ГЛАВА 36

К нам спешит какой-то мужчина в костюме, а за ним семенит девушка в длинном золотом платье и с профессиональным макияжем, я такой видела только на обучающем видео известного стилиста. Девушка высокая и изящная, каждое её движение плавное, словно тщательно заученное, отрепетированное. Я мгновенно краснею и начинаю чувствовать себя здесь чужой иномирянкой. Этот бал для настоящих принцесс, не для пастушек, приодетых в дорогие вещи. Ведь, по сути, своей человек навсегда остаётся тем, кем родился. Я родилась, чтобы пасти овец, а не ходить на светские приёмы. Так, наверное, и должно было остаться… Но кто-то решил иначе.

Мужчины обнимаются, похлопывают друг друга по плечам, а я, подняв взгляд на девушку, сдержанно и смущённо ей улыбаюсь. В глазах незнакомки скользит интерес, кажется, я чем-то её заинтересовала.

— Марина, — протягивает руку и приветливо улыбается, а глаза всё так же меня изучают. Настороженно, кажется…

— Самина, — жму её руку и, пока мужчины перебрасываются между собой парой слов, неловко переминаюсь с ноги на ногу.

— Какое красивое у вас имя. Интересное.

— Спасибо, — я мало общалась с людьми из высших слоёв общества. Если только с Ираидой Селивестровной. И о чём болтать с новой знакомой — ума не приложу. А ещё мне кажется, что я ей не нравлюсь, хотя Марина и не показала этого. Это, скорее, на уровне ощущений.

— Таир, дорогой, я думала, у тебя есть жена, — она вдруг ласково берёт его под руку и, встав на носочки, тянется к его лицу.

Он склоняется, касается своей щекой её щеки. Не целует, это лишь жест вежливости, но мне почему-то становится неприятно. Возможно, причиной тому послужили её слова о жене.

Как бы там ни было, моё настроение испорчено, ожидания чего-то прекрасного сбежали отсюда так же быстро, как хотелось бы сейчас и мне, а девушка Марина стала моим личным врагом. Не из-за её слов, нет. А потому, что я ей не нравлюсь. И, кажется, это взаимно.

— Моя личная жизнь, как и всегда, касается только меня, — с милой улыбкой, но твёрдо и уверенно произносит Таир. — А это Самина. Моя протеже. В будущем будет работать у меня.

Что?

Я ошалело таращу глаза на Ангела, а тот, приобняв меня за талию, незаметно привлекает к себе, будто защищая. И защищать есть от кого.

— Вот как? И кем же будет работать Самина? — Марина совсем ненатурально хлопает длинными, чёрными ресницами, бросает на меня очередной пытливый взгляд.

— Зачем тебе эта информация, красавица? Доложить моей жене? — Таир явно не опасается того, что девушка так и сделает. Кажется, будто его даже забавляет эта ситуация. А я понимаю, наконец, что моя мечта сбылась… Я попала в мир Таира Абаева, как и хотела. Только теперь это не вызывает радости. Лишь тихий ужас током проходит по венам.

— Таирчик, не будь таким бякой, — Марина резко переключает тон на дурашливый и смешливый. — По-твоему, я такая стерва?

— Так, ну всё. Хватит. Вы сегодня собрались здесь ради меня, поупражняетесь в остроумии в следующий раз, — впервые за последние три минуты заговаривает мужчина, которого Марина держит под руку. — Раз Таир нас не представил, разрешите мне самому, — он протягивает мне руку, а я в нерешительности застываю. — Кирилл. С моей сестрой ты уже знакома.

Он сказал, что мы собрались из-за него. Получается, это и есть новый мэр? До сих пор не верю, что всё это происходит со мной. Таир мне кивает, дав тем самым позволение, и я пожимаю руку мужчины.

Крепкое телосложение, широкие плечи и взгляд хищника. Он красив, хотя и не такой, как Ангел. От него веет опасностью, я чувствую её кожей. Хотя мужчина улыбается и вроде как не излучает неприязни, в отличие от его сестры.

— Самина, — произношу севшим от волнения и переживаний голосом, прокашливаюсь.

— Кирилл наш новый мэр, — подтверждает мои догадки Таир. — Кстати, самый молодой мэр за всю историю города.

— Чего бы я добился без поддержки своих друзей, — загадочно улыбается тот и широким жестом приглашает нас внутрь дома. — Давайте выпьем лучше, а? А то сейчас все гости соберутся, об отдыхе смогу только мечтать.

Вечер полон новых знакомств, которые мне кажутся чем-то непостижимым, нереальным. Я узнаю людей, которых видела на сайтах новостей: политики, актёры, певцы, общественные деятели. Узнаю, конечно, не всех, а лишь тех, кто примелькался или у кого слишком запоминающееся лицо. Иногда мне их представляет Таир, а иногда и они сами.

