ГЛАВА 45

Асад широко улыбается беззубым ртом, когда видит Самину. И Таир хорошо понимает сына. Она не может не нравиться.

– Привет, – Самина улыбается ему в ответ, здоровается с нянькой. – Добрый день, – чувствует себя явно неловко.

– Добрый день, – отвечает ей нянька, не задерживаясь взглядом на Самине. На неё запрещено смотреть всем, кроме него. И говорить что-то лишнее. Вся прислуга уже предупреждена. – Таир Магометович, я пойду? Малыш уже накормлен.

– Иди, – кивает он и ловит благодарный взгляд Сами. Ей стыдно и неудобно, смущается, краснеет. А Таир считает это глупостями.

– Они всего лишь люди, которые здесь работают. Никто тебя не осудит, выбрось эти дурацкие мысли из головы.

– Всё равно стыдно. Вы же с Маликой ещё недавно были вместе, а теперь здесь я. И мы не женаты.

– Никто из них не посмеет даже тявкнуть в твою сторону. Я им рты порву. И тебе нужно привыкать. В самое ближайшее время я собираюсь на тебе жениться. Тебе придётся проводить с этими людьми большее время суток. Они будут обслуживать тебя и за это получать свою зарплату. Обсуждение или осуждение твоих или моих поступков в их обязанности не входит. К тому же меня эти люди видели в разных состояниях. Не думаю, что ты сможешь их чем-то удивить.

– Да, но… – попыталась она возразить, но Таир оборвал её.

– Тебе придётся привыкнуть. У меня большой штат прислуги. И все они будут тебя охранять, кормить и делать массаж. Ты должна научиться воспринимать это как само собой разумеющееся. Ясно?

– Ясно, – вздохнула, заглянула в его глаза. – Тебе что, и массаж они делают? Вот эти женщины, которые работают у тебя дома? Или те, которые в клубе?

Таиру пришлось откашляться. Поперхнулся вдруг.

– Мне многие массаж делали. И не только его. Но после никаха это станет твоей обязанностью.

Самина подняла на него взгляд своих шоколадных глаз, улыбнулась.

– А ты чем заплатишь?

Лиса. Маленькая, до безумия красивая лиса.

– Я подарю тебе своё сердце – это достойная оплата?

– Ммм… Я подумаю, – снова хитрая усмешка и взгляд красивых глаз. – Стой… Ты сказал никах? Ты заключишь со мной никах? – в её больших, сияющих глазах он разглядел счастье. Теперь Таир Абаев знает, как оно выглядит.

– Да, моя недоверчивая невеста. Я заключу с тобой брак по всем законам и правилам. Пышной свадьбы не обещаю. Не нужно провоцировать моих врагов и показывать тебя лишний раз. Спрячу тебя для себя, – поймал её за подбородок, приблизил своё лицо к её. Внимательно посмотрел в глаза, впитывая её радость в себя, как оголодавший и измученный жаждой путник в жарких песках пустыни.

– Я согласна просто на никах. Я… Да я даже мечтать об этом не могла! – приложила ладони к своим пылающим щекам, в глазах заблестели слёзы. – Я так тебя люблю… Очень люблю, Таир. Мне даже страшно, так сильно я люблю. И я рада, что ты больше не муж Малике. Я бы не смогла делить тебя с кем-то. Это выше моих сил.

При упоминании уже бывшей жены настроение резко соскочило вниз по шкале. Он и сам рад бы поскорее избавиться от Малики, но требовалось довести дело до конца, соблюдая некоторые формальности. Единственное, в чём нельзя обвинить Таира Абаева, так это в жадности. Он никогда не был скрягой и оставлять жену с голой задницей, какой бы она не была сукой, не планировал. В конце концов она мать его сына. Это нельзя просто вычеркнуть из списка.

– Ты останешься дома. Можешь посидеть с Асадом, можешь найти книгу в моей библиотеке. Займи себя чем-нибудь и никого не бойся. Я должен уехать на пару часов. Выдержишь?

Её улыбка потускнела. Конечно же, она не готова.

– Не подумай, что я капризничаю, но здесь… Здесь её территория. Она здесь жила. Сидела по утрам за этим столом, играла с малышом, читала книги… Здесь всё чужое, и я не могу им пользоваться. Прости, – в глазах Самины снова заблестели слёзы, словно капли кристаллов. – Если можно, я бы хотела вернуться в квартиру. Конечно, решать тебе и я не вправе чего-то требовать…

– Хорошо, – оборвал её бормотание, улыбнулся. – Сначала отвезу тебя в квартиру.

Добавился ещё один пункт. Продать один дом и купить другой.

«Не слишком ли много ради одной девчонки?» – так спросил бы его разум. Если бы Таир ещё был при нём.