Глава 55
Андрей
— Доброе утро, Андрей Викторович! — приветствуют меня безопасники у ворот.
Отвечаю легким кивком, заезжая с охраной во двор.
Дом в застывшей предрассветной тишине кажется мрачным монументом, отражающим мое паршивое настроение.
Выйдя из тачки, машинально вскидываю взгляд — в спальне Златы темно, в правом крыле, в комнате Горского, горит приглушенный свет.
«Надо обсудить сегодняшний день и меры безопасности для дочери Алиева во время похорон», — размышляю я, направляясь к крыльцу. — «Идеально было бы оставить ее дома под присмотром охраны, но это всего лишь мое желание, не ее. Проститься с Артуром Златка непременно захочет».
— Матвей, машину к семи утра готовь, — отдаю распоряжение водителю, заходя в дом.
— Принято, босс.
С Мотом расходимся в гостиной. Он с охранниками в мониторную, я поднимаюсь на второй этаж к Никите.
К восьми я уже должен быть в офисе, так что разговор с Горским откладывать не вариант. Времени хватает разве что на душ, чистую рубашку и пару чашек крепкого кофе.
Илона права — сердце надо беречь, но жизнь диктует свои правила. Либо ты держишься в седле, либо под копытами. Отдохнуть, как говорится, мы на кладбище успеем…
Возле двери Златы я притормаживаю. В спальне в это время тихо.
Так странно… За последние дни я настолько привык к ее темпераменту и вспыльчивым перепалкам, к ее звонкому голосу и не всегда адекватным действиям, что от этой глухой тишины в висках давит и что‑то внутри екает. Что-то настораживает. Что-то, чего я не могу объяснить.
Так и тянет открыть эту дверь и проверить, на месте ли принцесса. Все ли у нее хорошо?
Вовремя вспоминаю о гостье и швыряю эту идиотскую мысль в топку.
Кажется, минуту назад я шел к Никите.
«Вот и иди отсюда, Андрюха, подальше от греха…»
Всего пару шагов — и я достигаю цели. Осталось лишь протянуть руку и постучать к Горскому, как вдруг застываю, прислушиваясь к доносящимся из-за двери голосам. Что за херня…
— Ага, да-а-а-а… Чуть глубже. М-м-м-м… — протяжный стон Алиевой ввергает меня в ступор. — Сильнее, Ник. Бож-ж-е, как хорошо… Да-а-а-а… М-м-м… Вот та-а-а-ак… Глубже….
Реально каменею, ощущая себя полным идиотом с охуевшим лицом.
Мозг отказывается анализировать происходящее. За секунду выдает миллионы картинок, и все они об одном: как Ник трахает Златку. Мой лучший друг, мать его, трахает дочь Артура, когда я решаю ее, сука, проблемы и собираюсь на ней жениться… Пусть и фиктивно. Не факт…
Он серьезно ее ебет?
От этой мысли окатывает ледяной волной, а следом накрывает лихорадочным жаром — не продохнуть. Сглатываю сухим горлом. Челюсти тут же сводит от напряжения. Кисти вспыхивают болью — я сжимаю ладони в кулаки, не зная, как поступить: начистить лучшему другу морду или отказаться от всего и послать все к чертовой матери?
Я этого изначально не хотел! Отказывался. Но Артур, земля ему пухом, не оставил мне выбора.
Нагло навязал свою дочь.
В какой момент все пошло не так?
Когда эта мелкая засранка успела пробраться мне под кожу ядом?
Сучка…
— Тише стони, царевна, щас весь дом на уши поставишь, — глухо хрипит Горыныч.
Ар-р-р-р-р-р!!!
Притвориться, что мне глубоко похуй, ни хрена не выходит. Держусь на морально-волевых, чтобы не въебать кулаком в дверь и не вынести ее из петель.
Вдох-выдох…
Прислоняюсь к холодной стене, запрокидываю голову и, тяжело дыша, досчитываю минуты до финала.
Когда-то же это должно закончиться?
Да уж, Князев, что ж тебя так коротит?
От одной запретной девчонки крышу сносит.
Хотел бы я себе спиздеть, что это не так. Но это, блядь, так!
— Ник, не отвлекайся, — умоляет Злата, а я закипаю от ярости, мысленно кромсая Горского на куски. Его, эту суку спецназовскую, в первую очередь… — О, Боже, да-а-а-а… м-м-м… ниже, ага… именно там… да-да…
— Так?
— Угу… Без футболки ты такой горячий. Мне по кайфу…
— Царевна, я не железный, — предупреждающее рычание.
— Моя попа это заметила. Господи, он у тебя такой огромный. Ох… больно! — взвизгивает Злата и снова стонет. — М-м-м…
— Блядь, не подмахивай булками! Лежи смирно.
— Ш-ш-ш-ш… Не отвлекайся, Горыня, — хихикает. — Лучше работай руками. Хватит языком чесать. Ага. Да-а-а… Именно так. М-м-м… Ч-ч-че-е-е-ерт… Я в экстазе… Боже, Ник, как мне хор-р-р-рошо.…
Чувствую, как внутри натягивается струна, звенит, аж в мозгах эхом отдается, еще миг, один гребаный миг, и с треском лопнет.
— Уже не болит? — более спокойно выдает Горский.
— Нет. Ты невероятный волшебник.
— Могу глубже.
— Ага… Так намного лучше. О, да-а-а-а… шею разомни… ага…
В смысле шею?…
Оторвав себя от стены, на автомате рывком распахиваю дверь. Поебать на все. Хочу увидеть собственными глазами, что происходит в стенах моего дома.