Глава 14. Таир

День был ужасно суматошным — как всегда, когда огромное семейство Шакировых собиралось вместе. Одна радость, пироги эби. Да ещё Аська в платке — глаза огромные, испуганные. Не соловей, а воробушек взъерошенный. Только очень сексуальный воробушек. Я знал, что она всегда носит эротичное белье, и за столом старался не думать, что там, под этим скромным с виду платьем.

Сандугач явно чувствовала себя не в своей тарелке, и меня это даже забавляло немного. Курить бегала втихаря, я уж не стал отчитывать. Правда, так и не понял, зачем ей нужна была гусиная нога? Я видел косточку, торчащую из кармана платья. Аська — просто кладезь загадок.

Шикарным завершением дня стал убитый компьютер. Не скажу, что эта драма, большая часть информации дублировалась, но один хер — неприятно. Детей ругать не стал, занятый своими мыслями.

— Вытащи оттуда все, что нужно, — поморщившись, попросил я Руслана.

И передал ему пахнущий абрикосовым соком компьютер. Руслан кивнул, я знал, что они справятся. Насквозь мокрый ноутбук упаковали в пакет, с нами поедет в город.

— Таир! — выскочила Ася. — Забери меня с собой. Ну, пожалуйста!

Я посмотрел — эби бдит. Вроде как и не хочется Аську использовать щитом, да и сдавать назад уже поздно. Все три соседские красавицы с декольте, прикрытым слегка концами платков, пытались во время аша присесть рядом, едва успел прикрыться Тимуром и Динаром.

— Никто тебя не обидит. Я скоро вернусь. Если что, отсиживайся возле мамы, она у меня женщина спокойная и вообще кандидат наук.

Она кивнула. Платок этот… В глазах скорбь. Осталось только платок с головы стянуть и помахать вслед, утирая с щеки скупую слезу. Ни дать, ни взять на войну провожает. Правда, учитывая сводку моего бизнеса, это было на диво близко к правде. Так близко, что даже в испорченный именно ребёнком ноутбук верилось с трудом.

Вернулся я лишь в тёмных сумерках. Уставшая эби уже спать легла, наверное. Еду по спящему посёлку — половина домов тут наши. Родовая вотчина, как никак. Вот Ильдуса дом, вот Дамира, вот Алмаза. Даже занятые в уже ставшим семейным бизнесе, они с удовольствием вырывались сюда хотя бы на выходные. И на такие вот семейные сборища обязательно.

Вышел из машины — дымом пахнет. Не шашлыками, вряд-ли в кого-нибудь после застолья эби ещё что-то влезло. Мягкий дым — поленья жгут. Дом обошёл, так и есть — собралась вся молодёжь в беседке, несмотря на щиплющий щеки морозец, дрова жгут в печке под барбекю.

Беседка эта — самое свежее из упоминаний об отце. Только успел ее заказать, как через пару месяцев его не стало. Даже не успел толком оценить, что вышло.

Народу набралось немало. В центре на столе булькал кальян в матовой стеклянной колбе, чуть тянуло сигаретами.

Мы строго соблюдали традиции, во время аша никакого алкоголя. Но если выпивали вот так, эби смотрела сквозь пальцы, с замечаниями не лезла. Я с удовольствием сбросил с себя усталость долгого дня и поднялся в беседку. Сел возле Динара, кивнул Аське.

— Насилу её на улицу вытащил, — усмехнулся Тимур. — Её верности позавидовала бы любая татарская женщина.

Аська глаза только закатила и отхлебнула из стаканчика. И мне стаканчик передали — глинтвейн. Не сладкий, скорее остро-пряный, горячий, то, что нужно. Тепло прокатилось по телу.

— Ты куда пропал? — спросил я Динара.

— Дела, — пожал плечами он.

