5

Вероника

Смотрю на девушек, словно это мне надо выбрать с кем из них я проведу ночь. Какие они все красивые, глаз не оторвать! Как ангелы Виктории Сикрет, даже еще красивей.

Девушки уверенной походной расходятся по залу, улыбаются и дразнят гостей.

Я вижу, как многие уже начали выбирать себе девочек на ночь. Антон посадил себе на колени девушку в белом костюме, а Виталик выбирает из трех красных.

Так мне пора уходить.

Я встаю со стула с намерением удалиться как можно дальше от столика, но Стас берет меня за запястье, удерживает, а затем обратно усаживает на стул. Смотрю на него в замешательстве.

— Ты куда собралась?

— Туда, — глупо отвечаю и указываю в сторону стойки, где собрались другие официантки.

— Посиди со мной, взрослая.

— Разве не они должны скрасить твой вечер? — кивнула на красоток.

Стас улыбнулся, от чего стали видны ямочки на щеках… Сердце почему — то забилось часто — часто, а дыхание сбилось.

— Меня ты вполне устраиваешь.

— Ну… Хорошо, — ответила. — Что будем делать?

Боже, ну почему я сначала говорю, а потом думаю? Стас коротко хохотнул.

— Может, поговорим? — предложил мужчина. Я скептически посмотрела на него.

— Просто поговорим, серьезно?

— А у тебя есть идея лучше?

— Нет.

— Тогда давай говорить. Начинай.

Начинай. Легко сказать, блин. Я вообще не представляю о чем говорить с мужчиной.

Я усердно стала думать, что сказать? У меня даже пот проступил! Прошла минута — вторая, Стас все это время разглядывал меня.

Вот это мы поговорили…

— Думаю, я готова попробовать Бейлис, — хрипло сказала и придвинула к себе ликер.

Я сделала глоток.

— Не глотай, — отдал приказ Стас. — Подержи во рту, почувствуй вкус.

Какой вкус он предлагает мне почувствовать, если я не могу нормально сидеть и думать под его взглядом! Но я сделала все, как он сказал.

Вкус и правда раскрылся больше. Проглотила алкоголь. Вкусно. Все это время Хейфец смотрел на меня.

— Я знал, что тебе понравится, — самоуверенно заявил.

— Кто тебе сказал, что мне понравилось? — вздернула вверх бровь.

— Ника — Ника, — покачал головой и ухмыльнулся. — Я знаю о тебе больше, чем ты сама…

Я покрываюсь мурашками от его слов. Это все неправильно. Я не должна ничего чувствовать, а он не должен сидеть так близко… И смотреть так не должен!

Внезапно к Стасу на колени садится девушка в красном костюме. Я моргаю, и этот странный момент между нами проходит.

— Ста-а-а-с, — произносит красотка. — Я так скучала.

Пользуясь моментом, я быстро встаю со стула и иду прочь от столика. Мне нужно привести мысли в порядок.

Забегаю с ванную, смотрюсь в зеркало. Щеки горят, глаза блестят, словно не работаю, а… Развлекаюсь

— Ник, ну ты как? — в туалет зашла Илона, и прислонилась бедром к раковине.

— Нормально, — отвечаю и делаю глоток воды из — под крана.

— Это хорошо. Нашу смену можно считать законченной, — зевает девушка и вытягивает руки над головой, потягивается.

— Почему?

— Потому что пришли белые и красные, джентльменам не до нас, — смеётся. — Сейчас все по этажам разойдутся, а мы кофе попьем и Артурчик накормит нас.

— Хорошо, — бормочу в ответ. — Илона, а ты знала, что здесь будет Стас?

— Ой, забыла сказать, да. Он тут завсегдатай, а ты что его видела?

— Обслуживала.

— У-у-у, но он нормальный.

— Да… Слушай, а Касьян сюда ходит? — при упоминании имени бывшего друга сердце сжалось.

— О, биг босс не любит такие посиделки. Это Стас трахает всех без разбора, а Кас… Ну, наверное, думает, что его член особенный, — громко смеётся и поправляет лиф костюма. — Он трахает только своих девок.

— Что значит "своих девок"?

— Он не меняет их, как перчатки. Хотя, с какой стороны посмотреть. У него каждые пол года новая. Я бы стала новой пассией Касьяна Райхеля, — мечтательно произнесла Илона, а мне захотелось ее ударить.

— Зачем тебе это?

— Ну, Ника, ты как с Луны! Что значит зачем? Чтобы бабки поиметь и подарки. Я не из тех, кто считает, что подарки и деньги от мужчин принимать не стоит… Ещё как стоит, Ника. Пока мы молодые и красивые

— А разве не лучше строить отношения с человеком, которого любишь? Разве секс по любви не лучше?

