Глава 20

— Господа, вы ко мне? — спросила я, мысленно поставив себе пять звезд — голос был ровным и мелодичным.

На пару тонов выше, чем обычно, но оно и понятно: когда вся улица перед аптекой полностью занята оборотнями, то не каждая сохранит хладнокровие. То есть, кроме мужчин в явно боевой униформе или дорожных плащах, с ушами, хвостами, клыками и всякими железками за спиной, я не увидела ни одного обычного горожанина.

— Это аптека? Вы Лерия? — тут же ко мне подошел высоченный оборотень, шикнув на тех, кто плотняком забился в небольшой дворик перед входом. — Йоранн, командующий северным заграждением.

И, в отличие от Шорсейна, который казался дерзким, но довольно милым, Йоранн выглядел суровым и беспощадным воином. Шрам под бровью, чуть растрепанные волосы и даже ухо — еще большее, чем у Шорсейна — было с маленькой зазубриной, словно в драке кто-то прошелся по нему мечом, а по бокам свисала пара ножен. И точно такой же плащ, в котором вчера вернулся Рэйвен.

— Да, все верно, очень приятно познакомиться, — сказала я, протягивая руку, которую пожали чрезмерно осторожно. — Вы от Рэйвена?

— Мы по совету Рэйвена, — поправил меня Йоранн. — Он рекомендовал закупить лекарства и травы здесь. Позволите?

Я оглядела столпившихся и шепчущихся оборотней, бросавших на меня настороженные и робкие (что более удивительно!) взгляды, прикинула свои запасы и с радостью поняла — решение проблемы было точно не временным! Если я все продам, то год смогу сжить безбедно.

— Конечно, — улыбнулась я. — Проходите. Только, боюсь, вы все сразу не поместитесь.

— Ничего. Сначала я схожу, а потом решим, как быть. Надеюсь, мои ребята вас не смущают? Они хорошие.

Оборотни, словно в подтверждение слов своего командующего, синхронно улыбнулись. Ну, слух-то не человеческий, но зрелище, когда несколько десятков вооруженных до зубов мужчин одновременно улыбаются, захватывает.

— Лерия, ты чего тут застыла? — из-за двери высунулась Ная и тут же увидела все: — Ого! Ого! О-о-о! Сколько пушистиков!

Пара стоявших поблизости оборотней настороженно прижали уши с длинными кисточками в голове. Интуиция, видимо, сильная сторона всех кошачьих. Йоранн же остался абсолютно невозмутим. Следом за Наей показался Най и издал такой же восторженный вопль, после чего тихонько поинтересовался у меня:

— А мы можем с ними познакомиться?

— Это у них нужно спрашивать, — ответила я, кидая вопросительный взгляд на Йоранна.

Тот сразу же кивнул, разрешая, от чего дети осторожно спустились с крыльца. Я не беспокоилась за них: Рэйвен не отправил бы к моим дверям кого-то опасного, да и оборотни, по словам Шорсейна, относились к детям очень снисходительно, считая их самой большой ценностью, а потому как-то обидеть не могли.

Детишки спустились с крыльца, а Йоранн за их спиной сказал спокойно:

— Головой отвечаете. Если вдруг что…

Йоранн провел большим пальцем по своей шее. Внушительно. Поэтому я совершенно спокойно зашла внутрь аптеки, предложив Йоранну следовать за мной.

Йоранн оказался одним из тех самых идеальных покупателей, которые встречаются катастрофически редко. Он знал, что хотел, у него был список, а еще он полностью доверял моим рекомендациям. Когда я собрала все нужные ему настойки, настои и травы, он расплатился, после чего сразу же достал первую бутылочку и с удивлением посмотрел на нее.

— Что-то не так? — уточнила я.

— Наоборот. Очень даже так, удивился, что есть не только название лекарства, но и срок со способом приема.

— Там еще мелким шрифтом дописана пара основных направлений лечения. Например, у вас в руках обезболивающее.