Он не пил. Динар вообще редко пьёт, это мне в нем всегда импонировало, я испытывал брезгливость к людям, впадающим в зависимость от алкоголя или наркотиков. На лице умиротворение, а на коленях ребёнок сидит. Ильяс. Малыш, видимо, не мог уснуть, вот и взяли с собой. Смотрит нет-нет на меня из-под шапки круглыми глазами и почему-то — обиженно. Подмигнул мелкому, а тот завозился на коленях Динара, пытаясь спрятаться от меня.

— Вот поженимся с Зайкой, — сказал Динар. — Тоже детей нарожаем. Да, Зай?

Сестра сидела чуть в стороне, но видимо, к разговору прислушивалась, посмотрела на нас, кивнула. Она все маленькой мне казалась, а тут подумал — зачем тянуть? В конце концов, лучше Динара мужа найти сложно. Наши отцы дружили, и мы знали друг друга с детства. Я чуть старше был, но с Тимуром они ровесники. Когда-то наша компания не разлей вода была, так и росли все кучей. Когда отец начал новый дом для эби ставить, вот этот вот, мы здесь же крутились, наверное, ни один центнер кирпичей перетаскали — отцу казалось, что нас нужно приобщать к труду.

Это потом жизнь развела. Я в Москве учился, Динара родители в Англию отправили. Дружбы, как таковой уже не было, но память о ней осталась. А ещё — взаимовыручка, что в суровом мире больших денег дорогого стоит. Сейчас ещё браком объединим наши семьи, на радость эби, у которой Динар на глазах рос, и любила она его, как родного.

— Може, летом свадьбу сыграем? — предложил я. — В августе. Как раз Зай доучится.

Сестра снова кивнула, а затем поднялась и ушла в дом. Правильно — прохладно. За ней следом Даша увела сына, я несколько раз поймал Аськин взгляд и тоже решил, — пора. Делу время, а потехе час. Тем более, Аська скоро уедет, а мы ещё не натрахались.

Прошлую ночь Аська сопела и ворочалась, не давая спать, а сейчас, после тяжёлого дня и глинтвейна вырубилась просто.

Вышел из душа, а она спит уже, к стене отвернувшись.

Я немного полюбовался на неё спящую и тоже рядом лёг, прислушивалась к её тихому дыханию. Спокойный вечер и качественный секс на время отодвинули в сторону проблемы, но сейчас, в тиши уснувшего дома они навалились с новой силой. Сгоревший бензовоз был только толикой проблем от их общего количества, но именно из-за него в горле все ещё стоял временами ком. Руслан так и не нашел виновных в разграблении заправок. Наверное, нужно было отправить его в город, контролировать своих людей, но ему казалось правильным и логичным находится со мной рядом даже здесь, хотя работы хватало.

Ее всегда много, и чем выше ты карабкаешься, тем сильнее на тебя давит, напирает со всех сторон. Слабые — ломаются, сильных могут и убрать. И мне очень не хотелось ни того, ни другого.

Утром меня разбудил тихий звон посуды с первого этажа, и запах блинов, которому нипочем была система кондиционирования воздуха и запертые двери. Повернулся, уткнулся лицом в тёплую голую спину Аськи.

— Соня, — позвал я. — Вставай.

Она натянула на себя одеяло с головой и, похоже, притворилась мёртвой.

— У нас блины эби, а потом ещё планы. Бэби чэе.

— Что? Ещё одного застолья я просто не вынесу.

Я засмеялся и потянул одеяло к себе — в конце концов блины могут и подождать.

— Племяннику сорок дней. Обязательно пойдём.

Аська застонала, сдаваясь. На завтрак мы опоздали, заслужив гневный взгляд эби. Стол длинный, привычно куча народу, точно никто и не уходил, остатки вчерашней роскоши, высокие стопки золотистых блинов и четыре чайника на плите разом — чая пить будем много.

