Глава 27

То, что сделал Фед, злит меня до трясучки. Этот эгоистичный, незрелый болван решил, что ради своего удобства может манипулировать нашими отцами. Снова! Вот ведь придурок! Когда папа, не скрывая своего удовлетворения, заявил мне, что Дубов снова в деле, я ушам своим не поверила. И на этот раз дала жесткий отпор, потому что устала плясать под его дудку, тем более, после того, как он не оставил мне даже надежду на то, что воспринимает меня всерьез.

– Ты не понимаешь, Дубов важен для нас, – тут же начал давить на меня папа. – Он единственный сын Стаса, главный наследник!

– Дядя Стас не разделяет твоих старомодных взглядов, Ари тоже его наследница, – напомнила я ему.

– Арина может получить деньги и недвижимость, но во главе встанет Федор, – отмахнулся он от меня. – А ты, как его жена, сможешь влиять на его решения. Этот парень – тупица и разгильдяй, ему просто необходим кто-то, кто будет направлять его. И кто лучше справится с этой задачей, если не жена? Ты-то у меня умница, Ваня. Мы можем объединить со временем наши активы, дочь.

Ну конечно! Папа думает, что сможет управлять мной и Федом, как неразумными детьми, вот только он не берет в расчет то, что дядя Стас – его ровесник и умирать пока не собирается, отдав в руки детей все свои активы. Конечно, эти мысли я держу при себе и наотрез отказавшись от этого щедрого предложения руки и сердца, иду разбираться с Федом, который лишь еще больше выбешивает меня. Иногда так и хочется хорошенько настучать ему по его упрямой башке! Даже поход в клуб с Асей и еще парой подруг не расслабляет меня, хотя я позволяю себе пару алкогольных коктейлей несмотря на середину рабочей недели. И последующая ссора с Федом лишь ухудшает мое состояние, но работу никто не отменял, так что на следующий день я, как проклятая, бегаю по поручениям начальника, проклиная свою должность девочки принеси-подай.

Лишь оказавшись дома вечером, я обессилено падаю на диван и подумав, что фирменный массаж от Феда мне сейчас оказался бы очень кстати, понимаю, насколько я жалкая, раз уже скучаю по этому придурку.

Я знаю, что Дубов не воспринимает меня всерьез. Я для него просто удобный постоянный секс. Но я-то в него по уши влюблена! Сама себя ругаю за слабохарактерность, но не могу от него отказаться. Мне с ним хорошо. Намного лучше, чем я могла ожидать. Он ведь не только за сексом ко мне приходит. Не будь нашей договоренности, это ничем не отличалось бы от обычных отношений. Дубов заходит, чтобы посмотреть вместе фильм и просто потусоваться. Водит меня на свидания. Делает мне расслабляющий массаж, когда я прихожу убитая с работы, кормит ужином и старается быть нежным в такие дни, не трахая меня, как голодный зверь, что для него более характерно, а пытаясь быть сдержаннее и ласковее.

Да он проводит у меня больше ночей, чем в своей собственной квартире! И если бы не наше правило не афишировать свои отношения, то уверена, что и в компании наших друзей он вел бы себя, как мой парень. Но мне этого не хочется. Я не готова настолько раскрыть душу перед этими людьми, зная, что в любой момент все это может закончиться. Не хочу, чтобы они потом годами вспоминали о том времени, когда мы с Федом «встречались», но у нас ничего не вышло. Не выйдет ведь, это уже предопределено. Еще максимум месяц и его интерес потухнет, он уйдет искать острые ощущения на новой, неизведанной территории. И даже понимая это, я не могу сама все это прекратить. Впервые в жизни я предпочитаю упустить контроль из рук, потому что это приносит мне удовольствие. Думаю, у каждой женщины есть право на безумную влюбленность, которая не приведет к браку и детям, но, вспоминая которую она не будет жалеть о том, что что-то упустила из-за собственной трусости и боязни душевной боли.

«Я купил ужин, ты меня впустишь?» – приходит сообщение от Феда, который также присылает фото фирменного пакета из моего любимого ресторана.

Наглый котяра, как всегда, прет напролом. И все же, мои губы сами по себе растягиваются в широкой улыбке от его выходок. Как я могу настолько его любить?! Ведь в других людях меня это раздражало бы до невозможности.

«Можешь, но с тебя минимум час массажа» – пишу в ответ, тут же получая от него пошлый стикер облизывающей банан девушки.

Ага, щас! Пусть даже не мечтает! Не то, чтобы мне не нравилось сосать его член, учитывая, что я просто одержима этой частью его тела, но он не заслужил. Оставляю это без ответа и иду переодеваться, снимая свой рабочий костюм и надевая короткие черные шортики с открытым эластичным топом сочно-фиолетового цвета, которые ношу дома.

– Тяжелая артиллерия, – комментирует мой внешний вид Фед, не успев войти в квартиру.

Его голодный взгляд останавливается на моем голом животе и он чуть ли не облизывается, заставляя меня закатить глаза. Ладно, может я и нарочно одела его любимый домашний наряд в моем гардеробе.

– Что ты купил? – забираю у него пакет, заглядывая внутрь.

– Все, что ты любишь. Ну что, сначала ужин или примирительный секс? – нагло кладет свою ручищу мне на попку этот самоуверенный болван.

– Ужин, массаж и сон, – мстительно говорю я, направляясь на кухню.

