Глава 19

Олеся по дороге в гости к Марусе и к Вячеславу, с которым она была знакома лишь заочно, заехала в кондитерскую и купила тортик. Думала о булочках, но, увидев этот торт с безе, выбрала его. Маруся любит такие тортики, чтобы было безе между коржами и шоколадный крем.

Когда-то бабушка пекла волшебные булочки с маком и с корицей, а еще с изюмом и орехами, и пирожки с повидлом, яблоками и корицей. Ох, а ватрушки какие вкуснющие были.

Эх! Давненько сама Олеся не пекла булочек по бабушкиному рецепту. Не для кого ей их печь. Рецепт предполагает большое количество булочек на выходе. А для кого? Для Лары? Засмеет, как всегда, в своей покровительственно-снисходительной манере. Да и с чего бы Олесе печь для нее булочки?

Для Сержа? Перетопчется! Пусть ему Лара их печет. Хотя, о чем это она? Где Лара, и где булочки? Лара же не умеет. У них дома повар готовит.

Для себя? Так от булочек только 10 секунд во рту сладко, потом 10 часов в желудке тяжело, и всю жизнь на попе целлюлит. Пирожки и булочки в таком количестве пекут только своим любимым и близким.

Бабушка, правда, еще пекла их своим ученикам на Дни рождения. Особенно тем, кто рос в детском доме. Таких учеников бабушка любила почти как родных. Олеся, будучи ребенком, даже обижалась на бабушку за это. Боже, какая же глупая она тогда была!

– Понимаешь, Олесь, они ведь не виноваты, что живут в детском доме. И они не хуже, а иногда даже лучше тех, кто живет с родителями. Просто их никто так не любит, как люблю тебя я.

Так бабушка объясняла, когда оставляла ей, своей родной внучке, всего три булочки, по одной с каждой начинкой, унося полное блюдо булочек в школу. Марусе тоже перепадало бабушкиных булочек, если подруга была рядом.

– Им же никто не испечет таких булочек, понимаешь? Зато ты можешь испечь их потом сама просто так, а не только на день рождения.

Бабушка, конечно, почти всегда была права, но только не в случае с булочками. Просто так Олеся их никогда не пекла. Ни разу.

А вот для Маруськи бы она их точно испекла просто так, впрочем, Маруська и сама умела такие печь. Бабушка их обеих научила.

– Как же давно это было. Как в прошлой жизни. Олеся, Олеся, куда ж ты катишься? Не сейчас, а вообще? – усмехнулась она.

Проезжая мимо дома Гарика, Олеся вжала голову в плечи. А вдруг он сейчас увидит ее? Нет, она, конечно, вчера была не права. Закатила мужчине истерику, дура! Он – все для ее удовольствия, а она в ответ – истерику. Надо бы извиниться перед ним. Надо только с духом собраться и поехать.

Булочек, может, ему напечь? Промелькнувшая мысль удивила Олесю.

– Гарик, миленький, прости меня, дуру грешную, и прими в дар эти булочки! Так что ли? Да и ест ли он булочки? Видела она его тренированное тело. Какие там булочки? Наверняка персональный повар готовит для него строго сбалансированную еду – белки, жиры, углеводы. Все строго просчитано и выверено.

– А вспомнит ли он тебя, Олеся, уже через несколько дней? Он ведь и в пятницу ждал кого-то, а случилась ты на обочине. У таких мужчин, как Гарик, женщин, как блох на Барбоске. Это же очевидно. Богат, красив, а еще умелый любовник, – Олеся усмехнулась, поняв, что говорит вслух.

Озвучив последний комплимент Гарику, Олеся почувствовала, как внизу живота стало горячо. Ведь она не соврала вчера Марусе, когда сказала, что у нее не было таких мужчин: внимательных, чутких, ласковых. А еще таких, ненасытных в постели, любовников и нежадных на подарки мужчин. Мечта, а не мужчина! А она ему истерику. Ой, дура!

– Еще какая дура! Мы ведь с ним не предохранялись! – эта мысль обожгла кипятком.

Черт! Черт! Черт! Ну, что ж она за дура-то? Не хватало еще ей забеременеть после этой ночи страсти!

Олеся подъехала к дому Вячеслава и остановилась у его ворот в нерешительности. И как быть? На заборе даже домофона нет, только видеокамера. К нему, что же, никто в гости не приезжает? Очень странный, похоже, мужчина.

Олеся потянулась за телефоном, чтобы набрать Марусю, но тут ворота открылись, и Олеся смогла въехать во двор. Под навесом стоял тот самый, чтоб ему пусто было, красный джип. Как такое может быть? Кто вообще покупает джипы красного цвета? А вот поди ж ты! И покупают, и в одной деревне живут.

– Олеська! – Маруся уже стояла на крыльце и радостно улыбалась, ее левая рука лежала на перевязи.

