Глава 30

Магический совет на землях светлых абсолютно точно не желал, чтобы король хоть как-то сотрудничал с темными землями. Хотя тут стоит уточнить, что против той же торговли они ничего не имели, но вот обмен знаниями, договоры с Темной Башней — ни в коем случае! У них же совет со своими гениальными учеными, специально отобранными, между прочим. А что там у темных? Одни остатки, одни бесполезные люди, разве можно получить равноценный обмен? Никак! Да и сами темные, понимаете ли, мерзкие и гадкие, репутация ужасная, обманут на ровном месте, хорошо, если не убьют.

— Консерваторы, — презрительно отметил принц.

— Но-но, — Десятый демонстративно поцокал, покачал указательным пальцем чуть ли не перед самым носом у принца. — Сначала алчные, потом уже консерваторы. Как думаете, кто платит магическому совету? Казна, а если говорить более точно — король. Именно он подписывает договор, согласно которому на содержание магического совета и всех ученых выделяется жалование. И получается, что магический совет с подконтрольными ему учеными, являются обычными монополистами, которым, кстати, и жалование не урежешь — тут же начнутся разговоры о том, что король собственноручно тормозит прогресс светлых земель. И, что еще серьезнее, деньги себе в карман кладет. А что сумма, выделяемая магическому совету Светлейших, скоро сравниться с содержанием полноценной армии — так это же на развития нашей земли, это же правильно.

— Разумеется, короля такое положение вещей не слишком устраивает, — понимающе кивнул Рэйвен. — Отсутствие прямых конкурентов приводит к застою.

— Необязательно так скромничать! Что ж вы так принижаете свои успехи, Ваше Темнейшество? У Темной Башни тоже нет конкурентов, но вы вполне себе резвыми темпами развиваете науку и улучшаете качество жизни на темных, — фыркнул Десятый, заговорщицки подмигнув Рэйвену.

Непростой человек этот советник, даже чересчур, я бы такого обходила десятой дорогой. Символично звучит, однако. Но и Его Темнейшество тоже из этой категории, жаль, что обходить его уже поздно. Или не жаль. Я бросила взгляд из-под ресниц на красивое лицо Рэйвена. Конечно, я бы предпочла влюбиться в кого-нибудь более обычного, у которого меньше власти, да и денег — Шорсейн мне как-то проболтался, что состояние Рэйвена соперничает с таковым у старых аристократических семейств. Ну, что есть, то и есть. В конце концов, Рэйвен и так слишком хорош. Но, зная его положение в обществе, трудоголизм, кучу возложенных обязательств и привычку замалчивать важные вещи (например, о том, что меня пытались убить, мог бы и сказать, идеальным я его считать не могла. Но со всеми этими недостатками, пожалуй, смириться возможно.

Рэйвен заметил мой взгляд, подмигнул и только после этого ответил Десятому:

— Не сравнивай. Темная Башня достаточно независима и содержит сама себя, а потому я даже не думал соотносить ее как-то с магическим советом. Значит, ваш король хочет одним выстрелом поразить две цели: и от Темной Башни получить выгоду, и подстегнуть магический совет?

— Верно-верно. Хотя со вторым пунктом будет сложнее, чем с первым. И король, и совет прекрасно знают о планах друг друга, но прямо высказать все не могут, а потому изо всех сил будут демонстрировать, что решение другого неправильное. Король будет доказывать, что сотрудничество с темными полезно, а совет — что ни к чему хорошему не приведет. И в первом случае все относительно понятно. Договариваемся с тобой, показываем, насколько Темная Башня хороша, чтобы совет это принял. Не получится с первого раза, тогда со второго. Попыток много, рано или поздно совет сдастся под напором. А вот со вторым намного труднее: совету будет нелегко доказать, что Темная Башня плохая. Связи с темными нет, а дискредитировать вас как-то надо, чтобы король и дальше продолжал вливать золото в магический совет. А кто лучше подойдет для вашей дискредитации, как не сбежавшая с темных земель аристократка.

— Которая еще и с учеными работала, жила рядом с Темной Башней, а потому, конечно, знает много-много всего, — заключил Рэйвен. — Что же, теперь мне понятен расклад. Под вопросом остается лишь одно: как Эстерия со светлыми собирается доказывать, что Темная Башня — ужасно бесполезная и страшная?

— Если бы я знал, то давно бы уже все рассказал, — ответил Десятый. — Понятия не имею. И выяснить пока не могу: эту Эстерию стерегут как зеницу ока, к ней даже тайная стража короля подобраться не может, что уж говорить о всех нас. Единственное, что могу предположить — все случится во время совета. Но мы относительно готовы к этим неожиданностям: ровно одна треть Светлейших — люди короля, а потому поддержат любую его идею. Где-то четверть будет нейтральна, потому что действительно много работает, а не просто пытается отполировать на роскошном стуле с мягкой обивкой свои шелковые штанишки. Кстати, а шелк полировать можно? Так, не суть. Ну, оставшаяся часть, как понимаешь, сурово против короля, Темнейших, темных и иже с ним. Вот так-то.

Десятый советник выразительно закатил глаза, поджал губы, а после переключился на меня:

— Госпожа Лерия, мы тут не надоели вам своими разговорами о политике? Может, поговорим о чем-то не менее существенном?

