Глава 26

Вячеслав.

Наша тайна продержалась неделю. Спасибо Гарику и Олесе, что согласились подыграть мне.

Маруся делала вид, что мы общаемся с ней только на работе и исключительно по рабочим вопросам. Спасало нас то, что она, как человек серьезный и ответственный, целиком ушла в изучение вопроса.

Утром мы приезжали рано, только Тамара приходила на работу раньше нас с Марусей. Тамара обучала Марусю, объясняя все нюансы и тонкости нашей работы. Они даже на обед ходили вместе. Я заметил, что Тамара взяла Марусю под свое крыло и пресекала все разговоры в коллективе о возможном развитии наших с Марусей отношений. Никогда бы не подумал, что меня так усиленно хотят женить. Да, коллектив у нас женский, ну, кроме нас с Серегой. Да, девушки все замужние, но это не означает, что обсудить начальство, в данном случае меня, они откажутся. И обсуждали, и сватали с превеликим удовольствием. Спасибо, хоть за моей спиной!

Я не знаю, как всю эту неделю Гарик все это терпел. Лично я бы точно не смог так долго.

– Слав, я согласен терпеть всю эту вашу "горячую" переписку с Олеськой, – он изобразил в воздухе кавычки, – но только лишь потому, что знаю: каково это узнавать, что твой друг тебя предал.

Наш разговор с Гариком состоялся у него в кабинете в тот незабываемый вечер, когда мы с Марусей были в его доме. Пока девушки накрывали на стол, личный повар Гарика жарил шашлыки, которые так понравились Марусе, мы с Гариком ушли в его кабинет, и он поставил мне запись разговора Сереги и какого-то парня. Собственно, сам Гарик уже пересказал мне весь разговор моего друга, но я хотел все услышать своими ушами. Хотел и услышал.

Серега, друг ты мой закадычный, что же с тобой случилось, что ты готов слить все то, к чему мы с тобой так долго шли?

– Если хочешь, могу покопать в направлении твоего друга и узнать истинную причину, – предложил Гарик, когда я закончил слушать ту запись. – Ты ведь, наверное, и сам понимаешь, что это пари, и именно на вашего самого крупного заказчика, возникло не просто так. Друга твоего откровенно подставляют. Парень, с которым твой дружок забился на "слабо", – Гарик кивнул на компьютер, имея в виду запись, – в прошлом профессиональный гонщик. Год как ушел из спорта. Но ты же понимаешь, что бывших гонщиков не бывает.

– Копай, – дал я "добро" Гарику.

Да, я сделал это. Сделал, потому что не мог не сделать. Должен кто-то из нас двоих с Серегой иметь ясную голову и трезвый взгляд на жизнь, на будущее нашей с ним фирмы. Мне уезжать на операцию на три месяца, а это значит, что всей фирмой будет управлять только Серега. И к чему я вернусь через три месяца? К банкротству фирмы? К руинам, образно говоря.

Олеся делала вид, будто у нас с ней развивается бурный роман, отвечала на мои сообщения в игривой манере. Я исправно писал ей все то, что пишут влюбленные мужики своим девушкам, причем и писал, и молчаливо-таинственно улыбался на глазах Сереги. Я даже сделал входящие сообщения видимыми и пару раз оставлял телефон на столе в поле видимости Сереги, а сам специально выходил. Друг на все это лишь ехидно улыбался, делая вид, что он совсем ни при чем. Правда, шуточки в мой адрес в своей манере все-таки отпускал. Я отшучивался, а он не наседал. Будь он не причастен, фиг бы он отстал от меня так легко. А тут он давал мне возможность "увязнуть" в этих отношениях. Зачем? Этот вопрос все больше меня мучил.

Всю неделю Серега ходил уверенный, что это он меня обманул, подложив под меня свою бывшую любовницу. То, что Олеся порвала с ним, я знал. Пожалуй, только это и позволяло Гарику терпеть всю неделю весь этот спектакль с нашей горячей перепиской.