Йоранн уважительно покивал, словно отдавая дань моей внимательности к деталям. А как иначе? Тут ведь ни инструкций, ни справочной, где можно уточнить, что в руках. Хорошо, если человек помнит, зачем купил, а если нет? А если перепутает? И кто будет виноват? Конечно, я. Проходили, знаем.

— Вы меня простите, Лерия, можно я сразу выпью? — спросил Йоранн, откупоривая флакон и принюхиваюсь. — Рана на боку не до конца зажила, болит так, что сил терпеть нет.

Так болит, что Йоранн ни разу за время нашего общения не сморщился, ну-ну. Проверяет? Что ж, пусть проверяют. Но я оценила его тактичность — для вояки, коим он представлялся и являлся, небывалое дело. На светлых землях все было иначе.

— Да, конечно, — улыбнулась я, кивая в сторону стула для посетителей: — Если стоять неудобно, можете присесть.

Йоранн кивнул и опустился на табурет, который жалобно хрустнул. Что ж, надо учитывать, что у меня в качестве посетителей будут не только среднестатистические горожане, но и высоченные накачанные воины с тяжелым оружием.

— Странно, — буквально через десять минут сказал Йоранн.

— Что странного? — спросила я, напрягаясь.

— В вашей лавке превосходные лекарства, которые составят конкуренцию самым лучшим травникам на темных и светлых землях. Поэтому очень странно, откуда взялись такие нелицеприятные слухи.

— А что за слухи? — я тут же навострила уши.

— Как бы вам сказать… — Йоранн отвел глаза, явно не в силах выразиться прямо.

— Говорите как есть, — улыбнулась я. — Чего я только не видела…

— Вы хотите сказать, не слышали? — подсказал Йоранн.

— Слышала я все. И что где вскакивает после «Я вот там с ними тремя…» и что где отваливается после «А я ему говорю, что не так он делает, а вот как надо…», — улыбнулась я. — А видела очень многое, но, к моему огромному счастью, не все. Это к слову пришлось.

Йоранн лишь усмехнулся чуть понимающе:

— У вас интересная работа. А слухи… Поговаривают, что аптека, которую открыла бывшая любовница Его Темнейшества, получила удивительные преимущества, позволившие ей избежать всех проверок, а потому тут покупать что-то не только бессмысленно, но и опасно.

— Дурость какая-то, — нахмурилась я.

— Да, конечно, ваши лекарства…

— Да тут дело даже не в лекарствах, — вздохнула я. — Если я бывшая любовница, то зачем мне давать такие преимущества? Тем более, такую? Да и, осмелюсь сказать, что если бы я была его бывшей любовницей, то явно не единственной. Часто Рэйвен таким образом помогает своим бывшим?

— Разумеется, нет, — тут же возразил Йоранн, впервые за все время позволив себе более яркие эмоции. — Рэйвен беспристрастен и неподкупен, когда дело касается работы. Это общеизвестный факт.

— Тогда откуда выполз такой слух? — я не на шутку заинтересовалась.

— Из-за ребенка.

— Какого? — не сообразила я.

— Вашего общего. Из-за него другие и посчитали, что к вам особое отношение. И, кстати, где он? — спросил Йоранн как бы невзначай.

Слухи решил проверить? Ну-ну. Кажется безэмоциональным и суровым, словно бы ему ничего не интересно, а кончик хвоста-то предательски подергивается. Где-то слышала я, что коты так любопытство выражают.

— Мик! Ты где?! Иди сюда и ответь за свои слова сам!

Мик вышел из подсобного помещения и спросил:

— Сестрен, ты чего кричишь? О, родственник Шорсейна или…

— Или, — отрезала я. — Ну, вот, собственно, ребенок Рэйвена, да, ребенок Рэйвена?

Последнюю фразу я особенно подчеркнула максимально ехидным тоном.

— Я все исправлю, я не хочу быть его ребенком! — тут же отреагировал Мик, делая два шага назад. — Я все-все исправлю.

— Интересно, как? — пробормотала я, после чего повернулась к Йоранну: — Похож он и на моего ребенка? С учетом разницы в возрасте я попросту не могу быть его матерью.

