18

Вика

— Я тут кое-что вспомнила… Возможно, вы с мамой сможете прояснить, — обратилась я к родителям после ужина, когда мы расселись в гостиной. — По поводу сна… Помните, я рассказывала о нем?

Мама с папой взволнованно переглянулись между собой.

Конечно, они что-то знали.

— Сон? — мама пыталась изобразить театральное удивление, но ее лицо предательски выдавало другую эмоцию.

— Пожалуйста… — с мольбой я смотрела на них двоих.

— Ну, так объясни же нам. Что ты вспомнила, дочь? — неуверенно произнесла мама, продолжая пристально смотреть на отца, будто искала у него какой-то поддержки.

— Что случилось со мной в детстве? В памяти вспылили некоторые воспоминания, но я не могу их толком расшифровать… Так что случилось? Кто-то сможет мне рассказать? Вы же понимаете, о чем идет речь…

Снова эти взгляды.

— Я-я тогда работал прокурором. Вел одно дело… В Питере еще, — наконец папа принял удар на себя.

Ему было сложно говорить, это чувствовалось.

— Дело было непростое… Вначале пытались дать взятку, а уж после пошли неприкрытые угрозы… Оно и понятно, это были еще те, кто с 90-х остался с их беззаконием и самоуправством… Ну, и они довели дело от слов к действиям, — вздохнул тяжело отец. — Поступает звонок. Мама тогда ответила, дома была, ждала тебя с прогулки. Вы тогда с няней после секции гулять пошли. Ты наверно ее уже и не помнишь. Ну, и сообщают нам, что тебя похитили…

— А когда она уже сама пришла… Долго искала тебя, не могла найти… Вот приходит и говорит, что потеряла тебя. Упустила где-то на детской площадке… — добавляет мама, поглаживая руку папы, будто успокаивая.

— Сказали, что если обращусь к коллегам, и начнем тебя сами искать, то никогда больше мы тебя не увидим… Ночь ушла на раздумье. Мать в истерике. Просит, чтобы я поступил так, как они просят… — снова вздох.

На глазах мамы появились слезы.

— А утром появилась ты… Вот так вот просто. Звонок в дверь и ты стоишь. Думала, что у нас из-за недосыпа галлюцинации, — облегченно уже улыбается мама.

— Откуда?

— Мы так ничего и не поняли. Ты же маленькая совсем еще. Что ты расскажешь? Просто сказала, что тебя какой-то мальчик довез до дома. Хорошо, хоть адрес знала. Этому мы тебя обучили, если вдруг потеряешься. Но так до конца с твоих слов ничего и не поняли, не разобрали. Облегченно выдохнули и стали думать, как быть дальше.

— Потом я увез вас с мамой сюда. В срочном порядке, пока дело вел.

— Как я просила, умоляла, чтобы он бросил все это дело и с нами остался. Но ты же знаешь отца… Пока дело не закрыл… Ладно хоть согласился после переехать сюда. Я вся поседела за то время. Все боялась, что с ним тоже может что случиться… Господи, — прикрыла мама рот руками и вздохнула. — И вот мы здесь. Папа ушел с работы, открыл здесь бизнес. Так и живем. Может, и стоило бы после вернуться назад, все же родной город Володьки, но нет и здесь как-то прижились. Спокойно зажили… А что именно ты вспоминала?

— Да, какие-то непонятные вспышки, — боюсь рассказать правду, чтобы еще больше их не расстраивать. — И сон этот… Понимаю, что связан с тем самым днем. А что про мальчика?

— Мы ничего не знаем о нем.

— Артем. Так его звали — твердо сказал отец. — Это ты рассказала.

— Ты путаешь, Володь. Тимур его звали, Викуша так сказала. Я точно помню.

— А-а, точно… Тимур.

Конечно, Тимур. Теперь я понимаю, что я точно видела его.

Не может же быть столько совпадений?

— Значит, про мальчика вы ничего не узнали?

— Нет. Да и откуда? Я вывез вас с мамой и сам съехал на съемную квартиру.

