Глава 11. Поломка

«Я… я буду идеальной женой для тебя, Даглас…»

Если в мире и существовали раздражающие фразы, которые одним своим звучанием могли довести до состояния полного омерзения, озверения и безграничной ярости, то это как раз была одна из них.

Вот только, дело даже не в словах, а в том, кто их произносил.

Эрин Роро.

Тейлор знал ее с самого детства. Он не помнил, в какой момент они встретились впервые, но иногда создавалось ощущение, что эта девчонка всегда была рядом. Разговаривающая так, словно у нее в голове не было ничего кроме пустоты, но при этом прилипчивая настолько, что это уже можно было считать чем-то за гранью навязчивости.

Изначально, когда Даглас еще был ребенком, он, даже видя в ней нечто сродни амебы, вызывающей в нем острую неприязнь, все равно старался относиться к Роро нормально. Все-таки, он мальчик. Она – девочка.

А мальчики никогда не обижают девочек.

Но постепенно Эрин начала переходить все грани. В тот момент, когда заходила в его спальню без спроса и в его отсутствие. Когда трогала его вещи, роясь в ящиках. Когда повсюду бегала за ним и навзрыд плакала, если Тейлор не брал ее с собой. Так, словно предал ее, а не просто пошел играть в мяч с другими мальчишками.

Эрин для него являлась настоящей прилипалой и он никак не мог понять, почему она вообще постоянно лезет к нему. По какой причине она не проводит время с другими девчонками? Теми, кто вообще был ее возраста? Разве ей с ними не веселее? Вот Тейлору с Эрин было вообще никак. Она для него являлась неинтересной серой плоскостью, с которой даже нормально не поговорить и каждую минуту, которую он провел рядом с Эрин расценивал, как пытку.

И он бы предпочел, чтобы она вовсе исчезла, но, будучи семилетним мальчишкой, он мог быть жестоким с другими мальчиками, а с девчонками – никогда. Они ведь такие слабые и хрупкие – их нельзя трогать. И дело даже не в воспитании. Вся суть находилась глубоко в сознании, которое на инстинктах твердило о том, что девчонок нужно защищать.

Поэтому, видя, как Эрин рыдала, он ее успокаивал и забирал с собой, отменяя развлечения со своими друзьями, которые наотрез отказывались принимать в свою компанию девчонку, из-за чего Эрин еще сильнее захлебывалась слезами, или пропуская важные занятия с репетиторами. А рыдала Роро постоянно.

На мероприятиях, когда взрослые общались в общей зале, а дети играли на улице в саду, она всегда старалась находиться рядом с ним. Если он надолго отходил – она плакала.

Когда они разбивались на пары для настольной игры и Даглас выбирал своего лучшего друга Эрика Дока вместо Эрин – она плакала.

Если мальчишка читал и из-за этого через прислугу передавал Эрин, что не может выйти к ней – она плакала.

Когда Тейлор впервые не выдержал и лично увидев, что она действительно рылась у него в шкафу, выпроводил Эрин из своей спальни – она разрыдалась так, что ее истерику и слова о том, что она просто хотела его получше узнать, услышал весь дом.

Он вечно ее успокаивал. Постоянно. В ущерб своему времени и интересам. Каждую их встречу, ведь Эрин всегда находила из-за чего расстроиться. То он не улыбнулся ей, то с репетитором учился слишком долго вместо того, чтобы посмотреть с ней мультики, которые ему были глубоко безразличны, то не восхитился Эрин, когда она пришла к нему в новом платье, а, значит, судя по ее последующим рыданиям, посчитал ее некрасивой.

Даглас не считал ее красивой или некрасивой. Она просто была соседской девчонкой, которая слишком много времени проводила в его доме и почти все время плакала.

Она была для него самой огромной проблемной, но уж никак не особенной. О том, что она считала иначе, он узнал далеко не сразу.

Однажды, когда в последнем классе начальной школы Донад Митчал довел до слез и истерики Элайзу Гордон, постоянно дразня ее из-за слишком больших передних зубов, Тейлор заступился за нее. Разбил Донаду губу и поставил синяк под глазом.

За это Дагласу знатно влетело от взрослых, учителей, директора и, вдобавок к нему прицепилась опять рыдающая Эрин.

«Почему… Почему ты… ты за нее заступился?»

«Почему я не должен был этого делать?» - тогда Даглас поймал себя на мысли, что его раздражали разговоры с Эрин. Подобные мысли пришли не впервые, но в последнее время раздражение было куда ощутимее. Роро слишком долго подбирала слова и постоянно запиналась. Каждую произнесенную фразу растягивала в вечность. Так, словно у нее в голове ветер гулял, развеивая и так с трудом появляющиеся мысли.

«Теперь… Теперь все говорят, что… тебе нравится Элайза. Это… Это же не так?..»

Дагласа передернуло. Что она вообще такое говорила? Симпатия к девчонке? Что за?.. У Тейлора тогда было много интересов – работа отца, куда он старался постоянно приезжать и смотреть чем он занимается, изучение родов и их возможностей, механические машинки, которых он начал коллекционировать с пяти лет, футбол, техника. Интересов было действительно много, но девчонки и уж точно симпатия к ним, в них не входила.

«Я лучше ее… Лучше… У меня зубы не торчат, как у нее…»

«Что ты несешь? И как раз из-за слов про ее зубы, я ударил Донада. С чего вы вообще прицепились к ее зубам?» - впервые в жизни Даглас помимо раздражения, ощутил к Эрин еще и омерзение.

«Значит… Значит, она тебе действительно нравится…» - Эрин начала еще сильнее плакать, из-за чего ее лицо сильно покраснело. Девчонка стала похожа на помидор.

«Нет, она мне не нравится»

«Правда?..» - Эрин тут же подняла голову, которую успела опустить, спрятав лицо в ладонях.