— На это тоже есть объяснение. Говорят, что вы старая ведьма, которая в пять раз старше, чем выглядит, и которая прокляла Рэйвена любить себя вечно. Поэтому и всем вокруг советовали не соваться в аптеку, чтобы вы их тоже не прокляли.

Мы с Миком переглянулись.

— Жизнь в темных землях точно будет непростой. Люди с такой богатой фантазией определенно преподнесут мне много сюрпризов. Обо мне еще что-нибудь интересное говорили? — спросила я.

— Нет, больше ничего, — покачал головой оборотень.

— Тогда тут дело не в людях с фантазией, — вмешался Мик. — Кто-то целенаправленно создавал эти слухи. Мы на темных землях всего несколько дней, а они распространились с такой скоростью. И, более того, они продуманные и идут в одном направлении, что уже для слухов странно. Обычно есть несколько вариантов, а тут один-единственный…

— А парень хорошо соображает, — уважительно сказал Йоранн, после чего с легким сомнением спросил: — Он точно не сын Рэйвена?

— Точно, — хором ответили мы с Миком.

— Значит, это была та девица, над который ты так неудачно пошутил. Только она в курсе, что ты назвался сыном Рэйвена, да и твой возраст знает, иначе с чего бы она обозвала меня старой ведьмой, — вздохнула я. — Ну, и что теперь? Пойти к ней и спросить, зачем она это сделала?

— Ни в коем случае, — нахмурился Йоранн, а потом еще более строго повторил, почти скомандовал: — Этого нельзя делать ни в коем случае.

— Почему? Мы же ей не угрожать собрались, а всего лишь спросить, — возмутился Мик.

— Главное, чтобы она не стала угрожать вам. Темная Башня — территория Рэйвена во всех смыслах. Здесь нет никого настолько глупого, чтобы распускать о нем подобные сплетни, не имея надежного тыла. И если это действительно та женщина, то она влияние у нее немаленькое.

— И что делать? — нахмурился Мик.

— Ничего, — ответила я, а потом вопросительно посмотрела на Йоранна: — Какое бы влияние она не имела, у Рэйвена ведь этого самого влияния больше?

— В точку, госпожа Лерия. Позвольте ему разобраться со всем этим. А мне — выйти и позвать остальных, иначе, боюсь, мои преданные бойцы не выдержат и ворвутся проверять, оставила ли меня в живых коварная ведьма из городских сплетен.

Йоранн улыбнулся краешком губ, после чего вышел за дверь. Мы с Миком лишь услышали его спокойный и довольно громкий голос:

— Отставить панику! Жив, здоров, лекарство опробовал, качество — отменное. Все слухи — фантазия горожан. Ведьм нет, сына Рэйвена тоже, смотреть не на что, так что закупаемся и идем отдыхать. По пять хвостов заходим!

В аптеку тут же ввалились пять бравых кошачьих, заполнив собой все помещенье. Они громко перешептывались о том, что горожанам явно делать нечего, если сплетни на пустом месте разводят, а также предлагали отправить этих самых сплетников к ним, а то в и убираться некому, и готовить надо бы.

Оборотни были прекрасны, как ни посмотри! И дело тут совсем не во внешности. Они все поголовно заходили со списочком, подходили по одному, не перебивали, терпеливо дожидались, спрашивали вежливо, к советам прислушивались. То ли от природы такие красавцы, то ли от сурового взгляда Йоранна, стоявшего в углу со скрещенными на груди руками — тут уж трудно сказать, но эффект был отличным: мы с Миком еще никогда с такой скоростью и эффективностью не отоваривали покупателей. Я консультировала, принимала оплату и говорила, что нести, а Мик носился и упаковывал все это дело в протянутые оборотнями индивидуальные пояса с карманами или сумки. Сколько оборотней прошло через аптеку — не сосчитать, а ведь меньше часа работали!

— Госпожа, а этот запах… — неожиданно один из оборотней — обладатель платиновых волос и светлейших ушек — демонстративно принюхался. — Валерьяна? У вас есть?