А я ждал, всю эту гребаную неделю ждал, что Серега сам мне все расскажет. Зайдет, как это было раньше, в мой кабинет вальяжно, в своей манере, усядется на стул и скажет:

– Ну, как тебе девочка? Нравится? А я говорил, что тебе умелая девочка нужна, чтоб умела и ноги красиво раздвигать, и ртом правильно работать.

Не зашел. С этим вопросом не зашел.

По рабочим вопросам заходил, но только по ним. Пару раз спросил о Марусе. Даже удивился, что она легко влилась в нашу работу и в наш коллектив. Вроде и не ругались мы с ним, а какое-то напряжение между нами было.

Серега продержался неделю. Ровно до того момента, как я попросил его съездить со мной к Илье, чтобы забрать машину Маруси. Что-то там с ремонтом машины Маруси у Ильи пошло не так, и нужную деталь он получил только в пятницу, позже на два дня.

Утро пятницы началось как обычно. Как начиналось каждое утро на этой неделе. Каждое наше совместное с Марусей утро.

Одновременное пробуждение под будильник на моих часах. Я выключаю его, и Маруся бежит в душ. Я не понимаю этого. Как можно так легко и быстро вставать по утрам? Потом она идет на кухню включать этого деспота под названием кофемашина. Делает она это уже под музыку на своем телефоне. Маруся ставит ее совсем не громко, чтобы не раздражать меня, но я все равно ее слышу. Но удивительное дело, я не раздражаюсь от этих звуков. Я слышу, как Маруся подпевает песням, как шумит кофемашина, а Маруся с ней разговаривает. Глупо и смешно, скажете вы? С домашней техникой говорят только одинокие люди? Нет! С домашней техникой говорят те, кто легко и с хорошим настроением встает по утрам! Теперь я это точно знаю.

Как, оказывается, быстро человек привыкает к чему-то хорошему.

Нет, конечно, я знал это и раньше. К примеру, когда я переехал жить в этот дом, уже через два дня я чувствовал себя так, будто жил в нем всю свою жизнь. Но это можно понять: я сам выбрал этот проект, сам обсуждал его сначала с архитектором, потом со строителями, и очень основательно с дизайнером интерьеров. Так что этот дом еще на этапе строительства стал мне родным.

А вот жить под одной крышей с женщиной – такого опыта у меня еще не было. Не набрался.

Маруся, несмотря на свое больное плечо, очень органично вписалась в мою жизнь. Наверное, грех так говорить, но я был рад тому, что она нуждалась во мне даже больше, чем я в ней. Нет, она не просила меня помочь ей сделать что-то, где требовались обе руки, но я уже знал, где ей нужна моя помощь, и сам без лишних просьб с ее стороны делал это.

Я сам не люблю, когда приходится каждый раз, изо дня в день, просить об одном и том же. В случае с Марусей, к примеру, помочь одеться, раздеться, опять одеться, вымыть голову. Те простые вещи, о которых никто из нас не задумывается, если имеет в своем распоряжении две здоровых руки. Маруся их сейчас не имела, поэтому нуждалась в моей помощи и получала ее. И мне, черт возьми, это нравилось!

Никогда не думал о том, что можно быть зависимым от кого-то, кто сам нуждался в тебе. А я, оказывается, был. Стал им.

Маруся все делала и вела себя идеально. Для меня. Я оценил ее деликатность: она не пыталась изображать из себя сестру-сиделку. Это обидно, знаете ли, когда тебе, взрослому мужику, девушка дверь придерживает или помогает вылезать из машины. Во-первых, я не безногий инвалид, а во-вторых, у моей машины очень удобные и широкие пороги имеются. Как раз, чтобы встать на этот порог всей ногой, когда выходишь из машины.