«Правда»

«А ты… ты… можешь, пожалуйста, защищать только меня?.. Просто… Мне не хочется, чтобы другие считали, что тебе… нравится кто-то помимо меня»

«Помимо тебя?» - Даглас приподнял бровь. Он вообще плохо понимал девчонок, но Эрин для него вовсе являлась созданием из другого мира. Иногда она несла такую чушь.

«Да…» - Эрин кивнула. – «Я хочу, чтобы все понимали, что ты любишь только меня»

«Люблю? Тебя?» - Даглас закрыл один глаз. Настолько сильно он дернулся. Ему было лишь восемь, но в его жизни уже была та, которая трепала ему нервы. – «Подожди. Ты считаешь, что я тебя люблю?»

Эрин вздрогнула и одеревенела. Так, словно Тейлор этим вопросом ударил ее.

«А… А это разве не так?»

«Нет»

«Но… Ты всегда помогаешь мне… И ты много времени проводишь со мной. Я же тебе нравлюсь. Я красивая…»

«Ты моя подруга и отношусь я к тебе точно так же, как и к Тори, Абигейл или Эмили» - Даглас с девчонками не дружил. Вообще. Они ему не были интересны и с Эрин он не проводил бы время, если бы она так сильно не захлебывалась слезами. Но пытаясь ее не обидеть, попытался подобрать слова. Хотя, в этот момент он больше думал о том, что ему уже нужно идти в исправительный класс, а Эрин его очень сильно задерживала.

Из-за того, что Тейлор избил Донада, ему, как наказание, назначили пять лекций по правильному поведению. Если он хоть раз опоздает – лекций станет вдвое больше.

Мальчишки в то время, несмотря на высокий статус своих семейств, были подобны маленьким зверятам и Даглас в своем классе являлся негласным вожаком, из-за чего ему часто приходилось участвовать в разборках. Даже, если они лично не касались его и, особенно, если возникал конфликт между его классом и параллельным. Они вообще никогда не дружили и являлись извечными соперниками.

Что только они друг другу не устраивали и из-за этого их толпами отводили в исправительный класс. Даглас же там проводил особенно много времени, как и лидер параллельного класса – Норман Рил. Они, кстати, и там часто дрались. Но сейчас Тейлор уж никак не желал своим опозданием увеличивать время проведенное там. Лучше провести остаток дня с пользой. Например, упросить отца опять взять его на работу.

«Но… но ты… мне нравишься. Очень… Я тебя люблю» всхлипывая и еще сильнее краснея, прошептала Эрин.

О какой любви она вообще говорила? Пересмотрела мультиков про принцесс?

«Давай сделаем вид, что этого разговора не было и просто продолжим дружить»

После этих слов Тейлор предпочел бы уйти, но Эрин опять разрыдалась и ему пришлось ее успокаивать, но на этот раз не до конца. Почему-то эта надоедливая девчонка приняла его хорошее отношение за симпатию. С этим явно нужно было заканчивать.

И в исправительный класс Даглас все же опоздал. Эрин не желала его отпускать, хоть и знала, что ему нужно идти.

В дальнейшем он пытался избегать Роро. И в школе и дома, куда она продолжала регулярно приходить. И рыдать. Опять. Уже теперь Тейлор старался это игнорировать. Поплачет и перестанет. Ничего страшного не произойдет. Ее же не обижают и ей не больно.

В какой-то момент Даглас стал больше времени проводить в школе. После уроков с друзьями гонял на поле в футбол или сидел в библиотеке, где учил то, что задавали репетиторы. Читал.

Постепенно, он начал там сидеть вместе с Элайзой и Эриком.

Эрику просто нечего было делать, из-за чего он там маялся, а Элайза приходила туда, чтобы вместе с Дагласом писать учебные доклады. Поскольку их на днях посадили за одну парту, общих заданий у них стало в разы больше.

«Прекрати закрывать рот рукой. Нормальные у тебя зубы» - с раздражением сказал Даглас, наблюдая за тем, как девчонка, каждый раз, когда хотела что-то сказать, подносила ладошку к губам. Она и раньше так делала, когда улыбалась, но после издевок Донада, Элайза без ладошки перед губами вовсе не разговаривала.

«Прости» - она неловко опустила голову. – «Тебя раздражает, когда я так делаю? Выглядит странно?»

«Я просто не понимаю, почему ты стыдишься своих зубов. Нормальные они. Давай. Убирай руку. Вот. Теперь нормально»

«Тебе легко говорить. Ты идеальный» - девчонка произнесла это с таким стыдом, от которого щеки загорели алым. Элайза была умной, но слишком скромной девчонкой.

«Если тебе станет легче, знай, что Даглас не безупречный» - это сказал Эрик. Он из стульев соорудил себе кровать и лежа на ней, играл в телефон. – «Он, между прочим, храпит»

Тейлор ногой толкнул стул и Эрик рухнул на пол, но тут же подскочил на ноги. Элайза поинтересовалась у него не сильно ли он ударился. Услышав «нет», она улыбнулась. Ее рука дрогнула, но рот девчонка ладошкой не прикрыла. Пусть и сразу опустила голову.

Дагласу и с Элайзой не было интересно, но из-за уроков они достаточно много времени проводили вместе. Засиживались в библиотеке. Будучи детьми, вдвоем захлебывались книгами.

А однажды она пришла к нему домой. Они сидели в его комнате. Писали, а вечером, когда Элайза уже собралась уходить, Тейлор пошел ее провожать. Уже будучи около лестницы, девчонка вспомнила о том, что забыла свой пинал в комнате мальчишки и Даглас пошел за ним.

А вернувшись к лестнице, увидел то, что никогда не забудет. Эрин толкнула Элайзу и та полетела по ступенькам. Все это длилось считанные мгновения, но стук, с которым билась ее маленькая голова о мраморную лестницу, прочно въелось в сознание. Как и выражение лица Эрин. Там явно читался страх и неверие в то, что она действительно это сделала. Но так же в ее глаза въедалось мерзкое наслаждение. Удовольствие, с которым она смотрела на то, как маленькая девочка, младше ее на три года, подобно тряпичной кукле падала по ступенькам, от чего ее кровь разбрызгивалась по мрамору.