Этот кошара, надо заметить, выше меня на голову и шире минимум в полтора раза исключительно благодаря мускулам, посмотрел так умоляюще, что я тут же заподозрила подвох.

— А вам разве можно? — спросила я, повернувшись к Йоранну.

Что-то мне подсказало, что честный ответ от других я навряд ли получу.

— Можете показать, госпожа Лерия? Возьму пару на пробу, — вздохнул Йоранн, после чего добавил: — Иногда после сражения нужен флакончик, особенно новичкам.

Я пожала плечами и вытащила два флакона. Все присутствующие как по мановению палочки повернулись в мою сторону. Прошу прощения. В сторону валерьяны. Хорошо, что нет крысы, что-то мне подсказывало, что ее могли живой и не выпустить с двумя-то флакончиками.

— Вкусно пахнет!

— Качественная какая!

— Командующий, а может пока в городе хоть пару капелек?..

— Вы же чувствуете, высококлассная вещь! От такой и голова на утро болеть не будет. И для душевного здоровья полезно.

— Можно нам купить по одному флакончику?

— Флаконы слишком большие, — отрезал Йоранн. — Если были бы под две-три столовые ложки, то разрешил бы.

— Я могу разлить нужное количество, — деловито предложила я, чем заслужила безмерно благодарные взгляды оборотней и тяжелейший вздох Йоранна. — По две ложки, значит?

— По две ложки, — согласился он. — Но после того, как все закупятся необходимым.

Оборотни прониклись — и работа снова закипела. В какой-то момент в аптеке оказалось явно больше пяти хвостов, и я поняла, что основные лекарства все приобрели — остальные набились в аптеку за валерьянкой. Что ж, ожидаемо. А вот дальнейшее стало для меня сюрпризом.

— Госпожа, мы задержимся в городе еще на два дня…

Зачем он мне это говорить? Я даже не попыталась скрыть недоумение.

— И мы могли бы помочь вам выяснить источник этих ужасных слухов? Нельзя же, чтобы на такого мастера так клеветали. А мы быстренько найдем и все хвосты… эм, ноги, поотрываем.

— И загремите в тюрьму, — раздался спокойный голос Рэйвена. — Как у вас тут дела?

Йоранн вышел из своего «наблюдательного» угла и пожал Рэйвену руку:

— Неплохо. Кажется, определили источник сплетен.

— И кто же?

— Девушка лет двадцати пяти, выше меня на полголовы, темные волосы, раскосые глаза.

— Одета в длинное голубое платье, носит с собой небольшую сумочку в камнях, а на голове странное украшение? — спросил Рэйвен, и, получив подтверждение Мика, сказал: — Знаю, знаю.

— Что, ваша любовница? — хмыкнул Мик.

— Темные упаси! — ответил Рэйвен. — Не говори такого. Особенно при ней — боюсь, за такое предположение она от тебя мокрого места не оставит. Она меня и так не слишком любит, а если кто-то запишет меня в ее любовники, то от злости и с ума сойти может.

— А кто она? — осторожно спросила я.

— В двух словах и не расскажешь, — ответил Рэйвен, оглядывая толпящихся оборотней.

Ну, что ж, с темы соскользнул он мастерски. Жаль, что тут Наи с Наем не было, их детской непосредственной наглости и любопытства очень не хватало. Но здесь были оборотни, которые с выражением абсолютного блаженства на лице ждали свою валерьянку. И которые оказались безоговорочно подкупленными:

— Так рассказывайте не в двух, — сказал рыжий оборотень без единой веснушки на лице. — Расскажите подробно!

— У вас тут такого мастера угнетают! Разве же можно так спокойно реагировать?! И не рассказывать?

— А если у вас снова завал с этими учеными и их изобретениями, то мы еще целых два дня тут, если нужно, перевернем всю Темную Башню, но поможем.