Я невольно глянула на Рэйвена, который не проявлял никакого беспокойства, а потому не слишком уверенно кивнула:

— Хорошо. О чем?

— О том, что вы собираетесь предоставить в качестве изобретения для получения титула «Непревзойденный талант». Есть у меня тут одна идея насчет вас…

— Оставь эту идею при себе, не трогай Лери, — отрезал Рэйвен. — Знаю я твои авантюры, поэтому не зли меня.

— Нет-нет, точно не буду, — тут же активно замахал руками Десятый. — Мне моя жизнь дорога как наследие от мамы с папой, так что злить я тебе определенно не буду. Но идею все же послушай. Она не в отношении госпожи Лерии, а по поводу ее выступления для подтверждения титула «Непревзойденный талант».

— Эй, да у меня идея в отношении ее выступления, а нее самой. Что, если мы начнем доказывать совету, что сотрудничество с Темной Башней — это хорошо, прямо с выступления госпожи Лерии? Если ты отправляешь ее получать такой титул, то она ведь невероятная?

Рэйвен задумчиво постучал по столку кончиками пальцев, подозрительно сощурился и уточнил:

— В чем разница?

— В том, что на выступлении госпожи Лерии я приглашу короля и одного из аристократов оппозиции. Если у вас, госпожа Лерия, все выйдет отлично, то это станет превосходным аргументом в пользу сотрудничества с Темной Башни. И да, Рэйвен, разумеется, ты будешь на самом выступлении, так что никакой опасности для твоего ценного ученого, — сказал Десятый, особенно выделив два последних слова.

Многозначительно так. Рэйвен остался спокоен, да и меня таким смутить сложно, но все же вопрос, когда советник понял, что отношения между нами не совсем те, что бывают между работодателем и ценным работником? От дальнейших мыслей меня отвлек неясный шорох слева как раз в том углу, где стояли сундуки. Это еще что такое?

— Хорошо, посмотрим на обстановку, — ответил Рэйвен. — Лери, что такое?

— Ничего, показалось, наверное, — махнула я рукой, так как больше никакого шороха не слышала. Неужели со всеми этими нападениями у меня нервы совсем расшалились?

— О, рекомендую посмотреть в окно! — неожиданно бодрым голосом восторженного экскурсовода заговорил Десятый. — Мы подъезжаем к столице.

Я послушно посмотрела в окно. Что ж, город как город. Красивый, конечно, чего стоят одни только белоснежные здания причудливых, но в то же время довольно органично вписывающихся в атмосферу улиц. Цветы, деревья, статуи, фонтаны… Вся реальность выглядела как картинка, причем хорошенько отфотошопленная. Как реклама в моем мире, поэтому я ничуть не удивилась, да и в восторг не пришла, чем знатно расстроила Десятого советника. Судя по унылому выражению лица, он явно рассчитывал, что я отреагирую более эмоционально. Разумеется, если я была из этого мира и не видела ничего, кроме границы и темных земель, то так оно и было бы. Но, увы, увы, приятной картинкой меня трудновато впечатлить.

Зато выражение лица Рэйвена меня удивило: он выглядел таким мрачным и суровым, что показался мне другим человеком. Я бы даже сказала, что злым. И что это с ним такое? Неужели на него так столица влияет? Надо бы спросить у Йоранна…

— Что ж, приехали!

Приехали мы прямиком к огромному серебристому зданию, которое переливалось в лучах заходящего солнца. А я почему-то думала, что мы добрались очень быстро, видимо, за разговорами не заметила, как быстро прошло время.

— Здание магического совета? — поморщился Рэйвен, сохраняя выражение лица «Кто подойдет, тот долго не проживет». — Почему не гостиница?

— Потому что по новым правилам те ученые, кто претендуют на получение титулов, должны находится в этом здании. Разумеется, не одни, они могут взять с собой четверых. Как раз всем места хватит, а ваших охранников я размещу в гостинице неподалеку, там как раз мой человек работает. Они, конечно, замаскировались, но нет гарантии, что случайно хвостами или ушами не сверкнут. А как в столице относятся к оборотням, думаю, и без меня знаете.

Йоранн, несший сундуки с самым ценным, тут же согласно кивнул. Увидев, что Рэйвен полностью поглощен разговором с советником, я подошла к Йоранну и тихо спросила, что такое с Рэйвеном, что у него лицо такое… выразительно-зверское?

— А-а-а, он не предупредил? Он таким всегда на светлых землях ходит. Поддерживает репутацию сурового темного, чтобы светлые к нему близко не подходили, а если уж и подошли, чтоб не додумались спорить. А если он еще и улыбнется, то от него вообще все разбегаются… Правило «Не злите Рэйвена» работает на любых землях — и на светлых, и на темных, — в тон мне ответил Йоранн, заставив подозревать, что Рэйвен умеет издеваться над светлыми не хуже Десятого. Ну, зато ясно, почему они так ладят.

— Ладно, понял. Показывай, куда идти, — раздался голос Рэйвен.

— Это уже не я буду показывать, сейчас к вам подойдет человек из магического совета, который проводит вас к месту назначения. А вот и он, кстати, — Десятый повернулся и кивнул чуть правее, а я тут же посмотрела в эту сторону.

Да уж, какие знакомые лица.