В тот момент Даглас впервые посмотрел на Эрин совершенно иначе. Так, словно хотел порвать ее на части и девчонка это почувствовала. Обернулась и, увидев Тейлора, судорожно, испуганно охнула. Кажется, хотела что-то сказать, но Даглас молча пробежал мимо нее и, рискуя тоже упасть с лестницы, перепрыгивая через ступеньки, подбежал к Элайзе.

Все вокруг было в крови и она не двигалась. Как на зло, был вечер выходного дня и, когда Даглас позвала на помощь, прислуга прибежала не сразу. А он, тем временем, не рискнул побежать в свою комнату за телефоном. Слишком долго. Быстрыми движениями открыл портфель Элайзы и нашел там ее телефон. Позвонил в скорую.

Прошло несколько минут и в холл сбежались горничные и повара, которые не успели уйти домой. Еще пять минут и туда прибежал отец Элайзы, который ждал ее на улице, чтобы отвезти домой. Того ужаса, с которым он смотрел на свою окровавленную дочь, не передать ни одними словами. Оказывается, можно вот так за мгновение умереть, хоть и сердце продолжит биться.

У девчонки были переломаны обе руки и позже врачи скажут, что она об ступеньки выбила себе все передние зубы, которые уже не были молочными, но перед этим успела откусить половину языка. Вот только, это будет позже, а пока что была кровь, шум и моментально приехавшая скорая.

Когда Даглас обернулся, он уже не увидел Эрин. Она убежала еще до того, как в холле появилась прислуга, но вернувшись в свою спальню, он из шкафа услышал тихие всхлипы. Открыл дверцу и увидел Роро.

Она на коленях выползла из своего укрытия. Прислонившись лбом к полу, плакала. Испуганно и судорожно. Что-то говорила, но ее слова и обычно было трудно разобрать. Сейчас они вовсе больше были похожи лишь на всхлипы.

«По… по… пожалуйста… Не рассказывай… не рассказывай, что это сделала я… Меня… меня посадят… Я… я не знаю почему… это сделала»

Посадить ее не смогут. На тот момент Роро было только одиннадцать и максимум ее ждала колония для несовершеннолетних. Что тоже сомнительно, так как Эрин была наследницей высокого аристократичного рода, а Элайза простолюдинкой. Тут сама знать не захочет такого скандала.

Дагласу было лишь восемь, но он уже прекрасно знал грязные правила игры аристократии. И так же он знал то, кем является – внебрачным сыном короля. Его настоящий отец часто искал встречи с ним, но всегда они были тайными. Один на один.

Но в тот момент, Тейлор думал только об одном – почему Эрин не спросит, что с Элайзой? Жива ли она вообще?

Девчонка так и не поинтересовалась этим.

«Я… я не знаю… Ты так много времени проводил с ней… Мне рассказали про библиотеку… Я… я…»

«Что ты?» - впервые в жизни в голосе Тейлора появилась настолько ядовитая злость и впервые за все время ему было глубоко плевать на слезы девчонки. Наоборот, они вызывали омерзение.

«Я… Я люблю тебя…»

Это были те слова, после которых Даглас понял одну вещь – Эрин Роро ненормальная.

Эрин билась в истерике и в плаче, раз за разом умоляя никому не рассказывать про этот случай, а Даглас смотрел на нее как на самый мерзкий в мире мусор. В нем зарождалась та ненависть, которой просто не могло быть в ребенке. Она царапала его нутро и выворачивала сознание наизнанку. Заставляла руки дрожать от гнева.

«Сейчас ты уйдешь прочь из моего дома и больше никогда не будешь попадаться мне на глаза» - он присел на корточки перед ней, но так, чтобы между ними оставалась дистанция. К этой грязи, которой он теперь считал девчонку, Даглас брезговал прикасаться.

«Ты… ты расскажешь?..»

«Свали, Роро. Иначе я сам тебя вышвырну»

Несмотря на то, что он был младше ее почти на три года, все равно был выше и уж вытянуть ее, как минимум, из своей спальни мог бы. Что он в итоге и сделал, так как она продолжала валяться на полу и даже движения в сторону двери не сделала.

А дальше начался цирк, во время которого Эрин перебегала от одной двери к другой, пытаясь незаметно покинуть особняк Тейлоров. Даглас даже вышел из спальни, чтобы посмотреть на это. Тошнотворное зрелище.

Наступил тот момент, когда он действительно посмотрел на Эрин иначе. Она для него больше не являлась слабой девочкой, которую он должен защищать. Это существо для него превратилось в нечто омерзительное. Вызывающее настолько сильное отторжение, которое буквально ломало его детский мозг.

Элайза очнулась через два дня. У девчонки было очень сильное сотрясение мозга и она элементарно не помнила, что произошло. Она вообще практически ничего не помнила и была в крайне тяжелом состоянии.

Эрин Роро к этому моменту уже упросила родителей отправить ее к бабушке заграницу и, когда у Дагласа в очередной раз начали спрашивать, что случилось там на лестнице, у него был выбор – рассказать, или нет.

В первом случае, будет противостояние родов Тейлоров и Роро, ведь Даглас сомневался в том, что Эрин сознается в содеянном. То есть, будет его слово, против ее. И вот вопрос – признают ли в этом милом вечно плачущем создании гнилое нутро?

Тем более, в тот день Эрин почему-то пришла к ним без гувернантки, которая обычно повсюду сопровождала ее. Доказательством Дагласа могли быть только наружные камеры. Они точно должны были заснять ее побег.

В итоге, Тейлор промолчал, но лишь по той причине, что уважал Адлара Роро, который обожал свою единственную дочь.

Адлар был умным человеком и Даглас понадеялся на то, что он в будущем нормально воспитает Эрин. Главное, чтобы это происходило подальше от Тейлора, которого уже тошнило от одной мысли об этой ненормальной.