— Бик тамле (очень вкусный) у тебя чай, — покачала головой Разия апа, соседка, мать трех дочек на выданье. Поправила платок, посмотрела искоса на меня, хмуро — на Аську. — Как не приду, так хоть ведро выпить могу.

Эби зарделась от удовольствия — она любила, когда её хвалили.

— Заварку на Колхозном рынке беру, — сказала бабушка. — На развес. Там же курагу беру и чернослив, только у Рахматуллы, у него лучшие.

Аська, что тихо сидела уткнувшись в чай, поперхнулась и закашлялась, на пару секунд став объектом всеобщего внимания. А после сытного завтрака смылась. Я даже знал куда — курить она бегала. Явно куда-то за теплицы, в которых эби летом с упоением выращивала баклажаны и томаты, нисколько не обращая внимания на то, что куда проще и даже выгоднее овощи просто покупать. Дай ей волю, у нас бы тут и пятачка необработанной земли не осталось, а вместо бассейна, укрытого на зиму тентом, весело торчали бы грядки с картошкой.

Я неторопливо вышел следом — не столько Аську пугать хотелось, сколько побыть вдали от шумного сборища. Завернул за теплицы, так и есть — курит.

— Попалась! — резюмировал я.

— Это не я, — торопливо ответила Аська. Отбросила сигарету в сугроб, — мне подкинули.

И засмеялась. Я крепко поцеловал её в пахнущие дымом губы. Обнял. Постояли так немного. Воздух свежий, если конечно не вспоминать о загоне с баранами. Небо голубое, такое прозрачное, какого в городе никогда не увидишь. Весна скоро.

— Чего это они волнуются?

— Кто? — не понял я.

— Бараны.

Отстранилась от меня, пошла в сторону загона. Там Махмуд барана тащит за рога.

— За мальчика дают два барана, — объяснил я. — А у нас в роду, если не считать Зайки, родятся одни пацаны. Именно для таких традиционных случаев мы баранов и держим.

Конечно, для человека непривычного картина смерти животного тот ещё стресс, но резать будут не здесь, да и я сейчас Аську уведу. Взял её за руку, а она головой мотает, отказывается.

— Это Сахипжамал, — свистящим шёпотом сказала Аська. — Я с ней два дня уже курю. Мы с ней побратались! Таир, не убивайте её, пожалуйста!

— Это баран, — терпеливо сказал я. — Он именно для этого момента здесь и жил.

— Нет!

Махмуд озадаченно остановился, Сахипжамал — надо же так обозвать, почуяв слабину, уперлась копытами в мерзлую землю ещё сильнее. Мужики, что пришли на помощь, молодой папаша Ильнар, его брат и отец тоже на нас смотрят. А у Аськи в глазах слезы. Цирк, ей богу.

— Ладно, — решился я, чувствуя, что выставляю себя на посмешище. — Махмуд, отлови другого барана.

— Угу, — не согласилась Ася. — Дайте бедной малышке пожизненное помилование, иначе не будет мне покою. Уйду, а вы её того. Убьете.

Издевается она, что ли? Махмуд потёр кудрявую бороду, озадаченно крякнул. Затем стянул с себя шарф с эмблемой Хогвартса и повязал барану на шею. Считай, волшебство случилось, распределительная Ася помогла.

— Так годится? — спросил он. — Теперь точно не перепутаем.

Аська кивнула. Сахипжмал, почуяв свободу резко понеслась прочь, только шарф и развевается. А Махмуд вытащил из сарая новую жертву.

— О нет! — воскликнула Ася. — Это же Анас!

Ильнар спрятал лицо в ладонях — ржёт, наверное. Анас жалобно орёт. Махмуд в растерянности. Я, признаться, тоже.

— Ну, нет, — сурово сказал я. — Женщина, ты нас вовсе так без азу и шурпы оставишь!

Взвалил на плечо протестующую Аську и понёс в дом, очень надеясь, что в следующий раз она не попросит перевести Сахипжамал к нам в комнату на ПМЖ.