Глава 18

Не собираясь отходить от окна, продолжаю наблюдать за ними. Джим несёт в руках охапку дров, а Саманта семенит перед ним как цирковая собачка. Собираюсь с силами, чтобы встретить подругу детства моего мужчины, то есть моего похитителя. Не суть, но факт в том, что она начала липнуть к нему как банный лист с того момента как заметила меня в окошке. Значит, пыталась показать, что я тут никто. Нет уж, второй такой истории у меня не будет. Хватит уже. Эндрю мне насолил, трахнув блондинку. Разрушил наши отношения одним щелчком.

Неужели я собираюсь сейчас показать Джиму, что он мне не безразличен? Я же выдам себя с потрохами. Хотя, причем тут он? Моя гордость ещё жива. Не позволю какой-то девице насмехаться надо мной. Потому что лицо у неё какое-то сучье, ей богу. А я таких на дух не переношу.

Дверь в дом слабо скрипнула, и послышались их голоса. Джим занёс дрова и, сняв куртку замер, когда заметил меня. В этот момент, Саманта практически облепиха его своими руками, и вжимаясь в его грудь лицом что-то бормотала. Наше переглядывание глазами напоминало немое кино с перестрелкой.

Сложив руки, я оперлась об столешницу, изогнув бровь, покачала головой. Да, я осуждала его за эту сцену и за то, что он вчера мне шептал.

Джим спокойно отлепил от себя подругу и развернул к входу в кухню.

— А это кто? — изобразив максимальное удивление на лице, вопрошала Саманта.

— Это Джесмин, — ответил он, а меня в этот момент обдало жаром.

Просто по имени назвал, не придав никакой ясности, кто мы друг другу. Ну, сказал бы хоть что мы пара или любовники. Вот так значит? Хорошо, хорошо…

— Не делай вид, что только увидела меня, Саманта, — сказала я, одарив девушку многозначительным взглядом.

— Нет, я, правда, удивлена. Думала, что Джим занялся благотворительностью и притащил ещё какую-нибудь наркоманку из города. Скажи, ты не из таких? А то ведь в доме есть дети, — скривив нос, едко отозвалась Саманта.

В этот момент на кухню неспешно вошла Эмили. Саманта стиснула малышку в своих объятьях. Выглядело это не искренне, потому что девочка была явно не рада тому, что её схватили как тряпичную куклу.

— Привет малая! — дергая за щеки девочку, показушно сказала Саманта.

— Отпусти меня! — недовольно ответила малышка и вырвалась из объятий белокурой тетеньки, что явно пыталась играть роль главного и желанного гостя в этом доме.

Но Саманта и на этом не остановилась, удерживая малышку за руку.

— Ты что, не рада меня видеть малая? — наигранно обиженно сказала та.

— Нет, — ответила девочка. — Отпусти уже!

Меня так взбесило, что эта персона себе решила?! В два шага я оказалась возле них и оторвала её руку от малышки. Она как коршун в неё вцепилась. Малиновые ногти длиною в пол пальца противно щелкнули, стукнув друг об друга.

— Тебе что не понятно, что ребенку не нравятся твои тисканья? Чего ты вцепилась в неё? — часто дыша, вопрошала я, и заметила, что в этот момент Эмили взяла меня за руку.

Взгляд Саманты резанул по нам сталью и она, фыркнув, вылетела пулей с кухни и скрылась в гостиной, где был Джим и Майкл.

— Я не люблю тетю Саманту, — сказала Эмили. — Она очень хитрая и злая, — шепотом добавила она.

— Правда? А почему ты так думаешь? — удивилась я, и девочка опустила глаза. Затем послышался тихий всхлип.

— Маленькая, что с тобой? Я что-то не то сказала? — опустившись на колени, обняла ладошками её личико.

— Я хочу с тобой и дядей Джимом уехать отсюда, — сказал Эмили так искренне, что у меня кольнуло в груди.

— Хорошо. Обязательно съездим куда-нибудь вместе, как только решим некоторые дела с твоим дядей, — пыталась ободрить девочку я и увидела, как её глаза оживились.

— Вот видишь, она довела малую до слёз! — послышался истеричный голос Саманты у двери, а затем сюда вошёл и Джим.

Вид у него был напряженный, словно его как пса натравливали на добычу. На миг я впала в ступор, потому что его глаза ни о чем хорошем не говорили.

— Дядя Джим, я плачу не из-за Джесмин. Она добрая, — погладив меня по голове своей маленькой ручкой, сказала Эмили. И у меня камень с души упал, а вот лицо Саманты скривилось в недовольной гримасе.

— Что такое малыш? — протянув свои руки к племяннице, спросил он.