— Я тебя прошу! Вон я любила папашку Аринки, думала дышать без него не смогу. Он клялся и божился в вечной любви, а я дура верила ему. И что в итоге? Бросил, как только узнал про беременность. Но ты не думай, я не жалею, что родила дочь, она лучшее, что со мной случалось. Просто… Я больше не верю мужикам. Они все потребители и я теперь отношусь к ним так же.

Слова Илоны заставили меня задуматься. Я по — новому посмотрела на девушку. А ведь она всего лет на пять старше меня. А в ней уже такой горький опыт говорит. Она рассуждает так, словно любовь — ничего не значит. Может я глупая девчонка, но мне хочется верить, что меня впереди ждёт большая и чистая любовь, пусть даже и не вечная.

Илона взяла меня под руку и мы вышли из туалета. Все, как она и сказала, больше половины столиков уже пустовали. Мы подошли к барной стойке и сели лицом к залу, если вдруг кто-то нас подзовет.

Я выискивала взглядом Стаса, но его здесь не было.

— Блин, я бы сейчас не отказалась от хорошего секса, — сказала рыжая девушка рядом со мной.

— Надень красный костюм, Марина, и иди трахайся, — ехидно ответила ей Илона.

— Почему красный? — возмутилась Марина.

— Потому что ты на все согласна.

— Твоя правда, твоя правда, — протянула рыжая и засмеялась.

Ох, слишком много разговоров о сексе этим вечером.

— Девочки, смотрите, какое вино для нас замутила Ника, — сказал Артур и разлил вино по бокалам. — Давайте выпьем за этот вечер!

Все чокнулись бокалами. Мне пришлось тоже. В следующий раз надо будет придумать что-то с алкоголем, мой организм не привык к таким количествам. Затем было другое вино и ликер и еще что-то я уже не помню. Вроде я и не пьяная, но мне так весело и хорошо, как не было уже очень — очень давно!

Как и говорила Илона все уже давно поднялись выше по этажам, а мы сидели болтали на первом.

— А что там наверху? — полюбопытствовала я у одной из девчонок.

— Не знаю, — пожала та плечами. — Мне сказали не ходить, я и не хожу.

Вот так просто у нее, а я же сгорала от нетерпения. Мне было так интересно, что происходит наверху. Увидеть бы, хоть одним глазочком…

Пока девчонки болтали, я сделала сумасшедшую вещь — поднялась наверх.

Держалась в тени, поднимаясь по ступеням. Меня раздирало любопытство. Уверенна, что на трезвую голову я на такое не решилась бы. Хихикая про себя, поднялась на второй этаж. Здесь был очень длинный коридор и ряд комнат.

Мне почему — то слова Артура вспомнились, про то не хочется ли мне секса… Конечно мне хочется… После всех проблем, мне хотелось забыться в чьих — то объятиях. Не думать ни о чем, просто кожа к коже, до сбивчивого дыхания, то отметин на теле, чтобы отключится от мира…

Но не с кем.

И слова Артура о сроке годности… Может к черту все, и сойти с ума. Хоть раз. Пусть даже жалеть потом буду…

Ой, не о том ты думаешь, Вероника! Одернула сама себя. Уже хотела сбежать обратно вниз, как за одной из дверей послышался протяжной стон. Я остановилась, как вкопанная. Словно завороженная подошла поближе и прислушалась. До моего слуха доносилось неясное бормотания, стоны и шлепки. Я чувствовала, как мои щеки пылают, а низ живота сводит судорогой…

— Какая ты любопытная, Ника Стахова, — услышала голос у своего уха и подпрыгнула на месте.

Резко обернулась и оказалась лицом к лицу со Стасом. Я нервно сглотнула и сделала шаг назад, уперлась спиной в стену. Хейфец улыбнулся и шагнул ко мне. Если я сделаю глубокий вдох, то между нашими телами не останется и миллиметрового расстояния.

— Любишь подслушивать?

— Я не… Я не подслушивала, — отвечаю, а Стас мягко смеется.

— Врунишка, — и снова этот шепот, который пробирается в самое нутро.

Облизываю губы и вижу, как взгляд Стаса фокусируется на них. Его руки по обе стороны от моего тела, он так близко, что я чувствую его запах и могу даже пересчитать каждую ресничку. Какой он все таки красивый.

Дыхание сбивается, и я глубоко втягиваю носом воздух и прикусываю нижнюю губу, смотрю на мужчину.

— Бл*ть, Ника, — хрипло выдыхает и на секунду закрывает глаза. А когда открывает, я вижу в них такой голод.

