Глава 18

Андрей

— «Горыничка»? — возмущаюсь, прикрыв за нами дверь. — Серьезно, блядь? Что за херня, Никит? Какого лешего она лыка не вяжет? — требую объяснений, буравя Горского взглядом.

— Психотерапия, брат, — чертов мозгоправ разводит руками. — Что тут непонятного?

— Какая, нахуй, психотерапия? — вспыляюсь на друга. — Девчонка пьяная вдрызг. Я просил ее защищать, а не накачивать алкоголем.

— Ей нужно было расслабиться. Я не стал мешать, — комментирует Горыныч, почесывая выгнутую бровь.

— Каким образом, Никит? — спрашиваю с нарастающим раздражением. — Трахнув тебя через брюки? Или вы решили для релакса подышать маткой? Сейчас это модно у баб.

— Нет, блядь, Андрюха, мы решили посидеть на гвоздях! — парирует Горский, реагируя на мои претензии таким же неприкрытым раздражением. — Если ты не в курсе — маткодых из меня хуевый. Ебаться сквозь штаны я тоже не мастак!

— Тогда что?

— Девчонке жених за бугром изменил. Да и потом, кто-то в своем кабинете трахал Илонку в рот…

Блядь….

— Она это видела? — чертыхнувшись, нервно зачесываю волосы назад.

Ну пиздец какой-то, ей-богу!

— Вероятно. Иначе бы не делилась в деталях, какой ты у нас половой гигант, — шутливо поддевает меня Горыныч. — Если у тебя больше нет вопросов, я пойду к технарям — нужно проверить некоторые догадки.

— Иди, — выцеживаю сквозь зубы, срываясь в свою спальню.

Хлопнув дверью, прислоняюсь к ней затылком и шумно выдыхаю.

Как, блядь, успокоиться?

И главное, с чего я вообще завелся?

В своем доме делаю, что хочу! Имею полное право!

А Златка?

Артур не научил ее уважать чужие границы?

Не объяснил, что за взрослыми мужиками следить нельзя?

— Чер-р-р-рт!

Отталкиваюсь от двери, иду в ванную. Умываюсь прохладной водой. Поднимаю взгляд — в зеркале угрюмое лицо, между бровей — глубокие складки усталости.

И что мне с ней делать?

Няньку нанимать, что ли?

Горыныч долго с ней возиться не станет. У него свои заботы, свой бизнес, своя жизнь.

— Дела твои дрянь, Темный, — бормочу себе под нос. — Попал ты с Алиевой. Жопой чую, что попал…

В кармане вибрирует телефон, отвлекая от насущных мыслей.

Достаю его. На экране номер Горского.

Давно не виделись, блядь….

— Слушаю, Никит. Ты изобрел новый метод для усмирения непослушных девиц? — вылетает само собой.

— Андрюха… Алиев разбился…

Голос у него глухой, будто сам не верит в то, что говорит.

Меня окатывает кипятком с головы до ног, а затем коркой льда покрывает.

Тело превращается в камень.

В горле образуется ком.

— К-как… разбился?… — еле выталкиваю из груди застрявший воздух. — Ты что мелешь, друг?

— Только что по новостям передали. Спускайся в мониторную. Похоже, дело дрянь.