Только увидев подругу, Олеся поняла, как по ней соскучилась. Как же ей не хватало этой теплой и открытой улыбки. Не оценивающего взгляда от макушки и до сапог, а простой дружелюбной улыбки. От Лары такой улыбки не дождешься. Никогда. Ни разу. В лучшем случае – мгновенный сканирующий взгляд с ног до головы и поджатые губы, а в худшем – замечание:

– Сними этот кошмар немедленно и не позорь меня!

Маруся стояла на крыльце в домашней одежде и ждала ее.

– Маруська, с ума сошла? Ты зачем раздетая вышла? На улице же такой дубак! Не хватало еще тебе простыть! Давай в дом, там будем обниматься!

– Олеська, как же я по тебе соскучилась! – выдохнула подруга в холле, где они, наконец-то, обнялись.

– Да, Марусь, я тоже, – призналась Олеся и чмокнула Марусю в щеку, – а у меня тут твой любимый тортик с безе.

– С ума сошла! Ничего себе тортик! – ахнула подруга, – Это ж дорогущий торт!

– Ой, да брось! Могу я подругу порадовать?

За спиной девушек кашлянули, привлекая их внимание.

– Олеся, знакомься – это Вячеслав, – представила Маруся, опомнившись.

– Добрый день, Вячеслав! – Олеся посмотрела, наконец, на того, кого видела только на фото в телефоне Сержа.

– Олеся, здравствуйте! – мужчина стоял тут же в холле и смотрел спокойно и чуточку заинтересованно. Красивый, высокий, интеллигентный. Пожалуй, даже его костыль не портил впечатления. Разве что просто вызывал удивление. Не знай Олеся, что они с Сержем друзья, ни за что бы не подумала, что такие два разных мужчины могут дружить.

– Олесь, раздевайся и проходи. Ты голодная? Чай? Кофе? – Маруся спрашивала так, будто это она здесь хозяйка, на что сам Вячеслав лишь улыбался.

– Нет, спасибо. Если можно, я бы хотела сначала поговорить, – Олеся разделась и посмотрела на Вячеслава открыто, глаза в глаза.

Мужчина, казалось, даже не удивился такому поведению девушки, а вот Марусе показалось, что она здесь как-то неожиданно стала третьей лишней.

– Хорошо, пройдемте в мой кабинет.

– Марусь, извини, но я бы хотела один на один с Вячеславом поговорить. Я тебе потом все расскажу, хорошо? – шепнула Олеся подруге.

– А мне кажется, что Маруся должна это услышать в оригинальном, так сказать, варианте, – услышала Олеся голос мужчины, – так что давайте уж здесь в гостиной поговорим. Не возражаете? – Вячеслав сделал приглашающий жест и, развернувшись, шагнул в гостиную первым.

– Нет, как скажете, – вздохнула Олеся и, бросив почему-то виноватый взгляд на Марусю, подхватила свою сумочку и послушно шагнула в гостиную.

На диван Вячеслав опускался медленно и аккуратно, это не ускользнуло от внимания Олеси. Она бросила быстрый взгляд на свою подругу и увидела, что Маруся с наигранным вниманием разглядывает вазу на столике перед диваном. Ваза, конечно, была сказочно хороша, но главное было в другом: Маруся не смотрит в этот момент на Вячеслава, хотя вся ее поза говорит, что она готова сорваться ему на помощь в любой момент.

Мужчина опустился на диван и лишь затем тихо выдохнул. Надо же, а так и не скажешь, что нога причиняет ему дискомфорт и даже, наверное, боль. О каких женщинах и легких потрахушках может идти речь, когда он испытывает такие боли? Серж – идиот! Олеся еще раз виновато глянула на Марусю, не зная, как начать. Вячеслав, увидев ее нерешительность, произнес:

– Девушки, присаживайтесь. Не стойте. Вы же не на летучке у меня в кабинете!

Олеся опустилась в ближайшее к ней кресло, а Маруся прошла к другому краю углового дивана и устроилась там. Вячеслав кивнул и, вытянув больную ногу, откинулся на спинку дивана, костыль пристроил рядом.

– Не возражаете, если я сам попробую озвучить то, что Вы, Олеся, все никак не решаетесь нам рассказать?

Олеся кивнула и закусила губу. Как ко всему этому отнесется Маруся? Почему-то именно ее мнение волновало сейчас Олесю больше всего: "Что Маруська обо всем этом подумает? Боже, в кого я превратилась? Еще не проститутка, но уже на полпути. Алкоголь – это яд! Однозначно. Как я дала Сержу себя уговорить?"

– Вы, Олеся, должны были в пятницу поздно вечером, примерно часов в 11, сидеть в заглохшей машине и ждать моего появления. При виде моей машины выскочить и махать руками, привлекая мое внимание. Потом, уже на моей машине, приехать ко мне домой и отблагодарить. По-взрослому и, в идеале, не один раз. Я пока все верно излагаю? – Олеся кивнула. – А уговорил Вас все это сделать, за вознаграждение, само собой, мой друг Сергей, так?