А еще я был уверен, что после рассказа о своей семье девушка захочет все узнать и обо мне. Мы много говорили о ее большой семье. И все больше потому, что я сам ее расспрашивал о родителях и братьях. Маруся и здесь меня удивила. Закончив рассказывать, она не спрашивала напрямую, не замолкала выразительно, глядя на меня с намеком, мол, пришла теперь твоя очередь рассказать. Нет, она просто вспоминала что-нибудь из своего детства и рассказывала это. И всегда с улыбкой.

Я, глядя на нее, и сам начинал улыбаться. Да я за всю свою жизнь столько не улыбался, сколько за эти дни с Марусей. Мне было хорошо и уютно рядом с этой девушкой. Мне впервые за всю мою жизнь не хотелось остаться одному.

Мы приезжали на работу раньше всех, Тамара не в счет, но все равно заходили в разные лифты и ехали на свой этаж отдельно. Так было проще настроиться на рабочий лад. Потому что, оказываясь в одном лифте, нам обоим очень хотелось прижаться друг к другу. А там, где прижаться, уже и до поцелуев недалеко. А какие, скажите на милость, поцелуи, когда официально мы не встречаемся? Никаких! Даже на обед вместе не ходим.

Вот и сегодня, как и все предыдущие дни, Маруся вышла из моей машины первой и зашла в здание. Я, как обычно, выходил долго и медленно, не оглядываясь по сторонам, а потому не видел, что за мной наблюдают из другой машины.

Я вышел, поставил свою машину на сигнализацию и только потом увидел его.

– Очень интересно, – протянул друг и вышел из своей машины, – не хочешь ничего мне рассказать?

– Нет, папочка, не хочу! – отрезал я и тут же задал встречный вопрос:

– Серег, а ты? Ты не хочешь ничего мне рассказать?

За эту неделю я уже три раза слышал от него о том, что еще один из наших крупных и постоянных клиентов пытается сбить цену и даже, якобы, грозится уйти от нас к нашим конкурентам. Да и вообще, мол, все клиенты не довольны нашими ценами. И что интересно: теми клиентами были только его клиенты. Я даже опросил наших сотрудниц, и все, как одна, сказали мне, что явных жалоб не было. Кратковременным повышением цены в период праздников были недовольны все и всегда, но все понимали, что это все временно. Впрочем, у каждой отвалилось по одному клиенту, но они были из новых, успевших воспользоваться нашими услугами лишь пару раз. Такие клиенты не в счет: одноразовые заказы были и будут всегда. А вот наши постоянные клиенты лишь вздыхали, но и только. Уходить никто не планировал. Товары надо было везти, поэтому перевозки заказывали. К тому же, все знали, что цены подняли не только мы.

Я ковылял к лифтам, Серега шел рядом. Ответить он ничего не успел, так как у меня зазвонил телефон.

– Да, Илья, слушаю тебя!

– Слав, доброе утро! Хочу обрадовать тебя: сегодня после обеда можете приезжать с Марусей за ее машинкой. Счет за услугу тебе, как обычно, скинуть на мыло или налом оплатишь?

– Скидывай на почту, я сразу оплачу.

– Хорошо. Увидимся, – Илья положил трубку.

– Ну, ты смотри! С Марусей, значит. Все интересней и интересней! – Серега нажал на кнопку вызова лифта.

– Серег, мне помощь твоя сегодня нужна. Нужно забрать машину Маруси от Ильи и пригнать ее к моему дому. Съездим?

– Съездим, – друг кивнул и продолжал рассматривать меня.

– Серег, ты знаешь, что ты не в моем вкусе! – пошутил я, пытаясь разрядить обстановку. – Так что, прекращай любоваться мной, и пошли работать.

– У меня должен быть всего один заказ на сегодня, и то, если этот чудила не откажется, как грозился, а у тебя?

– Тоже.

– Значит, через пару-тройку часов встречаемся у тебя в кабинете. Слав, нам надо поговорить.

– Да, Серег, надо! – я кивнул и шагнул из лифта первым.