33. В путь

Айнэ вышла из дома верховной. – Где Марика? – спросил у нее Бер. – Я ее отправила в другой мир на исправление, поверьте, ей «причешут» там мозги землянки, в том месте, где она будет жить и работать – уж точно научат уму-разуму сибирячки. Ведьма посмотрела на оборотня и дракона, они выглядели плохо, словно из них выкачали силу и всю энергию и обратилась к ним: – Эх, медведя разбудит истинная твоя, как и тебя, дракон, от тоски избавит, дальше вы уже сами, без меня, а мне ковен надо пристроить, Агния, пригласи, пожалуйста, Варка с женой. – Сорна будет верховной? – Да, что скажешь, травница? – Это лучшая ведьма! Сорна была мудрой и знающей ведуньей, еще и Луной альфы, его истинной. – Может ты хотела на место верховной? – спросила Айнэ, устремив на нее лукавый взгляд. Агния отрицательно покачала головой, а Арг, взяв за руку свою суженую, произнес: – Я Агнию забираю к себе, какая верховная? – Дааа? Это мы еще посмотрим! – глянула исподлобья на своего жениха ведьмочка. Айнэ, Дагон и Каим рассмеялись. – Крепись, дружище, мы за своей Рыжулей два года бегали, – сказал Каим. Арг насупился, чем еще больше вызвал их смех. – Бер, Диран, мне надо несколько дней побыть с Сорной для ритуального благословения на роль Верховной ковена, направить и помочь ей на новом магическом и преобразующем путешествии в ее жизни. Мне нужен Аэлар, будете ждать портальщика семь – десять лун, он вас перенесет потом порталом в одно мгновение? – Нет, – ответили хором Бер и Диран. – Варка и его бету попрошу быть за главу и отправимся к Василисе, – сказал Бер. – До встречи! У вас будет счастливая и любящая семья, – улыбаясь, сказала Айнэ. Медведь и дракон направились к альфе. – Зачем тебе портальщик, Рыжуль, пусть бы ребят к суженой перенес? – спросил Дагон. – Это их путь, порталом – плохая услуга, дурная служба. Василисе нужно время принять важное решение, а мужчинам соскучиться, им надо побыть вдали, чтобы понять силу своих чувств и важность друг для друга, да и Аэлара здесь судьба поджидает, в лице одной травницы. – Ведьма! – восхищённо сказали мужья, обнимая свою любимую. Они знали, что их жена чувствует и видит больше, доверяли и очень любили.