Глава 40

Роман

Я позвонил деду Борису, что задерживаюсь, а у Марты были вечерники. Устроились с Витькой в ближайшем пивняке, взяли по кружке.

— Такси? — спросил он.

— На фиг, — поморщился я. — На метро доеду. Блин, ну вот как так, а? Онколог же!

— Сапожник без сапог. Обычное дело.

— Ну и чего хорошего? Надо же что-то делать!

— Не суетись, Ром. — Витька устало махнул рукой. — Это ее выбор. Мы можем только поддержать.

— Твою мать…

Новостью бахнули по башке, когда приехал в клинику на вечерний прием. У бабули рак. Четвертая стадия. Паллиативное лечение, два-три года. То есть можно, конечно, оперировать, потом облучение, химия, но… Масса мучений, инвалидность и те же три года максимум. Она отказалась. Сказала, что проживет столько, сколько получится. Без издевательств.

— Не могу себе представить.

Пиво горчило, и я отодвинул кружку.

— Ром, помнишь, как она всегда говорила? Каждого ждет свой рак, но не все до него доживают.

— Да я не об этом. Не могу представить, что ее не будет. Именно ее. Она ведь… не знаю, как сказать. Квинтэссенция жизни. Ну да, всем там будем, но… все равно не могу.

— У тебя типичная первая стадия принятия. Шок и отрицание. Я узнал вчера. И было то же самое.

— А сейчас что? — Я потер ноющие виски. — Принял?

— Нет. Просто стараюсь об этом не думать. И тебе советую.

— Легко сказать! — хмыкнул я. — Не думай о белой обезьяне, да?

— Ну, к примеру, расскажи, как у тебя с Мартой? Есть подвижки?

Вопрос был с горчиной, как пиво. Потому что мы встречались, но подвижек не было. Ну… ощутимых подвижек. Гуляли с Джоем, ходили в кино, в кафе. В клуб один раз, хотя я никогда не был большим любителем такой тусни. Да и Марта, похоже, тоже. Сказала, что немножко из этого выросла. Раньше нравилось, а сейчас уже не то.

В общем, просто встречались.

— Извини за нескромный вопрос, но у тебя что, на нее не стоит? Или у нее на тебя? Тогда к чему было затеваться?

— Вить, хватит, — поморщился я. — Все у всех стоит, просто…

Да нет, все было как раз не просто. Непросто, точнее. Она мне нравилась, я ее хотел. Но почему-то никак не получалось перейти на следующий уровень. Хотя что-то подсказывало: Марта против не будет.

Что мешало, я не понимал. Никогда у меня таких проблем не было. Отношения завязывались легко, разрывались еще легче. С Евой в постели оказались на третьем свидании, и тогда я не думал, что все так затянется.

Может, как раз в этом и дело? Что сейчас для меня все серьезно? Поэтому и не тороплюсь?

— Я просто не хочу гнать. Пусть все идет как идет.

— Ты это говорил месяц назад. Ну вы же не подростки. Взрослые люди. А взрослые люди трахаются. Если они друг другу в этом плане интересны. Пока у тебя все будет идти само собой неизвестно куда, ее подцепит кто-то другой. Без комплексов и рефлексий.

Я об этом думал. И да, боялся этого. Что она подумает: ну и на хера ж мне это? Сколько еще с собакой гулять? А в кино и с подружкой можно сходить.

— Вить, а у тебя с Катей все быстро было? Напомни.

— Кошку я отбил у ее парня. Она сопротивлялась. Пока не сообразила, что я лучше. Поэтому нет, все было долго. Но если бы пустил на самотек, то так и играл бы в очумелые ручки.

— Нашел бы другую, — буркнул я, потому что спорить не имело смысла.

— Может быть. А может, и нет.

Тут ему позвонила — легка на помине! — Катя, и он засобирался домой.

Я шел к метро, и мысли скакали белками, от бабули к Марте и обратно. Насчет бабули можно было только скрипеть зубами от несправедливости. Столько лет она боролась с раком, скольких людей вырвала из его клешней или хотя бы продлила им жизнь, но он все-таки победил. Отомстил ей. И ничего с этим не поделаешь. А вот насчет Марты — тут все было в моих руках. А я словно ждал какого-то волшебного пенделя.

Баран ты, Рома. Баба и тряпка. С одной не мог расплеваться, хотя и не собирался жениться, другую не можешь затащить в постель, хотя и хочешь.

Мне мало просто затащить ее в постель, огрызнулся я. Тем более постель эта пахнет другой женщиной. Не в буквальном смысле, конечно, но виртуально Ева еще где-то рядом. Как энергетический отпечаток. Мне не нужен в отношениях кто-то третий. А то и четвертый: Марта как-то упомянула мельком, что ее бывший все никак не может угомониться и окончательно слиться в закат.

Выходя из метро, я посмотрел на часы. Половина двенадцатого. Марта уже должна была быть дома, после вечерников она приходила около одиннадцати. Учитывая при каких обстоятельствах мы познакомились, я беспокоился, когда она возвращалась поздно. Про придурка того больше никто не упоминал, но мало ли. Да и навозный пилот по некоторым оговоркам казался не слишком адекватным типом.

На всякий случай я набрал ее, но Марта не ответила. Во дворе посмотрел на ее окна — темно. Еще не вернулась? Или, может, наоборот, пришла и уже легла спать?

«Роман. Привет. Все в порядке? Маякни».

Серые галочки. В метро? Или правда спит?

Поднялся к себе, покормил Джоя, пообщался с ним. Сам поел наскоро. Окна напротив все еще не горели. Или все-таки уже?

Нет, ну не дело вот так загоняться. Она вполне могла задержаться. Зайти куда-то или с подругой встретиться. Или с матерью. Ты, Рома, ей кто, чтобы она тебе о своих передвижениях докладывала? Не муж, не жених. Вообще не пойми кто.

Но беспокойство нарастало — пока его не разорвал телефонный звонок.

— Рома! — По одному слову я понял, что Марта на грани истерики. — Ты можешь прийти? Я, кажется, его убила.