Глава 59

Марта

В «Повести временных лет» иногда встречаются «пустые лета». Это, конечно, не значит, что ничего важного не происходило. Записи могли потеряться, сгореть, мог, к примеру, умереть летописец. Или он счел, что события не заслуживают интереса. Это, кстати, к тому же, что историю пишут летописцы, в буквальном смысле. А интерпретируют политики или по заказу политиков.

Но даже если лета не пустые, все равно когда-то события происходят реже, когда-то чаще. Вот и у меня последние дни оказались настолько насыщенными, что хватило бы, наверно, на месяц.

Еще неделю назад я старалась не заглядывать в будущее, убеждая себя: пусть все идет так, как идет. И вот внезапно Андрей в СИЗО, маньяк пойман, а я — ой, мама дорогая! — невеста Романа. И с бабушкой уже познакомилась, а вот теперь мы ехали к его родителям. Формально это был день рождения Кати, жены Ромкиного брата, но очевидно, что в первую очередь собирались посмотреть на меня.

Разумеется, я заранее допросила Ромку по-всякому, как и что, чтобы не попасть впросак. Наслышана была, что Ева им пришлась не ко двору. И хотя он уверял, что я точно впишусь, все равно было страшновато.

— Марта, ты уже понравилась бабуле, это главное, — убеждал Ромка.

О том, что сделал мне предложение, он никому пока не говорил. Мы решили, что сначала познакомимся, а там будет видно. Тем более не стоило полностью убивать Катин день рождения такой новостью, и так она уже не будет звездой первой величины.

Мы специально приехали чуть позже, когда все собрались.

— Это моя Марта, — представил меня Ромка.

Его отец, огромный, бородатый, похожий на Бармалея, подошел ко мне и стиснул мою руку сразу двумя ручищами.

Боже, подумала я, как же должны его бояться бедные мужики, приносящие на прием свои заболевшие письки и простаты. И с трудом удержалась от глупой ухмылки.

— Добро пожаловать! — прорычал Бармалей. — Приятно познакомиться. Ирину Аркадьевну ты уже знаешь, я Сергей Павлович, это Ольга Ивановна, Витя и Катя. Варя и Вера на кухне, но их все равно не различить.

— Мне тоже очень приятно, — кивнула я, прикидывая, смогу ли после такого рукопожатия держать ложку или вилку.

— Надеюсь, Рома предупредил, что семейка у нас такая… специфическая? — спросила Ольга Ивановна, когда все расселись за столом. — Медицинский юмор и все такое. Может с непривычки шокировать.

— Девочка историк, студентов учит, — возразила Ирина Аркадьевна. — Думаю, ей уже ничего не страшно.

— Предупредил, мам, — ответил вместо меня Ромка. — Все нормально.

Страх и правда исчез, как только я вошла в комнату. Там было уютно. Никакого напряжения. И — вот чудо-то! — я сразу почувствовала себя в этой компании своей. Еще не членом семьи, конечно, но где-то в ту сторону.

Да и какого-то ужасного медицинского черного юмора я в процессе не заметила. Возможно, его придержали ради знакомства, но в целом все крутилось вовсе не вокруг меня, а вокруг Кати, и это мне понравилось. Я просто участвовала в общем разговоре. Сама не лезла, если ко мне обращались — отвечала.

Ну… может, кое-что и было такое. Например, беременную Катю расспрашивали о токсикозе. Обычно за столом на подобные темы не говорят, но тут, видимо, это было в порядке вещей. Ну и ладно. Чужой монастырь. Шокировало? Да не особо.

Впрочем, расслабилась я рано. За тортом внимание все-таки переключилось на нас.

— Ну а вы, детки? — поинтересовалась Ирина Аркадьевна, шлепнув мне на тарелку здоровенный кусман. Видимо, разрезание торта было ее прерогативой. — Какие планы?

— Планы? — на серьезных щах переспросил Ромка и наступил под столом мне на ногу. — В перспективе — пожениться.

Я только запихнула в рот шоколадную розочку и едва не подавилась.

— А, ну так это хорошие перспективы, — одобрила бабуля. — Свадьбу будем делать? Или так распишетесь?

Ромка незаметно ущипнул меня за бок: говори, мол.

Мы это не обсуждали от слова совсем. Поэтому я ответила нейтрально:

— Наверно, будем. Но умеренно. Без фанатизма. И не прямо сейчас.

— То есть не пригорает? — уточнила Ольга Ивановна, и все понимающе закивали: понятно, значит, не по залету.

Потом мы с Катей понесли на кухню посуду, и я спросила, быстро ли она привыкла «к вот этому вот всему». Катя мне тоже понравилась — милая, доброжелательная и, похоже, непрошибаемо спокойная.

— Нет, — ответила Катя, загружая тарелки в посудомойку. — Сначала показалось, что они все очень странные. И это еще мягко сказано. Но потом как-то стало ничего. Кошка втянулась в пылесос. И ты привыкнешь. Мне кажется, тебе легче будет.

— Почему? — удивилась я.

— А ты из их стаи. Ну производишь такое впечатление. Извини, что говорю об этом, но Ромкина бывшая девушка у всех вызывала одинаковое недоумение: что их вообще связывает. Нет, ну понятно что, но должно же и кроме этого что-то быть. А вот вы… как будто из одной коробочки. А как вы познакомились?

— Я поздно домой возвращалась, и ко мне мужик прицепился на улице. А Рома с Джоем гулял. Ну и… вот так. И оказалось потом, что мы в одном доме живем, в разных корпусах.

— Это когда было?

— В январе.

— То есть ты, извини, его у Евы увела? — хихикнула Катя.

— Ну не совсем. — Я пожала плечами. — У нас что-то началось, когда они уже расстались. А так здоровались просто. Соседи же.

— И вот сразу прямо замуж? — Она вытаращила глаза. — Хотя… если все ясно, то чего тянуть.

Вообще-то, если подумать, то и правда… быстро. Но мне казалось, что мы знакомы уже тысячу лет.

— Ну мы же не прямо сейчас, — сказала я, словно оправдываясь. — Будет время узнать друг друга получше.

— И передумать, если что, — рассмеялась Катя. — Хотя мне кажется, что вы не передумаете.