Я, конечно, не обольщаюсь, понимаю, что значу для этих людей не больше, чем тот официант, что подносит им напитки. Просто я пришла сюда с Таиром, и их одолевает любопытство.

Журналистов, как ни странно, в доме нет. Но это мало успокаивает, потому что все те люди, которые здесь собрались, хорошо знают Таира и его семью. Кроме Марины, правда, о жене больше никто не заикался, но мне хватило и раза, чтобы понять: этот мир мне чужой. И люди эти чужие. Я не их полёта птица, и меня здесь никогда не примут за свою.

Спустя несколько часов, когда перед публикой начали петь певцы, Таир, наконец, распрощался со своими знакомыми и друзьями, взял меня, уставшую и измученную под руку.

— Ну всё, хватит на сегодня. Поехали.

— Домой? — с надеждой спросила я, на что он остановился и заглянул мне в глаза.

— А ты хочешь домой?

— Нуу… Да, наверное. Очень ноги болят, — жалобно проскулила я и покраснела. Я, пожалуй, здесь единственная такая… Неправильная. Но и храбриться перед Ангелом не хотелось. Я и правда ужасно устала.

— Ничего, сейчас будет полегче. Пойдём, — по пути кивая всем, кто нам встречался, Таир вывел меня на улицу, миновал многочисленную толпу охраны и, подхватив на руки, быстро пошёл в направлении парковки, где нас ожидал водитель.

— Ой! — только и смогла пискнуть я, на что он бесшумно засмеялся.

— Ты умница. Хорошо держалась. А если учесть, что это твой первый выход в свет, то и вовсе.

И всё забылось. Заинтересованный взгляд Марины, её слова, жена Таира. Снобы, что награждали меня снисходительными взглядами. Кислое шампанское, которое так хвалили гости за его высокую цену. И даже проклятые туфли, что стёрли мне ноги до мяса. Всё забылось.

Потому что с ним. На его руках. Его обнимаю. И нет больше никого и ничего. Только он. Только мы.

В салоне автомобиля он снимает с моих истерзанных ног туфли, сам же располагается на заднем сидении и привлекает за плечи и меня. Такая забота… Я никогда не видела ничего подобного дома. Мой отец никогда не опекал мать, и я даже не представляла, что подобное возможно у наших мужчин.

Прижимаюсь щекой к его пиджаку, пахнущему приятным парфюмом, и закрываю глаза. Около получаса едем в тишине, а потом подпрыгиваем, влетев в яму, и я, встрепенувшись, бросаю взгляд в окно.

— Мы не домой едем, — ставлю его в известность, когда машина сворачивает куда-то не туда. Я всегда очень хорошо ориентировалась на местности и в этот раз не ошиблась.

— Не домой, — качает головой Таир, глядя на меня из-под полуопущенных ресниц. Его голова покоится на удобной спинке сидения, и всё внимание обращено на меня.

— А куда?

— Ко мне.

— Куда к тебе?.. — вопрос остаётся актуальным даже спустя пару минут молчания, и я очень хочу узнать на него ответ. Но Таир не торопится объясняться со мной, а машина плавно тормозит у большой высотки. Мы в центре города, если не ошибаюсь.

— Приехали. Выходи, — он вылезает первым, подаёт мне руку и когда сжимает её, я уже не особо задумываюсь, куда меня ведут. Наверное, это плохо — вот так доверять мужчине, но кому же тогда доверять, если не ему? А если и он станет мне чужим, тогда я останусь совсем одна…

В тишине мы поднимаемся на лифте, и я отсчитываю семнадцать этажей. Высоко… И немного страшно. Я знаю, что Таир не сделает мне ничего плохого, но боюсь того, что меня ждёт на этом семнадцатом этаже.

— Пойдём, — он ведёт меня за собой, сжимая руку своей сильной ладонью, а я думаю, что это нехорошо… Идти на ночь к нему домой.

— Подожди, — упираюсь, вынуждая его остановиться, и ловлю на себе озадаченный взгляд Таира. — А там ведь… Твоя жена.

Он склоняет голову вниз, смотрит на меня с непонятной усмешкой.

— Здесь её нет и быть не может. Это только моя квартира. Пойдём, — снова тянет меня за собой, и я растерянно топаю по пятам.

Открывается дверь, я вхожу в просторное жилище. Дверь закрывается, и я останавливаюсь у порога. Дальше не могу. Боюсь до ужаса. Причём сама не знаю, чего именно.

— Я хочу домой, — вылетает из моих уст прежде, чем он успевает сделать шаг дальше.

— Твой дом, Самина, там, где я скажу. И так будет всегда. Проходи.