Эмили подбежала к нему, и крепко обняв маленькими ручками его массивную шею, что-то сказала на ухо. Джим понимающе кивнул, что лицо девочки озарила счастливая улыбка.

Интересно было не только мне, но и его так называемой подруге, которая, по всей видимости, не знакома с таким понятием как тактичность.

— Что она сказала? — не дождавшись пока малышка уйдёт, спросила она у Джима.

— Это секрет! — девочка сжала кулачки и бросила неодобрительный взгляд на неё.

— Ой, да брось. Нам же интересно! — расхохоталась Саманта. — Какие секреты могут быть у таких малявок?

— Это секрет, — повторил Джим, что её смех сразу сошел на нет.

— Джим, ты какой-то не такой. Городские на тебя дурно влияют, — обижено сказала Саманта, бросив на меня ядовитый взгляд.

— Тебе пора домой. У меня много дел, — сказал он тоном, не терпящим возражений.

— Ах вот как, да?! Значит, как присмотреть за твоими родными, так ты просишь, а как встретить свою старую подругу, так у тебя дела?! — взбесилась Саманта, стукнув рукой по столу.

От её поведения даже я опешила. Вот она, некультурность в чистом проявлении. Хотя о чем я говорю?

Брови Джима сползли к переносице, и сейчас он точно что-то да скажет такое, что будет совсем не до смеха. Весь запал Саманты в один миг улетучился и она, скривив лицо в обиде заревела, быстро подбежав к Джиму. Буквально упала ему на грудь, сотрясаясь в громких рыданиях, причитала о том, как ей тяжело, а он такой не благодарный. На мгновение даже он растерялся, пока на кухню не зашёл Майкл, на лице которого читалось удивление и негодование.

Старик, опираясь на трость, внимательно окинул каждого из нас взглядом.

— Что тут происходит? — спросил он, будто прочитал мои мысли. Потому что я сама не понимаю, что за цирк устроила эта мадам.

— А происходит то, что Джим плевал на своих друзей и на их доброту, — громко всхлипнула Саманта на груди у Джима.

— Ты переигрываешь дорогая, — отметил Майкл и присел на стул. — Джесмин, если тебе не трудно, подогрей чайник, — попросил он и добавил. — Я бы хотел тебе кое-что потом показать, сходишь со мной?

— Да, наверное, — ответила я, косясь на Джима, и тот молча моргнул глазами в знак согласия.

Странно это всё. Что тут происходит?

Пока я делала старику чай, о котором он меня попросил, Саманта не отлипала от Джима, продолжая мазать его соплями и слезами. Внутри что-то встрепенулись, ведь со мной его терпение лопается, а её он жалеет молча. Как же неприятно наблюдать за этим всем.

— Пойдём, — сказал Майкл и, опершись на трость, протянул мне руку.

Не перевелись ещё джентльмены в глуши.

Не оглядываясь на парочку за спиной, я гордо подала руку старику, и мы вышли в коридор, где он указал мне на верхнюю одежду.

— Пойдем, прогуляемся и поговорим, — ответил старик, заметив мой вопросительный взгляд.

— Хорошо, — ответила я, надевая на себя парку и сапоги.

Когда мы вышли за дверь, Майкл тихо рассмеялся, чем вызвал во мне ещё больше вопросов.

— Я не над тобой смеюсь, милая, — махнул он рукой. — Просто поражаюсь женской напористости, которая не знает границ.

— Простите, но я не понимаю.

— Саманта с детства без ума от Джима. Спит и видит, как он женится на ней. А ее мать была категорично против их общения. Она считала, что он весь в отца и такого родственника не желала видеть в своей семье. Но ты не переживай, — похлопал он меня по плечу. — Джим давно дал ей понять, что ничего между ними быть не может.

— А зачем вы мне всё это рассказываете? — как можно равнодушнее спросила я, делая вид, что эта история меня совсем не интересует. Когда на самом деле уши стояли в остро, впитывая каждое слово.

— Брось придуриваться милая. Я видел твоё лицо. Глаза, которые метают молнии в женщину, которая обнимает то, что принадлежит только тебе, — хитро усмехнулся он.

— Вам показалось. Я просто переживала за Эмили. Ей явно не нравится Саманта. А она так накинулась на девочку, что и я взбесилась, — ответила в своё оправдание.

— Это да, Эмили почему-то не рада Саманте после смерти матери, — печально ответил Майкл. — Раньше она просто уходила в свою комнату, когда та к нам заглядывала в гости. А сегодня осталась внизу и даже пошла на кухню. Мне кажется, это из-за тебя, — слова старика взволновали меня. С одной стороны было приятно, что ребенок нормально на меня реагирует. Это льстит, как-никак. Но, с другой стороны у меня появилось подозрение насчет Саманты. Что-то здесь не так.

