбалась до ушей.

Молочный с фундуком! Мой любимый!