Дубов преувеличенно страдальчески стонет и идет за мной, ведя себя на удивление смирно, пока мы рассаживаемся за столом и едим то, что он принес. Но извинений я от него, конечно, не дождусь. Кто бы сомневался! Решил все замять, словно ничего и не было. И я, как безвольная дура, видимо, спущу ему это с рук.

– Время массажа! – вскакивает он на ноги после ужина, в предвкушении потирая руки и глядя на меня со знакомым огнем в глазах. Мы оба понимаем, к чему это приведет и что я не смогу ему отказать.

Встав, я направляюсь в спальню и достаю масло, стягивая с себя топ, под которым нет лифчика, и удобно устраиваясь на полотенце, которое расстилаю на кровати, чтобы случайно не измазать простыни маслом. Фед наблюдает за мной тяжелым взглядом, сглатывая при виде мелькнувшей обнаженной груди, которую я быстро скрываю, улегшись лицом вниз на кровати. Он подходит и взяв масло, начинает греть его в руках, прежде чем коснуться моей кожи.

Надо заметить, что массажу Фед обучался профессионально, еще когда занимался спортом в школе. Он умело находит все узелки в моих напряженных мышцах и, хотя ощущения немного болезненные, я не могу сдержать удовлетворенных стонов, когда он начинает разминать мне шею, болящую от сидячей работы, на которую я подписалась из-за своих амбиций и желания доказать свою состоятельность отцу. Постепенно его руки спускаются все ниже, но он не пытается меня облапать, а действует вполне профессионально. Я могу только по его тяжелому дыханию представить, чего ему это стоит. У нас не было секса несколько дней. Для Дубова это долгий срок. Он постоянно хочет, будь его воля, мы трахались бы, как кролики, не только каждую ночь, но еще и на завтрак, и на обед.

– Хватит, – говорю я, когда мне уже самой становится невтерпеж от фантазий о том, чем все закончится, если он проскользнет руками под мои шортики. – Я в душ.

Прижимая к груди полотенце, я быстро юркаю в ванную, стягивая с себя остатки одежды и спеша в душевую, потому что знаю – он последует за мной. Так и происходит. Не успеваю я настроить воду, как дверь за моей спиной открывается, а потом великолепный в своей наготе Фед обхватывает своими большими и все еще скользкими от масла руками мою грудь, щипая и вытягивая уже затвердевшие соски, отчего я не могу сдержать громкий стон.

– Ты уже мокрая для меня? – хриплым басом спрашивает он, запуская пальцы мне между ног и проходясь ими между влажных складочек с гортанным стоном. – Блядь, да! Массаж всегда тебя заводит, плохая девочка.

Нам не нужна прелюдия в этот раз. Я уже полностью готова, когда он раздвигает мои ноги и толкается в меня сзади, насаживая на жесткий член, который входит, как по маслу. Я хватаюсь за его руку, которая поддерживает меня, обхватив за живот, и тихо хныкаю от чувства растяжения, стараясь сдержать крики, когда он начинает размашисто двигаться, сразу набирая быстрый темп и жестко вдалбливаясь в меня на всю длину.

– Не сдерживайся! – рычит Фед мне на ухо, щипая свободной рукой за сосок. – Покричи для меня, Стужа.

Я упрямо держусь, но давление невыносимое. Оргазм зреет во мне быстро и неотвратимо, хотя он даже не трогает мой клитор. Толчки Феда достаточно жестокие, чтобы причинить небольшую боль, но опытным путем мы уже выяснили, что, когда он груб, я кончаю быстро и мощно. И, хотя когда все закончится, мое бедное, растраханное этим зверем влагалище будет болеть, я люблю это ощущение, люблю весь следующий день ощущать последствия его присутствия во мне. Как и он любит заботиться обо мне после работы, облизывая и целуя мою воспаленную плоть, делая мне хорошо, пока я не охрипну от криков.

– Упрямая стервочка! – не добившись от меня большего, чем негромкие стоны, шипит Фед, шлепая меня по попе. – Я заставлю тебя покричать, Стужа.

Неожиданно остановившись, он выходит из меня и прогнув еще больше, зарывается лицом между моих ног сзади, облизывая и щелкая по пульсирующему комочку нервов.

– Нет, прекрати! – сопротивляюсь я, потому что как бы мне не нравился его язык на самой чувствительной точке моего тела, прямо сейчас я настроена на жесткую еблю и не хочу, чтобы он доводил меня своим ртом. – Фед, нет! Я хочу… Ох, Фед… Хочу тебя внутри, пожалуйста!

Это заставляет его остановиться и я почти готова взвыть от кайфа, когда он снова глубоко толкается в меня, хрипя что-то непонятное мне на ухо. Мой живот сжимается, а пальцы скручиваются от острых ощущений, пока я пытаюсь найти опору, сотрясаемая его жадными толчками, сходя с ума от того, как хорошо он ощущается внутри меня.

– Еще, Фед, вот так! – кричу несдержанно, забыв обо всем, кроме такого близкого и желанного освобождения, двигая тазом ему навстречу.

Мои мышцы сжимаются вокруг его внушительной длины снова и снова, пока я почти не слепну от обжигающего удовольствия, крича как банши, потому что мой контроль над собственным телом утерян полностью. И хорошо, что Фед кончает практически одновременно со мной, потому что не уверена, что смогла бы устоять на ногах и выдержать еще больше его бешеных толчков, учитывая, что этот оргазм, кажется, высосал из меня все силы.