— Как жаль, что тебя нельзя трогать, взрослая, долбаный правила. А то бы я погладил каждый миллиметр твоего нежного тела. Уделил бы особое внимание твоим соскам, бьюсь об заклад они такие же розовые, как и твои губки. О, твой рот, малышка, столько грязных вещей я бы с ним сделал…

И, он ведёт руками по стене в миллиметре от моего тела. А я сама не могу понять, что со мной творится, я едва с ума не схожу от желания, чтобы он ко мне прикоснулся. Его пошлые, отвратительные слове не должны так на меня действовать!

Стас потерся колючим подбородком о мою шею, полностью лишая меня дыхания… И рассудка. Потому что я не знаю, как объяснить свои следующие слова:

— А ты всегда придерживаешься правил?…

Сама не узнаю свой голос неужели я только что и правда это сказала?!

Стас пристально смотрит на меня от чего кровь начинает закипать, а животе разливается жар. Я не знаю, что сейчас будет и мне плевать. Никаких мыслей, в голове лишь невесомость. Сердце колотится так сильно, что я уверенна, мужчина слышит его стук. Нервно сглатываю и делаю то, что не сделала бы никогда… Шагаю ближе к Хейфецу и закрываю глава. Запах его парфюма и ощущение его тела… Меня начинает бить озноб предвкушения, каждое нервное окончание воспалено… Я так хочу, чтобы Стас сделал следующий шаг, чтобы ответил взаимностью…

Но мужчина не двигается. Проходит секунда, пять, вечность… Я чувствую, как внутри все заполняет горечь. Мне стыдно и неловко. Собралась сделать шаг назад и тут почувствовала, как с рыком Стас опустились ладони на мои ягодицы и сжал их. У меня перехватило дыхание от столь бесстыдной ласки. Его руки мнут кожу, он теснее вжимается в меня, мы стоим грудь к груди. Я задыхаюсь от эмоций и новых ощущений. Но мне мало… Так чертовски мало, я хочу большего. Я готова к большему.

Ладонь мужчины поднимается вверх по моему телу, проходится по ребрам, пальцы ласкают очертания груди. Стас смотрит на меня и его глаза опасно мерцают, дышит рвано, тяжело. Я чувствую его возбуждение и этот факт заводит меня еще сильнее, адреналин несется по венам попадая в самое сердце. Хейфец закрывает глаза и со стоном прислоняется своим лбом к моему. Я чувствую дрожь его тела.

— Стас…, — я собираюсь его умолять, только сама не знаю о чем.

— Не так, взрослая, не так, — хрипло говорит, а в следующее мгновение отходит от меня.

Я моргаю, пытаюсь понять, что только что произошло. Стас… Отшил меня.

— Бл*ть, Ника, не смотри на меня так, — выдыхает мужчина и прислоняется к противоположной стене.

— Почему? — слетает с губ вопрос прежде, чем я успеваю закрыть рот.

— Почему я не трахнул тебя у этой стены? — невесело смеется, а у меня щеки пылают от его слов. — Сам не знаю, — пробормотал и снова окинул меня внимательным взглядом.

— Давай, иди вниз, Ника Стахова, здесь тебе делать нечего.

И я делаю, как велел Стас. Пулей лечу по коридору и сбегаю вниз по лестнице, наплевав на осторожность. На первом этаже сажусь на первый попавшийся стул и смотрю по сторонам, вроде, никто не заметил моего отсутствия. Перевожу дыхание, чувствую, как меня потряхивать начинает, и способность думать тоже возвращается. Как вовремя, блин!

Роняю голову на руки и стону в голос. Боже, какая же я идиотка! Что я творю! Чувствую, как меня начинает мутить.

— Ника, вот ты где! — слышу голос Илоны. Поднимаю голову и смотрю на девушку.

— Что?

— Пошли со мной, Артур нам такую поляну накрыл — закачаешься.

— Илон, что-то мне не хорошо…

— Пошли, — берет меня за руку и тянет за собой. — Когда ты еще попробуешь мраморный стейк с крутым гарниром и непроизносимым соусом!

Мне не остается иного выбора, как пойти за девушкой. Лучше так, чем поедом себя сжирать.

В компании девчонок, нескольких охранников и Артура мне стало легче. Все оказались нормальными людьми. Мы весело переговаривались и ждали, когда наверху… Закончат свои дела.

Интересно, Стас занимается с кем — то сексом? Наверное, с той, что сидела у него на коленях и так открыто предлагала себя.

Прямо, как ты, Ника!

Прикрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов. Нужно постараться забыть все, что произошло сегодня. Это не я — это алкоголь. И вообще такая атмосфера, все эти разговоры… У меня была естественная реакция организма! Ничего такого не произошло.

