ГЛАВА 30

У него дрожали руки. Тряслись, словно у паралитика. Всё тело немело от одной мысли о ней. Что там с маленькой Сами, как с ней обращаются? И кто за всем этим стоит?

Куча вопросов и ни одного ответа. Ни одного, мать его ответа! Грудь ярость крошит, сердце заходится от страха. И самое паршивое – это осознание, что сам виноват.

Именно он вывел Самину в свет, показал друзьям и недругам. Именно он не защитил, оставив её одну. Именно в неё его угораздило влюбиться, да так, что теперь места не найти.

Кто бы мог подумать ещё несколько лет назад, что его так угораздит. А его угораздило. В эту маленькую, хрупкую девчонку, в её глаза, в её губы… Она стала его космосом, как не было раньше ни с одной.

Смешно. Он ведь даже ни разу не спал с ней. А так залип. Как в омут с головой ушёл. Его маленький личный космос…

– Таир Магометович, кажется, я знаю, кто сделал заказ, – Анвар подошёл сразу же, как только Таир вышел из машины. По спине прошёл холодок.

– Подробнее давай.

– Мы выследили машину, которая заехала сюда, а спустя час выехала. Здесь очень много недостроя, её могут держать в одном из заброшенных домов. В любом. А их тут, как вы видите, немало, – положил на капот планшет со спутниковым навигатором.

– Что по заказчику?

– Мы поймали водителя тачки без номеров. Он ожидает вас в багажнике.

– Поймали? Так почему он до сих пор не сказал, где Самина?

– Говорит, что высадил у въезда в пустырь, а куда её увели не знает. Но наши парни уже прочёсывают недострой. А вот по заказчику вас ждёт сюрприз. Очень неприятный.

Снова холод по спине и удушающая удавка на шее.

– Давай его сюда.

Когда отморозка швырнули ему в ноги, Таир всё понял сам. Он знал этого парня. Тот уже не первый год работал у тестя водителем. Но всё ещё не верилось, что те, кто называет его сыном способны на такое.

– Кто заказал похищение и где сейчас девушка? – обратился к парню, стоящему перед ним на коленях. Тот опустил голову, из разбитых губ тонкой нитью закапала кровь. – Отвечай, когда я спрашиваю. Это мой тесть, так?

Раздался хруст – Анвар сломал парню палец. Тот взвыл.

– Отвечай, урод!

– Мой шеф не причём… Это она, ваша жена просила избавиться от девчонки. Шеф из-за неё всё это… – парень заскулил от страха, когда на шею ему легла удавка из верёвки. – Не убивайте, прошу! Я не виноват. Хамадаев заплатил моему шефу за неё. Сказал, это личное и девчонка была обещана ему.

– Стоп. Что за Хамадаев? – Таир в буквальном смысле ощутил, как на затылке зашевелились волосы.

– Старик один… Он со своими людьми забрал девушку. Я лишь знаю, что её обещали ему и я должен был отвезти сюда. Больше ничего не знаю. Её вывели и пересадили в другую машину.

– Это плохо. Её могли увезти куда угодно. И камер здесь нет, не отследить, – тихо проговорил Анвар, повернувшись к Таиру. Тот мотнул головой.

– Нет, он не стал бы так рисковать и увозить её туда, где могут увидеть люди. Она где-то здесь. Подонок убьёт её, потому что не сможет вывезти домой, – в горло будто песка насыпали. Он помнил мерзкую рожу старого педофила, которому едва не вручили ещё маленькую девочку Самину. Именно от него Таир спас её тогда.

– Прочесать всё здесь! Под каждый камень загляните! Найдите Самину!

И мысленно попросил у неба вернуть её ему. Если, конечно, она ещё жива…

Сняв пиджак, зашвырнул его в машину и, вытащив ствол, пошёл за своими людьми. Каждое здание, каждую комнату, каждый уголок. Он перевернёт здесь всё, но найдёт её. Живой или нет. И если нет, тогда враги захлебнутся собственной кровью.

В недостроенных домах несло смрадом бомжей и наркоманов. Гиблое место. Если кого-то и убивать, то точно здесь. Педофилу Хамадаеву понравилось бы такое место.

Горло сжало спазмом, в груди заныло сердце. Он не просто убьёт Самину. О, нет. Он сначала обесчестит её, замучает, и только потом, возможно, лишит жизни.

Сердце сжалось сильнее от этой мысли. Найти, отобрать, забрать девочку. Даже если с ней уже что-то случилось… Он поймёт. Он примет её такую. Он заново вдохнёт в неё жизнь. Что угодно, лишь бы она жила. Лишь ещё хоть раз увидеть её улыбку и ощутить аромат её тела. Даже если его осквернят, оно не потеряет своего запаха, Таир это знал.