Из-за того, что Даглас промолчал, этот случай быстро затих. Все решили, что девочка просто оступилась на лестнице, но Тейлор, поговорив со своими родителями, попросил оплатить все больничные счета, ведь, как-никак, этот случай произошел в их доме и они тоже несут ответственность.

Родители, выслушав его, согласились и, более того, следующие годы выписывали чеки на реабилитацию. Так же дав Элайзе от их рода стипендию на будущее обучение в университете, ведь с той инвалидностью, которую она теперь имела, сама поступить бы не смогла.

Как-то Тейлор от матери услышал, что Эрин так и осталась заграницей. Перевелась там в школу и теперь основательно живет у бабушки.

«Трусливая крыса» - пронеслось в сознании Дагласа, но отсутствие этой девчонки в столице было огромным плюсом.

Только теперь он понимал, насколько легко дышится без нее. Без ее вечных рыданий и навязчивого поведения. Без ее постоянного нахождения в его спальне и вообще в его доме.

Эрин Роро являлась чем-то сродни паразита, от которого он наконец-то избавился.

Так пролетел год, а потом она опять появилась в его жизни и, стоило Дагласу увидеть Эрин, как внутренне его передернуло от отвращения и злости. Она выглядела, как сама невинность, но Тейлор, смотря на нее, никак не мог забыть того наслаждения, с которым Роро смотрела на падающую и в кровь разбивающуюся маленькую девчонку.

«П-привет…» - Эрин стояла около главного входа в особняк его рода. Так, словно не смела войти внутрь. Даже сопровождающая ее гувернантка стояла в саду немного дальше от них.

«Вернулась?» - губы Тейлора изогнулись от пренебрежения. – «Почему? Поняла, что опасность миновала и тебя не отправят в колонию?»

«Я сожалею. Очень сильно… Я пришла, чтобы извиниться…»

«Передо мной? За что? Мне ты ничего не сделала. Ты вообще ничего не сделала. Только довела мою одноклассницу до инвалидности, отсутствия языка и зубов»

«Я не понимаю, что на меня тогда нашло… Я сожалею… Больше я никогда и ничего такого не сделаю…»

«Решила исправиться? Тогда начни с признания того, что ты сделала»

Эрин дернулась и опустила голову. По ее частому дыханию Тейлор понял, что она сейчас начнет плакать, но его это уже не волновало. Пусть хоть подавится слезами. Тем более, уже теперь он понимал, что Роро их проливала лишь, чтобы давить на людей. На их жалость. Именно ее она сейчас пыталась вызвать и у Тейлора, но жалости в нем больше не осталось.

«Не признаешься? Чего-то такого я от тебя и ожидал. Свали Роро, мне мерзко на тебя смотреть»

«Ты… ты изменился…»

Изменилось лишь его отношение к ней. Сам мальчишка начал меняться позже, с течением следующих лет. Он взрослел, грубел и невольно внутренне становился жестче. Циничнее. Его статус, положение и кровь рождали в нем сталь. Нечто животное.

Неизменным в его жизни оставалось только одно – чертово присутствие Эрин.

Она перевелась в его школу и на переменах постоянно приходила к его классу, чтобы отдать Дагласу ланч боксы, которые он выбрасывал в мусорный бак. Во время обеда в столовой, сначала пыталась садиться рядом с ним, но когда Тейлор пару раз очень грубо прогнал ее, Эрин стала моститься за соседний столик. Когда после школы он с друзьями, шумной толпой шел в гости к кому-нибудь из них, она хвостиком следовала за ними. А потом крутилась где-нибудь рядом, ожидая, когда же Тейлор выйдет на улицу.

То, что Эрин ненормальная уже замечал не только Тейлор, но и Эрик.

«Слушай, я вчера задержался после уроков и проходил мимо нашего класса, когда там уже никого не было» - сказал он, садясь на песке. Они с классом приехали на закрытый пляж, но купаться Даглас и Эрик не пошли.

«И что?» - Тейлор снял футболку и, отбросив ее на песок, сел недалеко от друга. Достал телефон и включил видео, которое он не досмотрел.

«Там никого не было, но… Короче, Эрин Роро сидела за твоей партой. Она ее еще поцеловала»

«Что она сделала?» - лицо Дагласа окаменело.

«Не переживай. Она это сделала без языка»

«Отлично. Тогда все нормально» - саркастично.

«Вообще, шутки шутками, но это даже как-то не весело. Я понимаю, что за тобой бегают многие девчонки, но Роро какая-то слишком странная»

«Она не странная, а двинутая»

Эрик начал что-то подмечать, но все остальные считали Эрин несчастной и слишком безответно влюбленной девушкой, которая к тому же продолжала постоянно плакать, из-за чего несколько парней даже попытались заступиться за Роро, высказав Дагласу, что он слишком груб с ней и пока она с очередным заплаканным лицом ожидала реакции Тейлора, будто считая, что эти парни его застыдили и уж теперь он точно начнет к ней относиться получше, он думал о том, что Эрин еще та королева драмы и потом под ее вскрики разбивал лица этим парням. Об парту, об стену, об колено.

Так Дагласа начали считать чудовищем, а Эрин жалеть. Каждый день к ней хоть кто-то, но подходил, нашептывая, что Тейлор плохой и не стоит убиваться из-за него. Роро сможет найти парня и получше. С ее внешностью и статусом подобное сделать вообще без проблем.

Вот только, она никого не слушала. Все так же таскалась за Дагласом, но, учитывая, что он по отношению к ней уже не ограничивался в грубости, старалась держать расстояние, которое оборвала лишь один раз.

Наступил тот возраст, когда Тейлор начал интересоваться девушками. Это был очень буйное время. Гормоны, тестостерон, агрессия. Все в нем бурлило и выворачивало наизнанку. Он становился совершенно другим. Говорил злее. Парней бил сильнее. И уже теперь с интересом посматривал на девушек.