— А вас не напрягает тот факт, что девочка так реагирует на неё?

— Я не знаю, что тебе ответить, потому что я не раз спрашивал её об этом, но ответа так и не получил. Может это удастся тебе? — он остановился и вопросительно посмотрел на меня.

— Я вообще-то посторонний человек, и не думаю, что Эмили будет рада делиться своими секретами со мной, — скептично ответила я, стараясь не смотреть в глаза старику, который смотрел на меня с надеждой.

— Хм, я наблюдал совсем другую картину. Но не буду на тебя давить, потому что это дурной тон с моей стороны. Просто спасибо тебе.

— За что? — искренне удивилась я.

— С твоим появлением они оба ожили, — ответил Майкл.

Его ответ болью отразился в моем сердце. Неужели тут всё так запущенно? Мало того, что я не собиралась привязываться к Джиму, так теперь ещё и малышка, которая видит во мне друга. Что же меня так заносит? Да и вообще, я в этом доме нахожусь от силы часов двенадцать, а уже заработала репутацию доброй феи. Разве так бывает?

— Я сказал что-то не то? — поинтересовался старик, сжимая рукой трость. Было видно, что ему трудно стоять и одна нога была полусогнута.

— Нет, простите. Я задумалась, — ответила я. — Можно вопрос? — он одобрительно кивнул в ответ. — Что с вашей ногой?

— Ах, это, — усмехнулся грустно старик. — Плата за любовь, — ответил он.

— Вам повредили ногу в драке за девушку?

— Почти угадала. Мне её прострелил отец Джима, — ответил старик.

— То есть вы, и мать Джима были любовниками? — удивлённо спросила его.

— Да, но она решила, что с ним ей будет лучше. А потом не могла от него уйти. А я любил её всю жизнь, — глядя куда-то вдаль ответил Майкл.

И на мгновение мне представилась картина, где ещё молодой Майкл борется за свою любимую, но она, разбив ему сердце, уходит к другому. Заметив мой печальный взгляд, он добавил:

— Я никогда не бросал её. Не оставлял попыток образумить. Она была беременна, и даже этот факт меня ни капли не смущал. Просил её, бросить мужа и поехать со мной. Но она была непреклонна в своих решениях. А когда родился малыш Джими, уехал в город. Пытался забыть её, но это оказалось непреодолимой целью, — он вздохнул.

— И вы вернулись за ней?

— Да, и не один раз. Но каждый раз она отвергала мои предложения, считая свой брак божественным испытанием, — в его голосе послышались нотки отчаянья. — И когда её муж умер, я приехал к ней вновь. Просидел под дверью дома почти двое суток, и она сдалась. Не смогла противостоять детским просьбам. Я любил не только её, но и детей тоже. Мне хотелось, чтобы у них было другое детство, но кто я, чтобы это решать? Безумец на пороге дома, которого гонят взашей.

— Это вы подарили Джиму пожарную машину? — зачем-то спросила я, и он кивнул в ответ.

— Если он тебе это рассказал, то явно доверяет, — подмигнул старик. — У него совсем не было игрушек, потому что его папаша все деньги спускал на выпивку. Даже духи Лорейн выпил, которые я присылал ей ко дню рождения почтой. Это мне Джим рассказал, когда я его встретил в местном магазине.

— Боже, какой придурок, — негодуя, сказала я, понимая всю несправедливость происходящего в жизни этой семьи.

— Знаешь, я никогда не терял надежды, что мы будем вместе, — искренне ответил он. — Но, против её желания не мог пойти. Оставалось только ждать. И когда наконец-то это время настало, это были самые счастливые годы моей жизни. Пока Мэри не сбежала в город с лихачом мотоциклетным. Лорейн себе места не находила, а Джим как раз вернулся из армии. Он-то за ней и поехал. А потом начался ад, — старик покачал головой и грустно вздохнул.

В этот момент мы оба обернулись назад на громкий хлопок входной двери. Первой вышла Саманта, а через минуту показался Джим. Девушка практически убегала и, обернувшись, показала фак, стоящему засунув руки в карманы Джиму.

Что он ей сказал, чтобы получить такую реакцию? Хотя не буду врать, меня позабавила эта картина и даже польстила.

— Я пойду в дом, погреюсь, а то замёрз, — сказал Майкл и погладил меня по плечу.

В это время, Джим шёл ко мне навстречу. Лицо у него было нахмуренное. Видно это последствия разговора с подругой, которая хотела чего-то большего, чем просто дружеские объятья. А я что? Стою и пытаюсь спрятать торжественную улыбку.