А эти оборотни, несмотря на грозный вид и кучу оружия, очень милые ребята. Интересно, если я им во флаконы добавлю по паре миллилитров в качестве благодарности, им не повредит? Надо бы у Йоранна спросить.

— Ребят, дайте мне повод напроситься к прекрасной госпоже Лерии, чтобы я мог рассказать ей все поподробнее, на чай — сказал Рэйвен, а потом, оглядев оборотней, мстительно добавил: — На чай с валерьяной.

— Ваше Темнейшество, вы дразнитесь? — обиженно сказал один из оборотней. — Чай с валерьяной. А мы можем?..

— А вы можете уйти, — посоветовал Рэйвен. — Разумеется, как только расплатитесь с госпожой Лерией.

Аптека наполнилась вздохами, но все шустро устремились к прилавку, в результате чего зацепили шкаф и едва его не опрокинули.

— Что ж, госпожа Лерия, чтобы мы тут все не толкались и не снесли что-то случайно, — Йоранн окинул своих подчиненным нечитаемым взглядом, от чего они сразу же присмирели и, кажется, попытались уменьшиться в размерах, — я оставлю вам список с количеством валерьяны, а завтра я к вам приду и заберу?

Йоранн, кажется, подмигнул Рэйвену? Однако. Но идея была отличная, поэтому я улыбнулась, приняли бумажку, где Йоранн перечислил, сколько им надо валерьяны, а после вместе с оборотнями покинул аптеку.

— А у вас хорошие отношения, — заметила я, чтобы нарушить возникшую тишину.

— Более чем. Мы дружили еще до создания Темной Башни, а с половиной оборотней я плечом к плечу сражался на границе с монстрами. Так что отношения у нас очень даже неплохие. И им можно доверять, — ответил Рэйвен, а после сразу же перевел разговор: — Так пригласишь меня на чашку чая?

В это время в аптеку вернулись Най с Наем с весьма огорченными мордашками — пушистики-то все ушли.

— Приглашу. Мик, закрой аптеку. Предположу, что сегодня тоже никто не зайдет. После таких «веселых» сплетен.

В итоге мы с детьми и Рэйвеном переместились на кухню. Наю и Ная хорошо было бы отправить к себе, но… Но ведь все равно ведь подслушают, так что какой смысл прогонять?

— Так что это была за девушка? — спросил Мик.

— Эстерия Ин Фореска, — ответил Рэйвен. — Довольно известная дама на темных землях с весьма богатой родословной и не менее богатыми связями.

— Ее имя меня не слишком интересует, — сказала я честно.

— Мы с ней взаимно друг друга терпеть не можем с первой встречи, — ответил Рэйвен. — И вообще стараемся пересекаться как можно реже. По возможности — никогда.

— И это меня тоже не сильно интересует вот прямо сейчас, — сказала я, поставив перед Рэйвеном чашку чая. — Почему она тебя так не любит?

— С валерьяной? Серьезно?

— Все в соответствии с твоими пожеланиями, — ответила я. — Или ты шутил? Я думала тебя на работе достали, вот и надо успокоительное.

Рэйвен опустил взгляд в чашку, потом посмотрел на меня, потом — на хихикающих детишек. Най тут же отреагировал:

— Бойтесь своих желаний.

— После моей работы я уже мало чего боюсь, — пробормотал Рэйвен и отпил из кружки, чуть поморщившись.

— Если не нравится, вылей, — сказала я, чувствуя себя неловко.

— Не буду, — немного капризно сказал Рэйвен. — Ты заварила, поэтому не буду, как я могу так поступить с тем, что ты лично для меня приготовила? Да никогда!

— Ты ее стряпню пробовал? — мрачно отозвалась Ная. — Нет? Тогда лучше зарекайся.

— Заодно и проверим его выдержку, — фыркнул Най.

— Живучесть, ты хотел сказать? — откликнулась Ная.

— Ну, и это тоже.