Вопреки тому, что его считали еще тем монстром, проблем с вниманием противоположного пола у него действительно не было. Вот только его не интересовала любая. Внимание Тейлора привлекла Джули – девушка из параллельного класса. Та, которая находилась на чужой территории. Самая красивая во всей школе, из-за чего за ней бегали чуть ли не все парни, но для каждого она оставалась неприступной.

Даглас обошелся без ухаживаний. Просто на перемене пришел к ее классу, позвал ее, а когда Джули вышла к нему в коридор, спросил:

«Будем встречаться?»

Она ошарашено раскрыла глаза и замерла, но буквально через несколько секунд растерянно кивнула. Покраснела.

В тот день, когда начались их отношения, эта новость тут же пронеслась по всей школе. Эрин тогда не было на занятиях, но вечером, когда он сидел у себя в спальне и читал книгу на планшете, она как вихрь вбежала в его комнату. Упала перед парнем на колени и ладонью сжала ткань его джинс.

«Пожалуйста… Пожалуйста, я лучше…»

Тейлор тогда вышвырнул ее из своей спальни. Но перед тем, как захлопнуть дверь, все же вышел в коридор и сказал, чтобы она даже не думала приближаться к девушкам, с которыми он будет встречаться.

«Если у тебя опять разыграется твоя поломка в голове и ты сделаешь нечто такое, что сделала с Элайзой…

«Я… Я не сделаю» - тут же заверила она. – «Я до сих пор сожалею»

Вся эта ситуация уже переступала за грани абсурда. Как и то, что Эрин с заплаканными глазами постоянно таскалась за Дагласом и Джули. Смотрела на то, как он ее целует. Присутствие этой ненормальной ощущалось даже за закрытыми дверями, ведь всегда неминуемо возникало чувство того, что она где-то рядом.

И в итоге Джули бросила Дагласа. Ей было слишком неловко из-за Эрин.

Тейлор не особо расстроился из-за такого быстрого разрыва его первых отношений. Джули была ему симпатична, но не настолько, чтобы хоть немного убиваться. А школа тем временем гудела. Подруги Джули вовсю трезвонили о том, что они были такой красивой парой и с их расставанием наступил чуть ли не конец света. Однако, девушки любят все драматизировать.

Больше Тейлора волновала Роро, которая на следующий день принесла очередной ланч бокс и тихо прошептала: «Я бы тебя не бросила. Никогда». При этом, она улыбнулась так, что у Тейлора в груди все разорвалось от гнева.

В тот день, Даглас пошел домой один. Прекрасно чувствовал, что она шла следом и, завернув за очередной угол, остановился. Поднял с земли небольшой камень, после чего, оборачиваясь к Эрин, подбросил его в воздухе.

«Знаешь, я как-то видел, что подростки отгоняли от себя бездомных собак камнями. Я не одобряю жестокое поведение к животным, но ты же не собака. Ты хуже»

Он посмотрел прямо в глаза Эрин:

«Я говорил тебе, что ты мне омерзительна?»

«Да…» - тихо прошептала она.

«Я говорил, чтобы ты оставила меня в покое?»

«Да…»

«Если ты сейчас же не свалишь ко всем чертям, я брошу в тебя этот камень. Кто знает, может, голову тебе разобью»

Эрин опустила взгляд и, дрожа, пробормотала:

«Бросай, я все равно не уйду»

Тейлор стиснул зубы и сжал камень в ладони с такой силой, что костяшки побелели. Но он так и не бросил его в девушку. Отшвырнул камень в сторону и, положив ладони в карманы джинс, пошел прочь.

Она опять хвостиком последовала за ним.

Эрин злила его настолько сильно, что зубы сводило, но при этом Тейлор понятия не имел, как отгородить ее от себя. Была бы она парнем, он бы уже сто раз переломал ей кости. А так он уже и посылал ее и говорил Роро настолько жестокие слова, что любая девчонка бы расплакалась. Эрин это и делала, но все равно оставалась рядом.

В какие-то моменты он понимал, что Роро можно взять и вытереть ею пол, ведь она ничто иное, как тряпка. Грязная, никчемная, тошнотворная тряпка.

Только у него появлялась новая девушка – как Роро тут же возникала где-то поблизости. Стоило ему съехать из семейного особняка, как Эрин мгновенно узнала его новый адрес. На дни его рождения неминуемо притаскивала подарки. Он лишь один раз поздравил ее и, как подарок, преподнес номер телефона психиатра. Она после этого долго рыдала, а на следующий день, как ни в чем не бывало, опять была рядом.

В какой-то момент Даглас понял, что он привык к Эрин. Есть же люди, которые годами мучаются от хронический болезней, но уже привыкают к постоянной боли. Так и Тейлор уже приспособился к своей мерзкой болезни – Эрин Роро. Она стала душной, ядовитой частью его жизни.

Он даже научился ее игнорировать. Как ни в чем ни бывало вел обычный образ жизни. Если его вообще можно было назвать таковым.

Его статус обязывал быстрее взрослеть. Не только умственно, но и поступками. А еще быстрее окунаться в мир грязи, которым считалось окружении аристократии. Быть хуже них. Злее. Суровее. Строже и беспощаднее. Ведь в ином случае его просто сожрали бы.

Даже его развлечения уже теперь были куда взрослее, злее и агрессивнее. И еще девушки. Много девушек.

Свое совершеннолетие он вовсе отмечал с размахом, но оно не сравнится по грандиозности с подарком Эрин, который она преподнесла ему – помолвка с ней.

Изначально с ним разговаривал Адлар Роро. Хорошо, что не Эрин – ее бы Тейлор в тот момент просто убил бы. Но даже в разговоре с Адларом, Дагласа нельзя было назвать спокойным.

В первое мгновение, услышав о том, что ему предлагают жениться на Эрин – Тейлор рассмеялся. Потом сказал «нет» и собирался уже уходить, как Адлар ясно дал понять, что вообще-то это было не предложение.

Когда предлагают, всегда есть вариант отказаться, а Тейлору не дали возможности это сделать.

