14

Вика

Я открыла глаза, моя голова лежала на его груди.

Не знаю, почему, но вот так вот прижавшись к Тимуру и слыша биение его сердца, я ощущаю тотальное спокойствие и чувствую себя в безопасности.

Кажется, что-то подобное я испытываю каждый раз в своем сне с тем, кто тоже меня называет ягодкой.

Прям пророческий сон.

Смеюсь про себя и провожу осторожно пальцами по его голому торсу, стараясь не разбудить.

— Кажется, дама нарывается на очередные приятности, — слышу где-то выше его голос.

Поднимаю голову, но глаза Тимура закрыты, только улыбка слегка растянулась на лице.

— А может, я так и планировала, — рдею.

Потому что вру, а сама пытаюсь кокетничать, чтобы скрыть свое смущение.

Поймали с поличным.

— Тогда иди сюда…

Он резко вскакивает и переворачивает меня на спину, нависая надо мной.

Еще совсем сонный, глаза приоткрыты лишь наполовину.

— Хотя нет… это только в фильмах выглядит романтично. А нам простым людям нужно встать, почистить зубы, как минимум. — Целует он меня в живот. — Пойдем умываться, соня.

— Я соня?

— Ты-ты, ты-ты… — напевая, уже отдаляется Тимур, сверкая своим голым задом.

Ух… как тут устоять?

Черт.

Не просто иду, мчу за ним, как лиса, плененная сыром.

Нахожу его с зубной щеткой во рту.

— Так, держи эту, — с набитым ртом говорит Тимур. — Она совершенно новая, специально для гостей.

— Мерси, mi amor, — чмокаю его в плечо.

— Даже так… — смотрит на меня с хитринкой в глазах через зеркало. — «Amor», говоришь… В таком случае придется тебе купить настоящую щетку, а не эту гостевую…

— А эта что, игрушечная? — смеюсь.

— А эта одноразовая… — прожигает меня глазами, все также через зеркало.

Мы стоим совершенно голые напротив зеркала и чистим зубы.

— Это прям настоящее испытание, знаешь? — глаза его бегают по моему телу, а соски предательски возбуждаются только от одного его взгляда.

Меня бросает в жар.

Кажется, еще чуть-чуть и он не только в моем теле прожжет дыру, но и зеркало расплавится от его чарующих черных и глубоких очей.

— И кстати, — полощет он рот, — может загород сгоняем на выходные? Я забронирую для нас домик, там и бассейн и сауна и много всякой приблуды. Прям вот сейчас и махнем.

— Если ты не помнишь я приехала к тебе совершенно голая. Думаешь, кому-то придется по нраву мои эксгибиционисткие наклонности?

— Главное, я оценил. И скажу, по высшему разряду, — встает он сзади и целует меня в шею, а я уже чувствую, как нечто твердое упирается мне в поясницу.

— Заметно… — лишь хихикаю, пытаясь отстраниться от него из-за щекотки.

— Это пульт.

— Ага, я так и подумала, — хлопаю его по руке и уже сама не прочь продолжить. Но вспоминаю, что после вчерашней ночи у меня жутко саднит между ног, видимо от непривычки и долгого воздержания. — Если честно, я бы взяла небольшой перерыв. Кажется, ты меня вчера слегка перетер своей теркой.

— Теркой? Серьезно? Хех! Да, Хьюстон, это провал. Так нас еще никто не унижал, — сморит он вниз с сочувствием, и, видимо, это сочувствие направлено в адрес его младшего товарища. — Хмх…Терка…

— Ну, я…

— «Дорогой дневник, не описать всю боль и унижение…» — заливается он смехом и тут же хватает меня и несет в душевую кабинку. — Ты еще главной моей терки не испытывала на себе.

Уже в душевой усаживает меня на выступ, который сделан для того, чтобы сидеть, предполагаю, и раздвигает мои ноги, пока сам садится на корточки.

— Ай! Тимур-р-р-р! — прям так и рычу.

— Тише, милая, — и тут же прижимается, проводит языком, будто слизывает мороженое, по моим половым губам.

— Ах… — только и успеваю я выдохнуть, вцепившись в него, чтобы не соскользнуть с гладкой плиточной скамейки.

Мамочка…

Как хорошо…

А я… пломбир…

Он буквально присасывается ко мне и творит нечто такое, что миллион волн электрического разряда молниеносно расползаются по всему моему телу, достигая самое ядро мозга.

Познать животную страсть любимого мужчины и умереть….

Я чувствую легкое головокружение от настигнувшего меня удовольствия.

Не успеваю дышать.

— Ах…

У меня уже трясутся коленки, а я все сильнее впиваюсь в его темную шевелюру.

Его язык вибрирует в активном акте, будто молоточком постукивая по клитору.

И я уже не слышу, не вижу ничего. Только чувствую.

Закрываю глаза, отдаваясь этим ощущениям, и падаю, падаю, падаю… а потом вновь взлетаю…