— Какие милые дети, — сказал Рэйвен. — Мне определенно надо познакомить их с учеными. Ну да ладно. Так на чем я остановился? На том, за что меня так не любит? Тут довольно сложное дело, потому я начну издалека. Темная Башня — мой проект от самого начала до самого конца. Пока я ее не создал, отношение к ученым оставляло желать лучшего: в одиночку они не могли получить достаточно денег для своих разработок, а объединения под руководством аристократов, в которые можно было вступить, были и того хуже: работа там мало отличалась от рабства. А потом я создал Темную Башню с довольно комфортными для изобретателей, ученых и попаданцев условиями. И многие тут же перешли ко мне под крыло, решив, что хуже не будет. Судя по тому, какой волной буквально через полгода хлынули ученые с разных концов темных земель, им тут было не просто не хуже, а намного лучше. Не могу сказать, что я такой добрый и понимающий, но в сравнении с аристократами выигрывал по любому пункту. Разумеется, аристократам это не сильно понравилось. Но больше всего пострадали те организации, где были самые неплохие — по тем меркам — условия. Например, организация под управлением семьи Фореска. Ученые, бывшие под их началом, практически в полном составе перешли работать в Темную Башню. Собственно, Эстерия считает, что я ограбил ее семью, а потому искренне ненавидит.

— Тогда что она делает на территории Темной Башни?

— Выполняет приказ правителя, который все еще надеется, что получится нас объединить ради процветания темных земель. Признаться, я про Эстерию почти и забыл. Толку от нее нет, но и вреда тоже — на моей территории она не решится действовать против меня. Да и я не могу ничего сделать без веской причины. А причины она мне не дает — старается не пересекаться вообще. Точнее, не давала.

— Послушай, Рэйвен, тогда почему она тебя разыскивала? — я тут же заметила несостыковку.

— Да мне самому интересно. Почему разыскивала? Почему пришла даже не в рабочий кабинет, а в дом, который считался моим личным? Почему спровоцировала такую волну сплетен? Ведь, как я понял, твою шутку про моего сына больше никто не слышал? Никто-о-о, значит, эта, светлые ее испепели, Эстерия все вытворила. Но подставила она под удар не меня, а тебя и, в первую очередь, себя. Что ты значишь для меня намного больше, чем подчиненная, ей узнать неоткуда. А в остальном она дала мне роскошный повод упечь ее в тюрьму за клевету. Зачем она это все сделала? — Рэйвен рассуждал в слух, полностью погруженный в свои мысли.

— Мне тоже интересно, — ответила я и замолчала, погрузившись в раздумья.

Что-то во всей это ситуации мне казалось странным. Вот только что?

— А откуда ты узнал, что она была в голубом платье, если вы почти не пересекались? — спросила я, наконец, сообразив, что меня «царапало».

Но ответ Рэйвена немного разочаровал:

— Потому что голубой — родовой цвет Фореска. И если для мужчин допускается ограничиться какими-нибудь голубыми рубашками или сюртуками, то женщины обязаны носить одежду, где голубой цвет преобладает.

— А она не пыталась тебя отвлечь? — влез в наш диалог Мик. — Ну, чтобы ты расследовал сплетни, а не занимался другим важным делом? Я уже с таким сталкивался, когда преступник пускал ложные сплетни, а маги-дознаватели на них отвлекались, позволяя тому крыться.

Сталкивался, да? Я подозрительно посмотрела на Мика. Или сам этот способ попробовал? До того как стал жить со мной, подросток много чудил. Когда местные жители мне рассказывали, я не верила и только смеялась. А потом Мик сам подтвердил несколько рассказов и честно признался, что больше этим нет нужды заниматься. Так что я бы не удивилась, если бы его хоть раз в жизни он попадал в поле зрения дознавателей или властей.

Рэйвен, кстати, тоже бросал на Мика странные взгляды. То ли восхищался, то ли запланировал что-то хитрое.

— Хорошая мысль, — сказал Рэйвен в итоге. — Имеет право на существование. Но не подходит, потому что реальные события меня отвлекли намного больше. На границе случилось аномальное нашествие монстров по непонятной причине. Пришлось брать парочку ученых, себя, несколько стражей — и мчаться туда как можно быстрее. Какой-то идиот разлил раствор, привлекающий монстров, в огромном количестве.