Но все же Даглас мог избежать свадьбы с Эрин. Он бы многое потерял, но лучше вовсе жить на улице, чем рядом с ней.

Вот только, решающее слово дал король. Он вызвал Тейлора к себе и сказал, что он считает этот брак удачным. Роро хороший род и Тейлорам стоит с ними породниться.

«Еще Эрин Роро сильная девушка. Я уверен, что она сможет выносить твоего ребенка и именно о ней говорил Верховный Жрец. Вашему браку быть и это не обсуждается»

«Я хочу встретиться с Жрецом, Ваше Величество» - голос Дагалса был непривычно ледяным, но в тот же момент пропитанным яростью.

«Это невозможно»

«Почему? Жрец знает обо мне и разве мне, как вашему сыну не позволено встретиться с ним?»

«Исключений нет. Ни для кого»

Жрец был единственным во всем королевстве, кто мог оспорить приказ короля о женитьбе, но встретиться с этим стариком было нереально.

Восемнадцать лет. В то время, как его сверстники только начинали гулять, поступали в университеты и пытались думать над тем, кем хотят быть в жизни, Даглас уже женился. Причем на той, кого считал самой тошнотворной, бесхребетной и никчемной девушкой во всем мире.

Во время свадьбы Эрин светилась от счастья, а Даглас трахал официанток в комнате для прислуги. Потом поднялся на верхний этаж и с ноутбука работал. В зал вышел лишь, чтобы подойти к священнику, сказать, что, да, он берет Роро в жены, а потом опять пойти трахаться и работать. Еще напиваться.

На этой свадьбе его жизнь не закончилась. Да, стоило подумать о том, что Эрин теперь его жена, как в нутрии все тут же начинало пылать от ярости. Но она и так всегда была рядом. Теперь просто, это «рядом», к сожалению, было еще ближе.

Только мир от этого не рухнул, а Эрин, как была пустым местом, так им и осталась.

Тем более, из этой свадьбы Даглас извлек урок на всю жизнь – он еще слишком слабый. Настолько, что его с легкостью заставили сделать то, чего он не желал.

От этого возникала странная, но пожирающая жажда добиться всего. Так, чтобы больше никогда и никто не смог диктовать Тейлору свои правила.

Именно этим Даглас занимался все следующие годы. Наращивал мощь и влияние. Свою власть. Сильно спешил, ведь жизнь показала, что ждать его не будет. От этого шел напрямик. Никогда не сворачивал. Если требовалось, действовал очень жестоко, при этом никогда и ни за что не ошибаясь. Тейлор себе этого позволить не мог.

Эрин все так же была рядом, но Даглас ее по-прежнему игнорировал, как самое примитивное пустое место. Жена у него была только по документам. В реальной жизни – нет.

И каково же это было заметить Эрин спустя пять лет их брака? Посмотреть не сквозь нее, а именно на нее?

Даглас даже сразу не узнал Роро. Заезжая на машине на территорию сада, он примерно в пяти метрах от дороги, увидел какую-то брюнетку. Она отдалялась от него, но у Тейлора хватило времени, чтобы окинуть ее взглядом.

Он не понимал, что его привлекло в этой незнакомке. В первую очередь он в девушках оценивал фигуру. В принципе, на этом его интерес к ним заканчивался. Тейлору требовалось лишь тело.

Но, странно, это был не тот случай. Дагласу наблюдал за тем, как она шла и поймал себя на мысли, что ему нравится. Ее походка, то, как она держала спину и то, как, подняв руку, поправила волосы.

Было в ее поведении нечто крайне естественное и, в тот же момент величественное. Хрупкое и сильное. Возбуждающее.

Дагласу хватило лишь нескольких секунд, чтобы понять, что он ее хочет. Он даже уже открыл дверцу машины, чтобы пойти за ней, как девушка немного повернула голову и Тейлор понял, что это Эрин.

На губах тут же появился оскал и по сознанию расплылось отвращение. Видно, он переработал. Несколько последних суток вообще безвылазно провел в офисе. И сколько у него не было секса? Три дня. Для Тейлора это большой срок воздержания. Вот уже и мерещилась всякая хрень.

Прошло несколько дней и Даглас заметил еще одну странность – Эрин больше не выходила к воротам, чтобы встретить его. Она вообще вела себя необычно. Во всем. Абсолютно.

Он не понимал, почему пошел к Роро. В тот отдаленный домик, который терпеть не мог, потому, что там жила она. Просто не смог себя остановить, хотя обычно ненавидел не только ее присутствие, но и вообще существование.

А когда увидел ее настолько близко, ощутил себя так, словно она подняла невидимый пистолет и выстрелила ему прямо в голову. Сразу несколько раз.

И он не мог понять в чем дело. Ему просто хотелось ее. Сейчас. Немедленно. Просто сорваться и взять.

Это была та жажда, из-за которой Тейлор решил, что свихнулся, ведь хотеть Эрин - все равно, что себя не уважать.

Подобное действительно раздирало разум на части. Всю жизнь ненавидеть ее и призирать. Считать настолько никчемной и ненормальной. Психически нездоровой.

А тут внезапно захотеть эту девушку.

Все это, как еще несколько выстрелов в голову.

Сказать, что Даглас не желал заинтересовываться ею, значит вовсе промолчать. Стоило посмотреть на Роро, как он тут же вспоминал ее вечные истерики, рыдания, бессвязные, глупые фразы, ненормальное поведение. Все то, что у него вызывало сильное отторжение. Омерзение к ней, как к человеку.

Но, в тот же момент он теперь неотрывно наблюдал за ней, так, словно не мог отвести взгляда. За мимикой и за каждым движением. За тем, как она поджимала губы, хмурилась, кончиком указательного пальца чесала шею, всякий раз, когда задумывалась. За тем, как она ходила, садилась, ровно держа спину, смахивала волосы с плеч. Но, главное, он наблюдал за ее теперь непокорными глазами и за каждой фразой, которую она произносила. Уже сейчас не растягивала слова и говорила всегда в цель, а он поймал себя на мысли, что ему нравится разговаривать с ней. Даже, если это были какие-то самые банальные диалоги. Ведь в этой внезапной колючке его возбуждало даже то, как она разговаривала.

