Глава 48

– Идеальна! – улыбнулась отражению дочери в зеркале Анна Сергеевна Покровская. – Ты просто идеальна, Вера!

– Господи, мама! – возмутилась Ника. – Хотя бы сегодня ты можешь называть меня моим настоящим именем?

– Прости, прости, Никуся, по старой привычке.

Ника бросила на себя еще один взгляд, проверяя, все ли в порядке с ее свадебным нарядом. Мама права! Она идеальна! Корсет белого платья был усеян крошечными бриллиантами и плотно облегал красивую грудь. Пышная юбка каскадом ниспадала к ногам Ники, сзади переходя в длинный шлейф. Платье было не просто красивым, оно было по-королевски роскошным. В нем Ника планировала красоваться только на торжественной церемонии, а на банкет переоденется в более легкое, цвета слоновой кости. Оба наряда стоили баснословно дорого, но отец Ники не поскупился.

Белый чрезвычайно шел невесте, оттеняя ее идеально-загорелую кожу. Без единого изъяна. Нике повезло: у нее действительно была необычайно гладкая кожа, а искусно наложенный макияж делал девушку похожей на фарфоровую статуэтку. Глаза девушки сияли радостью: она добилась своего. Через каких-то полчаса она пройдет по проходу, разделявшему выставленные в ровные ряды стулья для гостей, к алтарю, где ее будет ждать самый прекрасный мужчина на земле. Ее мужчина. Саид. Такой красивый. Такой хищный. Такой страстный. Ника знала, что стоит ему увидеть ее сегодня в этом наряде, и он забудет обо всех недомолвках, что в последнее время происходили между ними при каждой встрече. Он просто не сможет устоять. Сегодня Вероника была так прекрасна, что влюбилась сама в себя. Хотя, в общем-то, она всегда себя любила.

Идеальным было не только платье невесты, но и все вокруг. Ника долго выбирала место для торжества и остановилась на старинном загородном дворце, который некогда принадлежал одному из великих князей Романовых, был разрушен в годы революции и воссоздан заново всего несколько лет назад. Теперь это место пользовалось популярностью для проведения свадеб, корпоративов и других банкетов.

Единственное, что испортило Нике настроение, – погода. Было солнечно, но дул такой пронизывающий ветер, что пробирал до костей, а потому в самый последний момент решили перенести церемонию бракосочетания, которая изначально планировалась в парке при дворце, внутрь помещения, в большой бальный зал. Ника лишь надеялась, что ее матери и свадебному организатору хватило сноровки все расставить так, как хотела она. Сама Ника проконтролировать это уже не могла – нельзя было, чтобы жених, да и гости тоже увидели ее раньше времени. Она войдет медленной королевской поступью в огромные позолоченные двери, и головы всех присутствующих повернутся в ее сторону. Ника предвкушала увидеть сотни восхищенных глаз, уставившихся на нее. Наверное, зря она разнервничалась из-за погоды! Внутри дворца Ника будет выглядеть еще более величественно.

Неожиданно дверь комнаты, где она провела все утро, отдавшись в руки визажистов и стилистов, распахнулась. На пороге стоял Саид. Их глаза встретились в зеркале, и Ника поняла, что грядет очередная буря. Сколько их уже было в их странных отношениях!

– Саид, дорогой, тебе не стоило сюда приходить. Ты должен ждать Нику внизу у алтаря… – натянуто улыбаясь, начала отчитывать без пяти минут зятя Анна Сергеевна.

«Какого алтаря, мама!» – пронеслась в голове Нике раздражающая мысль.

– Оставьте-ка меня с моей невестой наедине, – рявкнул Саид так, что мгновенно стихла и Покровская-старшая, и фотограф, и визажисты.

– Ты чего? – возмутилась Ника.

– Я прошу оставить нас с Никой на несколько минут наедине, – обвел он взглядом всех присутствующих, и они тут же гуськом, друг за другом, потянулись к выходу.

– Недолго, церемония вот-вот начнется, и ты должен быть внизу, – попросила Анна Сергеевна ледяным тоном.

– Не волнуйтесь, – усмехнулся Саид. – Мне нужно всего пару минут.

Все вышли. В комнате повисла напряженная тишина. Ника так и стояла перед огромным зеркалом на небольшом возвышении. Саид прислонился к стене, скрестив руки на груди. Он сверлил Нику взглядом – она отвечала тем же.