— Но ты справился слишком быстро, — заметил Мик. — Вдруг эта Эстерия хотела, чтобы ты отсутствовал в Темной Башне намного дольше? И как только ты устранил проблему, то она тут же подкинула тебе вторую подлянку, использовав Лерию?

Рэйвен покачал головой:

— Бессмысленно. Сейчас в Темной Башне сплошная рутина, нет ни единого повода отвлекать меня. Я разве что дело Антора расследую, который умудрялся разбавлять сахаром Шабрураз. Но это даже внимания не заслуживает.

— Ну, раз ты так говоришь, — вздохнул Мик, выглядя чуть расстроенным из-за того, что все его предположения оказались пустыми.

— В любом случае, причины Эстерии — исключительно мои проблемы, рано или поздно я до них докопаюсь. А со сплетнями я решу дело быстро, раз уж известен источник.

— Как быстро? — подозрительно уточнила я.

— Прилюдно назначу ей наказание в виде пожизненного заключения. Раз уж она дала мне такой роскошный повод, то как мне им не воспользоваться? — ухмыльнулся Рэйвен. — Завтра же соберу площадь, да и хорошо, что воины Йоранна здесь — избежим беспорядков. И все те, кто продолжал слушать и разносить клевету, замолчат разом. Темная Башня — это мое творение, я никого здесь не держу. И если местные так обленились, что вместо работы сплетничают, и так обнаглели, что даже обо мне, то, боюсь, местными они быть скоро перестанут. Бездельникам не место в Темной Башне.

Рэйвен говорил так спокойно и уверенно, что, несмотря на довольно высокомерные слова, которые больше подошли бы тирану, не раздражал. Скорее, наоборот… Если бы Рэйвен мне уже не нравился, то я бы сейчас нашла его довольно привлекательным. Было в этой слегка злодейской ауре что-то цепляющее.

— А это не слишком?.. — начала Ная. — Пожизненное…

— Вовсе нет, — улыбнулся Рэйвен. — За клевету предусмотрено от пяти лет тюрьмы до смертной казни в зависимости от тяжести преступления. А что может быть тяжелее, чем клеветать на главу Темной Башни? Увы, казнить ее я не могу, иначе ее семья точно не оставит меня в покое, а вот отправить куковать в тюрьму до скончания ее дней — с легкостью.

— Да нет же! — возмутилась Ная. — Не слишком ли легко она отделается? Пришла сама, сплетни развела, сестренке Лерии торговлю испортила, нам — настроение! И всего лишь пожизненное!

— Ты считаешь, что пожизненное заключение — слишком слабое наказание? — удивился Рэйвен.

— Конечно! — закивала Ная. — Она что, получается, всю жизнь будет на всем готовом жить, да еще и не работать? Беспредел какой-то.

В глазах Рэйвена блеснули хитринки, но он серьезно ответил:

— Согласен, абсолютный беспредел. И что ты предлагаешь?

— Наказать ее справедливо! — сказала Ная. — Пусть капсулы для порошков делает, чтоб сестренке Лерии ущерб возместить!

— Вечно, — припечатал Най.

— Отличная идея! Хотя я уверен, что Лерия с ее изобретательностью придумает наказание поинтереснее, — Рэйвен подмигнул мне, а потом более серьезным тоном продолжил: — Тем более, я пришел сказать, что все-все субстанции, о которых ты договорилась, готовы. И завтра тебе их доставят.

— Вообще все? — удивилась я.

И было чему. Кроме первичного списка, я отправила Карфену еще один — расширенный, посчитав, что надо попробовать изготовить все доступные лекарства, а не только порошки, хотя бы в небольшом количестве. И посмотреть, как они будут продаваться.

— Да, даже масло какао, — ответил Рэйвен. — И, уж извини за любопытство, но зачем тебе масло какао в таком количестве? Разве его можно использовать при приготовлении порошков?

— Порошков — нет. А вот для кое-чего другого — вполне.