Но наблюдал он не потому, что ему было интересно то, насколько изменилась Эрин. Она вообще внезапно вся стала ему интересна. Так, словно после десятилетий тягучего нахождения рядом с ним, в состоянии пустого места, в один неожиданный момент она ворвалась в его голову, взъерошила все мысли, порвала их и вышвырнула, собой занимая каждую частичку его разума. Заставила думать только о ней и дышать только ей, ведь ее запах, которого он раньше не замечал, внезапно стал для парня чем-то сродни наркотика. Один раз вдохнул его и больше отказаться не сможешь. Подсядешь так, что без очередного вдоха начнет ломать.

Изначально этот запах вгонял его в ступор. Не особо сильный, но до внутреннего взрыва приятный и манящий. То, что это аромат именно ее тела, Даглас осознал сразу. Не понимал он другое – почему раньше этот запах не чувствовался. В итоге, Тейлор вспомнил о том, как Эрин пахла раньше – цветочными, едкими духами. Возможно, она перестала ими пользоваться и пробился аромат ее тела.

С каким же упоением он им дышал. Будто действительно подсевший наркоман. Что же с ним делал ее запах. Убивал здравый разум и подчинял Эрин. Несколько вдохов и Тейлор был готов для нее сделать все.

И это являлось очередным разрывом его сознания – все-таки принять то, что ему нравится эта неадекватная, психически больная девушка, которая внезапно стала адекватной. Привлекательной. Заводящей. Проклятье, его богиней, ведь «нравится» это не то, что он начал испытывать к ней. Все было куда глобальнее.

Когда-то Роро душила его своим присутствием, а теперь он задыхался, когда ее не было рядом. Искал встречи с ней. Бесился, если она пыталась его избегать или прогонять.

Какая ирония. Было время, когда Эрин бегала за Тейлором. Теперь он таскался за ней.

По большей степени, он не мог связывать прошлую Роро и теперешнюю. Для него они являлись разными девушками. Лишь в тот момент, когда к нему пришла Ева и сказала, что Эрин ударила ее в живот, на Дагласа нахлынули прошлые чувства, которые собой ничего хорошего не являли.

Приехав к Эрин, он думал, что вновь увидит ее рыдающую и испуганную, но совершенно не переживающую за Еву, которая, крайне сомнительно, но все же возможно была беременна его ребенком.

За Еву она действительно не переживала, но в тот момент, когда Роро спросила: «Господин Тейлор, вы действительно считаете, что я могла так поступить?», правильнее было бы ответить «да». Логичнее. Ведь однажды она уже причинила вред одной беззащитной девчонке и делала это с наслаждением.

Вот только, сколько бы он не смотрел на Эрин, уже теперь не мог поверить в то, что она способна на мерзкие поступки.

В тот день прошлая Эрин и теперешняя, в его голове соединились, но тут же опять разошлись в разные стороны. Это для него стало поводом задуматься, ведь все последнее время Дагласа раздирало на части – одна его сторона все никак не могла забыть ту прошлую мерзкую Эрин, а вторая боготворила теперешнюю колючку. Из-за подобного Тейлора бросало из крайности в крайность.

Но наступило время определиться.

Или дать ей развод, как она этого желала.

Или оставить рядом с собой.

Еще месяц назад он не раздумывая выбрал бы первый вариант, но теперь, особо не тратя время на сомнения, решил, что не сможет ее отпустить.

Это решение шло против логики и здравого разума, но, наверное, Даглас действительно свихнулся, ведь что-то внутри него на древних инстинктах давало понять, что перед ним его женщина. Та, без которой он не сможет. Без которой сдохнет.

Даже давая клятву на крови, он ни на мгновение не сомневался. Понимал, что другую не захочет. С другой не сможет.

Позже, когда Эрин уже была в больнице и врачи сказали, что ее шансы выжить крайне не велики, это подтвердилось. Тейлор будто бы вместе с ней начал умирать. Даже дико, насколько боль его женщины может подкосить стального мужчину. Заставить его забыть про сон и каждую минуту и даже мгновение думать только о ней. Беспрерывно искать лучших врачей и быть рядом с ней.

Отчетливо понимать – если не она, значит, никто.

И, если ее не станет – он тоже сдохнет.

Запах, который исходил от нее, с каждым днем становился все менее ощутимым. Даглас считал, что это обусловлено ее плохим самочувствием. Так, будто запах уходил так же, как душа пыталась оторваться от тела. Если это произойдет – девушка умрет.

Даглас не имел в себе страха. Он родился без него, но понимая, что его женщина, возможно, вот-вот умрет, впервые испытал его. Но это не было слабостью. Лишь очередным подтверждением того, что Эрин настолько сильно важна для Тейлора.

Даже вопреки тому, что она за его спиной связалась с Леманом. Этого ублюдка он был готов убить, а вот к Эрин испытывал только одно желание – дождаться, когда она очнется и до конца жизни сделать своей.

Все границы были четко размечены. Все мысли только об Эрин.

Всколыхнуло это состояние лишь одно создание – некая полторашка.

Еще в тот момент, когда Даглас ударил Лемана, он, уже собираясь уходить, ощутил нечто странное, но не обратил на это внимания. Мозги слишком плохо работали, чтобы он нормально воспринимал то, что чувствует.

А позже, столкнувшись в коридоре с некой девушкой, он вновь ощутил это, но уже теперь более отчетливо.

В тот момент, когда она врезалась в него, ему пришлось очень сильно опустить голову, чтобы посмотреть на нее, ведь эта девушка была слишком низкой.

И, скользнув по ней взглядом, первое, что пришло ему на ум – мелочь, полторашка, миллиметр от пола… Забавное существо. Маленькое, но колючее. Как крошечный, нелепый зверек.