Ага, потому что Стас тебя отшил!

Как же я ненавижу свой противный внутренний голос.

Наконец — то ночь подошла к концу. Около пяти утра джентльмены начали расходиться по домам. Я выискивала Стаса глазами, но так и не увидела его. Когда за последним гостем закрылась дверь, все выдохнули.

— Пошли, заберем бабки и поедем домой! — сказала одна из девушек.

— Слушайте, давайте вызовем пару такси и скинемся? Кому куда?

Переговариваясь, каждая подошла к своим столикам. Я обнаружила на столе три кожаные папки — счет. Открыла первую, где сидел певец, и обнаружила там пять тысяч рублей! Мои глаза буквально на лоб полезли. Трясущимися руками открыла папку, где сидел Виталик, здесь было две тысячи рублей. Черт подери! Сколько денег, с ума сойти можно! Может, мне все таки удастся отправить Димку в лагерь…

На столе остался один не тронутый счет. Я боялась брать деньги от Стаса, почему то мне казалось, что это неправильно. Особенно после того, как я… Приставала к нему…

Хотя, если подумать, я заработала эти деньги. Он даже не знал, что я буду здесь, как и я не знала про него. Поэтому думаю, он отнесся ко мне, как к другим официанткам.

Резким рывком открыла парку и обомлела. На стол посыпались оранжевые купюры. Я стояла и моргала в удивлении, точнее в шоке и неверии.

Стас оставил мне пятьдесят тысяч рублей.

***

Домой я попала только в восемь утра, хорошо, что сегодня выходной. Димка уже ушел в школу, а баба Тома пошла к соседке.

Я сидела на кухне и гипнотизировала взглядом деньги, разложила их перед собой на столе. Думала, что мне делать. Я не могла принять их с чистой совестью, мне кажется, это неправильно… Но с другой стороны я так остро нуждаюсь в этих средствах. Что же делать, что делать?

— Вероничка, ты когда вернулась? — на кухню, ступая бесшумно, словно ниндзя, зашла баба Тома.

Я вздрогнула и попыталась спрятать деньги, то бабушка треснула меня по рукам деревянной кухонной лопаткой.

— Что ты там прячешь? — она подошла ближе, посмотрела на деньги, а потом медленно подняла голову и посмотрела на меня.

— Откуда? — строго спросила.

Я нервно сглотнула и честно ответила:

— Заработала, — молчание в ответ.

— И где сейчас такие зарплаты? Вероника, ты ничего не хочешь мне рассказать?

Представляю, что баба Тома себе надумала уже.

— Я же Вам говорила, что знакомая с работы пригласила поработать… Мы обслуживали столики, а одним из клиентов оказался Стас… Ну, тот, кто взял меня на работу, нынешний работодатель. И вот он оставил мне пятьдесят тысяч чаевых, — выпалила на одном дыхании.

Баба Тома скептически посмотрела на меня, а затем хмыкнула.

— Это ж как ты его обслуживала, что он оставил тебе столько денег… Или правильно будет сказать чем?

— Баба Тома! — возмутилась я. Хотя в глубине души была в чем — то согласна с ней.

— Ну, а кислая чего такая сидишь? Радоваться надо, что деньги привалили.

— Я думаю, что их надо вернуть.

— Ты дура? — припечатала меня баба Тома.

— Думаю, нет.

— А ты не думай, Вероничка. Когда еще ты такие деньги в руках сможешь подержать? Радуйся моменту и хватит себя накручивать.

— Но я так не могу…

— Ну, говорю же ду-ра!

Черт, может и правда послушать бабу Тому? Тем более Стас видел сколько оставил…

— Баба Тома, — говорю я. — Поедите со мной по магазинам?

— Тьфу, думала, ты уже не спросишь!

***

Мы сегодня сделали столько всего. Первым делом отвезли деньги тренеру, а потом пропали на рынке. Купили обои, чтобы поклеить новые в комнатах, зашли на барахолку и взяли симпатичные покрывала на диваны, еще много чего по мелочи. Заехали за продуктами. Я затащила бабу Тому за новыми халатами и тапочками, она отбрыкивалась, но я в итоге победила! Счастливые приехали домой.

— Надька увидит мои новые халаты и помрет от зависти, — засмеялась старушка.

— Разве так можно говорить?

— А как еще? Эта старая маразматичка достала меня, во где сидит, — проводит ребром ладони по шее.

Я смеюсь.

Зазвонил мой телефон, я взяла его и сердце пропустило болезненный удар. Звонили из органов опеки.

У меня появилось очень нехорошие предчувствие, когда я ответила на вызов.

— Алло.