– Тебе действительно нравится все это? – наконец спросил Саид. – Ты наслаждаешься, да?

– Я не понимаю, к чему эти вопросы, – Ника попыталась придать голосу уверенности, но он предательски дрогнул.

– Посмотри на себя. Разукрашенная кукла, в кукольном платье, в кукольном домике. Барби, твою мать, а я, значит, Кен? – с каждым словом злость Саида все сильнее прорывалась наружу.

– Что за истерика?

Ника отвернулась наконец-то от зеркала и посмотрела прямо в глаза Саиду.

– Я просто не пойму, как тебе может вот это все нравится? Как ты можешь кайфовать от этого? – он обвел рукой Нику. – Тебе на все наплевать, лишь бы получить желаемое?

Ника, опешив, стояла, хмуря красивые брови.

– Ты привыкла получать все, что хочешь. Решила получить меня – и вот он я, – Саид ткнул себя в грудь. – Неужели тебя это устраивает, Ника?

– А что меня не должно устраивать? – не сдержалась Ника, повысив голос.

– Да все! То, что я не люблю тебя. То, что ты сама не любишь меня! Что за семья у нас будет? Я гуляю налево – ты направо? Тебе этого хочется?

– Но я тебя люблю! – возразила Ника.

– Черта с два! – рявкнул Саид. – Ты любишь сказочку, которую решила себе придумать: идеальной девочке нужен идеальный мачо! Ты поняла, что я не тот, кто упадет к твоим ногам, и тебя заело. Разве я неправ?

Ника прикусила губу, чувствуя, как от досады в глазах скапливается влага. Не плакать! Только не плакать! Иначе будет безбожно испорчен макияж, на который она потратила почти три часа! На кого она будет похожа, когда зареванная спуститься к гостям.

– Я люблю тебя, Саид, – тихо, дрожащим голосом проговорила Ника.

Он рассмеялся, истерично, безысходно.

– Любишь? Именно поэтому сделала из меня дурака? Оболгала Веру?

– Веру?! – выкрикнула Ника. – Да при чем тут эта дура?

– Ведь ту историю с шантажом ты выдумала, разве нет?

– Нет, ты же сам видел деньги на ее карте, – подбирала последние таящие аргументы Ника.

– Она тебе их вернула, – прожигая ее взглядом, возразил Саид.

– А вот и нет! – не моргнув глазом, соврала Ника. – Это она тебе сказала? И ты поверил? Какой же ты наивный, Саид! Да эта профура на все пойдет, лишь бы заполучить тебя и твои деньги.

– Не смей! – выкрикнул Саид и в два шага подлетел к Нике, ткнул ей указательным пальцем в нос так, что она невольно отступила, испугавшись. – Не смей ее оскорблять! – прошипел Саид. – Она в миллион раз лучше и чище тебя. Меня! Нас вместе взятых!

– Тоже мне чистюля, да ты ничего о ней не знаешь! Она на все способна!

– Лучше заткнись, Ника! – пригрозил Саид глухим голосом. – Лучше заткнись.

Она замолчала, прокручивая в голове десятки идей, как исправить ситуацию, как все поставить на свои места.

– Знаешь, что я понял, Ника? Сколько бы дерьма ты ни сделала Вере, она ни разу не попыталась оговорить тебя, выставить тебя виноватой. Ни разу не попыталась оправдаться передо мной. И знаешь почему? Потому что, черт тебя дери, ей не за что оправдываться.

– Она водила тебя за нос! Притворялась мной! – пискнула Ника, но тут же прикрыла рот, испугавшись, что Саид не сдержится и ударит ее – столько в его взгляде было ненависти.

– А ты не обманывала? Не притворялась?

– Не так, как она. Я люблю тебя, Саид, и все, что я делала, я делала из любви к тебе!

Саид долго молча смотрел на нее, а потом с издевкой в голосе проговорил:

– А когда ты трахалась по всем гостиницам Москвы с Игорем Майковым, это ты тоже делала из любви ко мне?

– Я не…

– Лучше не открывай свой рот!

Саид потянул за галстук-бабочку, будто он душил его и, резко развернувшись, пошел к двери.

– Ты куда? – всхлипнула Ника.

– Вымаливать прощение, которого я не заслужил, – бросил он, не оборачиваясь.

– А как же свадьба? Гости? – крикнула Ника ему вслед, но Саид уже не слышал ее, несясь по ступенькам вниз.