Стоило Дагласу понять, что перед ним Силви Доми, как сознание пропитало отторжение и пренебрежение. Род Тейлор слишком давно враждовал с родом Леман. У них имелось слишком много конкурирующих отраслей бизнеса, из-за чего они столетиями являлись врагами. А теперь за многие ответвления были ответственные Даглас и Джереон и каждый из них в бизнесе пытался ударить сильнее – желательно вовсе убить.

Даглас терпеть не мог Лемана примерно так же как и раньше Эрин.

А эта полторашка являлась его невестой. Та, которая с самого рождения была предназначена ублюдочному Джереону. Скорее всего, подтесана под него.

С Джереоном у Тейлора были свои мужские и жестокие разборки. Разговаривать с женой врага даже как-то зашкварно. Никчемное занятие.

Но почему-то они сцепились. Возможно, потому что эта полторашка посмела потребовать у него извинений.

У нее огромные глаза. Почти на половину лица. Пухлые, но слишком невинные губы. Эта мелочь вообще выглядела, как прекрасный ангелок, спустившийся с небес, но вот на язык она была острой. Колючей. И смотрела на Дагласа с таким же пренебрежением, как и он на нее.

А еще она действительно была крошечной. Наступишь и не заметишь.

Чего нельзя было сказать про ее запах – его уж точно невозможно не заметить.

От нее пахло… как от Эрин. Только сильнее. Куда мощнее. Тот запах, который пробирался в нутро и заставлял зверя опять пробуждаться.

Вообще этот запах был очень странным. В нем не было никакого оттенка, благодаря чему Даглас мог бы сказать, что от Эрин и от полторашки пахло одинаково. Просто он реагировал на их запахи. Причем, какого-то черта на мелочь сильнее.

Что он тогда ощутил? Злость. Ярость. Гнев.

Причем злился Даглас именно на себя. Его женщина в больнице. Без сознания и в крайне тяжелом состоянии. На грани смерти.

А он уже реагирует на другую. Что он за животное такое?

В том коридоре полторашка заставила Дагласа возненавидеть самого себя. Порвать собственное сознание в клочья, а потом долго сидеть около кровати Эрин и держать ее за руку. Пусть только она очнется. Ему другие не нужны. Только его женщина. Его жена. Его Эрин.

Хуже стало в чертовом лифте. Вообще нахождение в одном тесном помещение с женой Джереона такое себе занятие. И это, если не учитывать ее запах. С ним это вообще ад.

Но ему еще не хватало убегать от какой-то там мелочи. Поэтому Даглас зашел в лифт, о чем уже скоро пожалел. Эта чертова металлическая коробка застряла и свет погас.

Тейлор в жизни бывал в разных ситуациях и несмотря на взрывной характер, привык держать себя в руках. Но с полторашкой он так и не смог этого сделать. Сорвался.

Изначально, каждая секунда, проведенная с ней в темноте была подобна пытке. Чем больше он дышал этой девчонкой, тем хуже были его мысли. Грязнее, пошлее, страшнее. А сам Даглас превращался в животное, которое забывало о том, что вообще такое «соображать». Оно признавало лишь инстинкты, а они твердили лишь то, что нужно срочно взять эту девушку – невесту его врага.

А эта полторашка еще и огрызалась. Проклятье, Дагласа заводило даже это. Окончательно разрывало самоконтроль.

Момент срыва, во время которого он подхватил ее на руки, Даглас почувствовал то, что никогда не ощущал – просто касаться ее было лучше любого секса. Каково же трахать ее? Все это длилось лишь несколько секунд, а эта полторашка уже полностью завладела им. Он ей проиграл, но страшно это должно быть именно для нее. Мелочи стоило бояться того, что он собирался с ней сделать.

У него в голове не было мыслей. Лишь жажда и инстинкты.

Мысли появились позже – в тот момент, когда Мелочь исчезла. Будто бы прошла сквозь стену.

Изначально Тейлор не понял, что произошло. Полторашка просто взяла и испарилась.

Он даже прошел по лифту, но убедился лишь в том, что ее тут больше не было, а выйти Доми не могла.

Какого черта?

Закрыв глаза, Тейлор прислонился спиной к стене и скрестил руки на груди. Он не помнил, когда в последний раз спал и, судя по всему, его разум начинал мстить за подобное. Но это впервые в жизни Даглас был рад тому, что его сознание сломалось, ведь позже, спустя несколько часов, когда он хоть немного остыл, чувство ненависти к себе нахлынуло с новой волной.

Он вспомнил Эрин и то, что она в больнице. Хорошо, что ему лишь примерещилась Доми, но как Даглас вообще мог забыть о своей женщине? Пренебречь ею и ее состоянием? Когда она при смерти ловить фантазии о другой?

Он действительно животное.

Все следующие часы Даглас много думал. Находясь в этой чертовой коробке, как в своем заточении, он вспоминал Эрин. Ту, по которой начал сходить с ума. Та, которая уже теперь для него являлась всем.

Тут в лифте эта «воображаемая» полторашка немного напомнила ему Роро. Тем, как разговаривала и огрызалась. Возможно, его сломанный мозг знатно чудил, рисуя проекции Эрин на этой Мелочи. На самом деле она явно недалекая. Ей до Роро, как до луны.

Идиотская ситуация. Даглас ненавидел себя, но так же и Доми. За то, что не вовремя появилась в его жизни и сыграла на его поломанном сознании. Она ему толком ничего не сделала, но Даглас уже не мог терпеть само ее существование. Из-за этого решил, что будет держать эту Мелочь подальше от себя. В какой-то степени она стала для него даже куда более критичной, чем Леман.

На этом касательно Доми была поставлена точка и остаток того времени, которое Тейлор провел в лифте, думал об Эрин. О своей женщине. Поскольку связи не было и его телефон вовсе сел, он не знал, звонили ему из больницы или нет. А каждый звонок оттуда сейчас был важнее жизни.