— А кто тогда был адвокатом у тех самых, не помнишь, пап? Не Шаталин случайно? — я продолжала искать связь с Тимуром.

Откуда-то же он нарисовался в этой истории. Может отец был в сговоре с бандитами, и это была их стратегия?

Ну, не знаю, мало ли как все было. Все версии нужно рассмотреть.

— Эм-м-м… — задумался папа. — Нет. Ставропольский была его фамилия. Такой подленький тоже, не чист на руку.

— Точно? Не Шаталин?

Мало ли. А то Артем, Тимур. Может и тут же Шаталин, а не никакой Польский или как его там?

— Да, нет же… Я такого вообще не знаю… А что с ним? Ты что-то вспоминала, и он тоже как-то связан с этим делом?

— Да, нет. Не знаю. Не уверена. Просто пытаюсь состыковать некоторые факты, чтобы все для себя разъяснить.

Папа смотрел на меня с подозрением, понимал, что я что-то не договариваю.

— По первой тебя кошмары мучили, а потом ты все и забыла, — мама продолжила. — И не вспоминала, только про сон этот все рассказывала. Часто он тебе снился. А я тебе все говорила, что это просто сон… А видишь как получается… Питер освежил память, получается… И чего-то ты не договариваешь будто… — мама тоже подозревала. — Как ты там вообще? Все у тебя хорошо? Мы так по тебе скучаем… Домой не собираешься возвращаться?

— Нет. С чего вдруг? — улыбаюсь. — Мне там все нравится. Все устраивает. Я будто всю жизнь там и жила. Город такой родной. Может, и вам стоит вернуться обратно…

— Да, куда уж нам на старость лет…

Но про свадьбу я пока молчу, потому мне предстоит еще один разговор, чтобы окончательно расставить все точки над И.

Сейчас, когда картина стала более ясной, мне есть с чем идти к Тимуру за объяснениями.

В душе храню надежду, что он и вправду оказался там благодаря счастливому случаю и какому-то чуду.

И он спаситель, который никакого отношения не имеет к палачам.

Не очень-то мне хорошо от мысли, что мой будущий свекор может быть причастен ко всему этому.

***

Прилетев в Питер, я первым же делом назначила встречу Тимуру.

Предложила встретиться на нейтральной территории, но все же в более интимном месте, чтобы мы могли с ним спокойно обо всем поговорить.

— Привет, — целует меня с придыханием. — Уже успел соскучиться, — не отпускает, держит в своих объятиях. — Как дела дома? Ты мне вообще не отвечала все эти дни. Я уже стал беспокоиться. И думать, а не сбежала ли моя невеста… — улыбается. — Я уже родителям все рассказал, хотят с тобой познакомиться. Так что когда будешь готова, назначим дату, пока мама от любопытства, прости господи, не зачахла, — не дает вставить мне слово, кажется, от волнения.

— Я поговорить с тобой хочу…

— Ох, и не нравится мне начало этого предложения… Мне уже стоит начать беспокоиться? Будто чувствовал… — отходит от меня и садится за стол.

— Я бы хотела восполнить кое-какие события… И буду надеяться на твою помощь…

— Так… — смотрит пристально, озадаченно.

— Расскажи мне о той истории. Как ты оказался в том месте? Я про подвал или что там было… Ты же помнишь? Девочку маленькую, которую ты домой отвез…

— Ты вспомнила меня? — не дает договорить. Глаза его тут же победоносно заблестели, сбивая меня тем самым с толку. — Или ты всегда знала, что это был я?

— Я только недавно вспомнила… Но не все ну или почти не все. Я пытаюсь понять твою роль во всем произошедшем. И все задаюсь вопросом, почему ты мне сам не рассказал… Папа же твой никак не связан с этим? Или…

— Папа? А причем здесь он? Не понял… А сам я не решался, потому что предполагал, что ты забыла и думал, наверно и не стоит ворошить столь болезненное прошлое. Это же ужас, я же все своими глазами видел… С трудом сдерживался, чтобы чего не ляпнуть, когда вновь встретил тебя…

— И что же произошло?

— Так…