Глава 1.

В большой, стоящий на полу красный чемодан вещи летели как попало. Одежда, документы, косметика – все перемешалось, но меня в данный момент это совершенно не волновало. Как не волновало и то, что прежде уютная спальня, отделанная в бежево-кофейных тонах, приобрела совершенно разгромленный вид.

Пусть недавно нанятая Мироном прислуга, отношения с которой у меня как-то сразу не сложились, разбирается с образовавшимся бардаком. Роскошные наряды, которые я все до единого оставляла здесь, станут отличной компенсацией за непредвиденные хлопоты. А вот драгоценности, как и брезгливо отброшенное обручальное кольцо с изумрудом (ударившееся при падении о наборный паркет и отлетевшее аж под батарею), работающие здесь ушлые девицы вряд ли отважатся взять. Побоятся.

Мне же все эти стоящие бешенных денег побрякушки были не нужны - не хотелось оставлять о бывшем супруге совершенно никакой памяти. А продать их, дабы обеспечить себя на какое-то время средствами на существование, просто не получится. На всех драгоценностях наличествовала именная гравировка, и новость об их продаже наверняка быстро дойдёт до Мирона. Дойдёт, и приведёт в ярость. Зачем дергать за усы опасного зверя, которому мне нечего противопоставить? Совершенно незачем!

Лучше уж я уйду в свою новую жизнь с одним чемоданом, отсуженной у Чернова суммой денег, которая после оплаты услуг адвоката уменьшилась втрое, и скромными накоплениями, что принадлежали лично мне. Средствами, заработанными на хобби, которое Мирон всегда высмеивал, считая создание иллюстраций к детским книжкам моей блажью и пустой тратой времени.

Мне же нравилось это занятие, ну а то, что приносило оно, по словам супруга, сущие копейки, ни капли не смущало. И теперь именно этим деньгам предстояло стать моим спасением на первое время. Позволить снять приличное жильё в другом городе, в который я намеревалась вылететь сегодня же, и нормально питаться, пока не найду работу.

Звонок в дверь, прервавший мои размышления о планах на будущее, и заставший за застёгиванием молнии на чемодане, дал понять, что время вышло. Приехал Станислав, который, после наших посиделок в кафе, где мы произвели окончательный расчет, вызвался отвезти меня в аэропорт. Счёл разумным моё желание незамедлительно покинуть город-миллионник, где у бывшего мужа имелась в руках определенная власть. А значит существовала вероятность, что он, как и заявлял, попытается осложнить мне жизнь.

Внутренне поёжилась, представив нашу возможную встречу в будущем, и поспешила поставить свой багаж на колёсики. Выдвинула ручку, а затем не оглядываясь покинула нашу с Мироном некогда общую спальню. Прошла через всю квартиру к выходу, открыла дверь и…внутри снова похолодело, стоило увидеть хмурое, с крепко стиснутыми челюстями, лицо моего адвоката.

- Станислав, что-то случилось? – выпалила я вместо приветствия, и до того, как тот сам успел открыть рот.

- Да, Татьяна, - коротко и сухо кивнул в ответ мужчина, а затем забрал у меня чемодан и не говоря более ни слова направился к лифту.

В абсолютном молчании мы спустились вниз, где я оставила ключи от квартиры знакомому консьержу, сели в темно-синий «Volvo», и только тогда юрист заговорил, глядя в сторону и не смея встречаться со мной глазами.

- Наша поездка в аэропорт отменяется, госпожа Велесова. Ваш бывший муж позаботился о том, чтобы вы не смогли покинуть ни этого города, ни страны. Наверное, если бы мы выехали сразу, как покинули здание суда, вы бы ещё смогли улететь, а теперь уже поздно. Вам, боюсь, придётся остаться тут.

- Остаться тут? – с трудом выталкивая из себя слова и чувствуя, как от охватившего душу ужаса перехватывает горло, прохрипела я. – Но почему? Откуда у вас эта информация, Станислав?

- От адвоката Чернова, с которым я успел пообщаться, пока вы собирались. Он показал мне ряд документов, касающихся вас, Татьяна, и сообщил, что те немедля будут пущены в ход, если вы попытаетесь сбежать из города.

- Я не понимаю. О каких документах идёт речь?

- О финансовых, - скривился сидящий рядом со мной юрист. – Вы же понимаете, что бизнес в нашей стране ведется не всегда честно. И дело вашего бывшего супруга не исключение. Вас подставят так, Таня, что доказать, будто вы к осуществлённым махинациям не имеете никакого отношения, окажется весьма непросто.

- И? Что вы предлагаете, Станислав?

- Пока, ничего. Затаиться, выждать время. Рано или поздно Чернов утратит к вам интерес, да и мир больших денег слишком непредсказуем: сегодня ты на вершине, а завтра уже грязь под ногами у бывших партнёров.

- Ясно, - выдохнула я и провела трясущимися руками по лицу. – Что ещё "хорошего" вам сказали?

- Ещё, Игорь Яровцев сообщил, что бывший муж купил вам жилплощадь в общежитии на Садовой, куда и посоветовал мне вас отвести вместо аэропорта.

- Вот как? А если я откажусь туда ехать?

- А если вы откажетесь, Татьяна, - вздохнул в ответ мужчина и таки нашёл силы посмотреть мне в лицо, - то эта комната уже к вечеру будет числиться за другим человеком. Вы останетесь на улице.

