ГЛАВА 21

Ужин, приготовленный её руками, щекотал своим запахом ноздри и пробуждал вкусовые рецепторы. Она вкусно готовит. Таир улыбнулся, разливая вино по бокалам.

– Держи, – забрал у неё нож, которым она нарезала овощи на салат, вручил бокал. – Попробуй.

– Снова старое вино мне предлагаешь? – пошутила и тут же покраснела.

– Выдержанное вино и юные девушки моя страсть, – ответил совершенно честно, а Сами судорожно вдохнула.

– Что, прям все-все девушки тебе нравятся?

– Скажем так. Одна точно нравится. С другими я пока не определился. А ты что скажешь? Какой тип мужчин тебе нравится?

Она растерялась. Захлопала ресницами и сунула нос в бокал, раздумывая, что ответить.

– Он должен быть умным и красивым. И добрым… Как ты тогда, когда я впервые тебя встретила. Ты тогда спас меня. Нет, не так. Ты спас мне жизнь, потому что если бы тот человек выторговал меня у отца, я бы… Я не смогла бы с ним, понимаешь? – в её глазах блеснули слёзы. Сделала хороший глоток вина, затем ещё один. – Ты был тогда послан, чтобы спасти меня. Я верю в это до сих пор. Но ты тоже не очень хороший человек, да?

– Да, малышка Сами. Я тот ещё урод. Но тебе это не мешает любить меня, ведь так?

Она кивнула, отпила из бокала.

– Так… Даже если окажется, что ты самый плохой человек на свете, я всё равно не отвернусь от тебя, Таир.

– Тогда почему мучаешь нас обоих, мм? – поддел её подбородок, заставляя поднять взгляд. – Смотри на меня.

Самина подняла влажные от слёз глаза.

– А тебе? Каково будет, если я отдамся тебе? Я ведь стану тогда такой, как все. И ты меня прогонишь, как прогнал свою жену.

Таир засмеялся. Громко, раскатисто, она даже дёрнулась от неожиданности.

– Глупая ты девчонка, Сами. Кто тебе сказал, что я тебя прогоню, мм? Свою жену я отправил к её родителям, а не выставил на улицу. Хотя вполне мог бы запретить им принимать у себя дочь и вышвырнуть Малику из дома. Она была отправлена не потому, что надоела мне. А потому, что предала, чувствуешь разницу? Я не прощаю предательства. Никому. И лучше бы тебе об этом думать чаще, а не о том, что я тебя поимею и прогоню.

*****

Он замолчал, она тоже. Повисла тяжёлая тишина.

– Прости меня, Таир, – спустя минуту произнесла тихо и коснулась его пальцев. Абаев пропустил разряд тока по телу, закрыл глаза. Это уже не одержимость. Это уже сумасшествие какое-то. Он сошёл с ума, потерял себя и волю. Ни одна женщина такого не делала с ним, хотя многие пытались. А эта девчонка одним взмахом ресниц заставила его волочиться за ней. – Я знаю, что ты хочешь… Чего бы тебе хотелось. Но я боюсь. Боюсь оказаться не нужной тебе. Выброшенной и сломанной, – поставила опустевший бокал на стол. – Давай просто поужинаем? Я приготовила мясо. Думаю, тебе понравится.

Ужинали они в тишине. Точно как обычно с женой. И от этого было тошно, потому что с ней, как с женой, он не хотел.

Пока Самина убирала со стола, он наблюдал за ней, словно буйно помешанный. Наблюдал и представлял, как трахнет её, когда, наконец, свалит эту крепость.

– Ты пробовала когда-нибудь кальян? – спросил, вспомнив, чем занимался здесь в прошлый раз. Они с Давидом были здесь вдвоём. Друг хотел пригласить своих тёлок, но Таир отказался. Он тогда сказал, что здесь не будет ни одной женщины.

Получается, нарушил своё слово. Таир не любил нарушать свои слова. Ненавидел, когда что-то идёт не по плану. С появлением Самины у него всё идёт не по плану.

– Нет, не пробовала.

– Давид не угощал? – приподнял брови, давя на неё испытывающим взглядом.

– Нет. Ничем таким мы с ним не занимались… Зачем ты опять о нём говоришь?

– А что не так, Сами? Скучаешь по нему?

– Только как по другу, – отвела взгляд в сторону. – Ничем таким мы с ним не занимались. Он просто помогал мне, поддерживал, пока ты был занят. Ведь ты сам его ко мне приставил.

Вздохнул, откидываясь на спинку стула, наблюдая, как она то краснеет, то бледнеет. Да, так у них ничего не получится. Он ещё ведёт себя, как дурак ревнивый.

– Пойдём на веранду. Я принесу кальян, а ты вынеси туда вино и пледы.

Ночь опускалась на лес, укутывая его своей тьмой. Тьма в сердце Таира тоже оживала. И план, который он составил на сегодняшнюю ночь, начинал воплощаться в реальность.