– Да, – Олеся кивнула, боясь поднять глаза на Марусю.

– Осталось только выяснить, зачем ему это понадобилось. Хотя, я предполагаю зачем Сереге это все понадобилось, но это уже претензия не к Вам, – Вячеслав усмехнулся и продолжил:

– О том, что я задержусь в бассейне на полчаса, ни Вы, ни Сергей, конечно, не могли знать, – Олеся вздохнула полной грудью и уже как-то обреченно кивнула.

– За город, да в сильный мороз, в пятницу вечером, считай, уже почти ночью, люди, обычно, не выезжают. Те, кто живет за городом – уже дома, те, кому приспичило устроить пикник на природе, тоже уже уехали, а все остальные сидят перед телевизорами или уже видят цветные сны. На дороге долго не было ни одной машины?

– 15 минут. И поверьте, мне этого хватило! – Олеся передернула плечами, вспомнив свои ощущения в тот момент.

Вячеслав кивнул и спросил, хотя больше это было похоже на констатацию факта:

– И Вы, испугавшись, сели в первую остановившуюся машину?

– Да.

– Вот так просто? Машина остановилась, и Вы сразу в нее сели?

– Я испугалась! – Олеся, наконец, на него посмотрела. – Топлива нет, на улице мороз. Сколько бы я, по-вашему, на таком морозе да в заглохшей машине просидела?

Вячеслав лишь усмехнулся, а Олеся продолжила:

– Да, вот так просто. Машина остановилась, а я в нее села, – Олеся произнесла все это уже как-то обреченно, – но когда я в нее садилась, то была уверена, что это Вы остановились! Джип тоже был красного цвета.

– А это оказался мой сосед Игорь Бондаренко, верно?

– Да. Я уже потом, сидя в машине, поняла, что это не Вы. Но вылезать уже не было смысла. Да и бензина в машине не было. Серж слил весь мой бензин.

– Идиот! – Вячеслав покачал головой.

– Изначально был план сказать, что забился топливный фильтр, но Серж сказал, что Вы обязательно заглянете под капот машины, чтобы проверить. А какой, нафиг, забившийся фильтр, если я только в прошлом месяце была на техобслуживании? Поэтому Серж и слил топливо, только мне ничего не сказал об этом, – Олеся произнесла это уже совсем обреченно.

– Ну как есть – идиот! – Вячеслав вздохнул.

– Игорь Бондаренко твой сосед? – услышали Олеся и Вячеслав удивленный возглас Маруси. – Олесь, неужели это тот самый Игорь Бондаренко? Или его полный тезка?

– Марусь, ты знаешь его, что ли? – удивилась уже Олеся.

– Ну, как знаю. От Ивана только слышала, да встречались мы с ним пару раз. Вместе с тобой и встречались!

– Вместе со мной? И где же? – Олеся подозрительно смотрела на подругу, которая сидела сейчас со странным выражением на лице. – Марусь, ну, не томи уже, а?

– Да этот Игорь Бондаренко одноклассник Ивана. Он – боксер. Был. Пока в тюрьму не сел. Так Иван сказал, – добавила, уже почему-то извиняющимся тоном, Маруся, – Олесь, помнишь, в нашем городе был такой самый главный бандит по кличке Кирпич?

– Кирпич? Гарик – это Кирпич? – глаза Олеси округлились, она явно собиралась сказать что-то еще, но закрыла свой рот ладошкой.

– Какой тут у нас с вами, девушки, интересный разговор получается, однако! Просто вечер открытий! – Вячеслав усмехнулся. – Выяснилось, что мой друг Серый, он же Серж – идиот. Не сказать бы матом, а потому ограничимся на этом! Мой сосед, оказывается, легендарный бандит по кличке Кирпич. Осталось только выяснить, где же вы с ним встречались и зачем? – говоря это, Вячеслав смотрел сейчас почему-то только на Марусю, а она, кинув виноватый взгляд на Олесю, молчала.

– А можно узнать причину вашей с ним встречи? Насколько мне известно, Кирпич просто так ни с кем не встречается.

Ответить девушка не успела, на экране огромного телевизора показалось изображение с видеокамеры, показывающей мужчину, стоявшего у забора и смотрящего сейчас в эту самую камеру. От неожиданности Олеся прошептала:

– Очуметь!

В гостиной раздался голос этого самого мужчины:

– Сосед, девочки не при делах. Открывай. Я сам тебе все расскажу!

– Дом, открыть маленькие ворота! – услышала Олеся бесстрастный голос Вячеслава. Медленно перевела удивленный взгляд на телевизор и увидела, как калитка открылась, впуская во двор Гарика.

– Я думала, что такое только в кино бывает! – прошептала Олеся потрясенно.