- Ещё интереснее. За нами будут следить? В смысле я хочу сказать, повезете вы меня по указанному адресу или нет?

- Да. И, более того, следят сейчас, так что увезти вас куда-то незаметно у меня не получится. Решайте, как поступить: поехать туда, куда велят, или уйти в неизвестность?

- Отвезите меня в Центральный городской парк, Станислав, и на этом расстанемся, - тихо произнесла я, отвернувшись к окну, и глубоко задышала в попытке успокоиться.

- Что? – поразился тот, услышав мои слова. – А дальше? Что вы будете делать дальше, Татьяна?

- Пока - жить, потому что сдохнуть я всегда успею. А чтобы понять, как выжить в той ситуации, в которой оказалась, мне нужно хорошо подумать.

- Да, понимаю, но почему именно в Центральном парке? Быть может мне стоит отвезти вас к родителям?

- Нет, Станислав. Парк и только он! Родители не помогут, потому как я просто перестала для них существовать после того, как объявила, что подала на развод.

- Ясно. А ваши друзья? Кто-то из них может приютить вас у себя на время?

- Увы, господин Шилов! У меня, кроме самой себя, никого нет, – посмотрев на того, усмехнулась я, хотя на деле хотелось совсем другого.

Вот только плакать в присутствии чужого человека считала недопустимым. Да и не нужна мне была ничья жалость. Потом, когда останусь одна, дам волю рвущим душу эмоциям, но не раньше.

А находящийся рядом адвокат, если судить по взгляду, каким смотрел, как раз чего-то такого от меня ждал. Или быть может рассчитывал, что я передумаю и назову иное место, куда отвезти. Но когда этого не произошло с тяжелым вздохом произнёс, поворачивая ключ в замке зажигания:

- Я надеюсь, вы знаете, что делаете, Татьяна! И посещение места, в которое так стремитесь попасть, действительно вам поможет.

***

Центральный парк. Место, которое я любила в нашем городе больше всего.

Большой, с множеством уютных уголков и беседок, он был популярной зоной для игр и встреч у учащихся находящейся через дорогу гимназии, в которой прошли мои детство и юность.

Под огромным дубом, что рос в самом сердце этой зеленой зоны, я услышала своё первое признание в любви от одноклассника, и получила первый в жизни поцелуй.

Вокруг него же мы по осени всем классом ползали, ища желуди для школьных поделок, а на соседней аллее, где росли клёны, собирали яркие листья.

Годы студенчества внесли свои коррективы в жизнь, и мои посещения парка стали более редкими, но всякий раз, как я заходила в эту природную зону, на душе возникало светлое чувство, которое оставалось со мной потом на несколько дней.

Лишь последние три года, пока длился мой брак, я не имела возможности посещать любимое с детства место. Жили мы с Мироном далековато от него, и чтобы просто погулять по знакомым дорожкам нужно было ехать в парк специально. А когда мы с ним посещали моих родителей, которые жили практически в двух шагах от этого уголка природы, просто отказывался со мной туда идти. Мол, чего это он, уважаемый в городе и занятой человек, пойдет шататься по аллеям, как какой-то бедный студент, у которого нет денег чтобы сводить девушку в приличное кафе. И потому он ведёт её в парк, дабы посидеть на лавочке и съесть по шоколадке.

Несколько раз, во время таких визитов в отчий дом, я порывалась уйти на прогулку в одиночестве, но тогда на меня тут же начиналось шипение со всех сторон. Что не дело это, идти куда-то одной при наличии мужа. Что если пойду в парк без защитника рядом, то обязательно найду себе на голову неприятностей.

И вот сегодня, впервые за прошедшие годы, я попала, наконец, туда, где мне так нравилось. В Центральный городской парк!

- Татьяна, вы уверены, что вам нужно именно туда? – остановившись на парковке перед главным входом и заглушив двигатель своего автомобиля, повернулся ко мне юрист. В его темных глазах огромными буквами читалось сомнение в правильности того, как он поступает.

- Может, всё-таки, мне отвезти вас в какое-то другое место?

- Нет, Станислав, спасибо! – подарила я мужчине вымученную улыбку и положила руку на дверь машины, давая тем самым понять, что не передумаю. – Мне нужно именно сюда!

Сомнение не исчезло из взгляда находящегося рядом со мной мужчины, однако продолжать высказывать его вслух он перестал. Открыл дверь автомобиля со своей стороны и молча вышел. Также, ничего не говоря, он достал из багажника мой чемодан и поставил его на асфальт.

- Спасибо вам за всё, господин Шилов! - поблагодарила я своего теперь уже бывшего адвоката и, взявшись за ручку багажа, выдвинула ту вверх. – Не знаю, увидимся ли мы с вами ещё когда-нибудь, поэтому не буду прощаться окончательно.

- И правильно, госпожа Велесова! - криво усмехнулся в ответ мой собеседник. – Жизнь слишком непредсказуема, чтобы быть в чем-то уверенным на 100%.

- Все так. И поэтому я скажу вам до свидания, Станислав!

- До свидания, Татьяна! Берегите себя!

Я кивнула, не став более ничего говорить, и держа за ручку свой чемодан зашагала к огромным раскрытым кованным воротам, что являлись входом в городскую зону отдыха. Шла, чувствуя спиной тяжёлый взгляд юриста, оставшегося стоять возле своей машины, вот только всё это уже было неважно. Теперь я была сама по себе, а значит и рассчитывать буду тоже только на себя.