22

Тамерлан, как и говорил ночью, уехал на работу. Я не хотела его отпускать, пытаясь задержать хоть на одну минуту. Целовала прямо на пороге квартиры, прижимаясь трепещущим телом к его торсу. Он тоже не хотел уезжать, но дела — есть дела. Взрослому дяде нужно зарабатывать деньги, как выразился Тамерлан, и это было неоспоримым фактом. Ведь у Мамедова ничего не изменилось, в то время как у меня перевернулся вверх дном целый мир. Наконец я перестала сдерживать свои чувства и признала перед самой собой, что без Тамерлана не в силах дальше жить.

Целый день я маялась от тоски и безделья. Слонялась по дому, придумывая себе занятия. Квартира была убранной: чистые, начищенные до блеска окна и зеркала, ковер на полу без единой соринки, мебель без пыли, а паркет сиял не хуже зеркал.

Устроившись в кресле перед телевизором, я бездумно нажимала на кнопки на пульте, надеясь скоротать время. Так и заснула за просмотром телепередачи, свернувшись в клубок. Меня разбудило лёгкое касание губами к моим губам. Распахнув глаза, я быстро заморгала, сосредотачивая взгляд на мужском силуэте.

Улыбнувшись, Тамерлан погладил меня по щеке, проводя извилистую линию тыльной стороной ладони. Я прильнула к его руке, радуясь точно как ребенок, получивший похвалу.

— Как прошёл день? — спросил он, прерывая тишину.

— Никак, — пожала плечами. — Скучала.

— Я так и думал, — ухмыльнулся и, распахнув объятия, прижал меня к своей груди. — Вкусно пахнешь, котенок. Так бы и съел, — шепнул на ушко и, в доказательство своих слов, прикусил мочку уха.

Мужская рука легла на моё бедро и поползла вверх. Я вздрогнула, ощущая знакомый трепет. Тамерлан, поняв мои чувства, пытливо заглянул в глаза.

— Ты до сих пор меня боишься, маленькая девочка?

— Нет, — уверенно ответила. — Просто я ещё не привыкла.

— Думаешь, дело только в этом?

Я пожала плечами, не зная, что ответить. Конечно, для него всё это — было привычным и знакомым, а для меня — манящая пропасть, из которой нет возврата.

— Иди ко мне, — подхватив под ягодицами, Тамерлан поднял меня на руки и сел в кресло. — Я скучал по тебе.

Он потянулся ко мне губами и принялся жадно целовать. Сначала он целовал мои губы, потом шею, затем снова вернулся к губам. Спустился к груди. Расстегнул пуговицы на рубашке, которую я нашла в шкафу и надела на себя, а после припал губами к соску. Обвел кончиком языка чувствительную ареолу, провёл пальцами по полушарию и спустился вниз по плоскому животу.

Меня охватило знакомое возбуждение, промежность увлажнилась. Закусив губу, я издала едва слышный стон, не сводя глаз с губ Тамерлана. Он дразнил меня, намеренно затягивал с прелюдиями, наслаждаясь властью, имеющую над моим телом. Я прижалась бедрами к его бедрам и принялась раскачиваться вперёд-назад, ерзая на мужских коленях. Его вставший член упирался мне в лобок, отчего внизу живота затягивался плотный узел от предощущений наслаждений.

Отодвинув трусики в сторону, Тамерлан дотронулся пальцами до моего влажного лона.

— Мокрая девочка, — простонал мне в самое ухо, прикусывая кожу на шее зубами.

Когда внутрь меня скользнул палец, я громко вскрикнула, а Мамедов припал к моим губам в глубоком поцелуе и добавил ещё один палец.

Его язык таранил мой рот, а пальцы неспешно двигались внутри лона. Я выгибала спину, обхватывая мужчину обеими руками за шею, и едва не задыхалась от крышесносных ощущений. Прервав поцелуй, Тамерлан перестал доставлять мне удовольствие пальцами и, потянувшись к ширинке своих брюк, ухватился за язычок молнии. Пока он спускал свои брюки вместе с боксерами, я слезла с колен и, стащив с себя трусики, принялась избавляться от рубашки.

При виде моего обнажённого тела у Мамедова загорелись глаза. Зрачки, и без того темные, почернели и расширились. Губы приоткрылись, а на лбу выступила едва заметная венка. Он восхищался моей красотой и молодостью, откровенно пожирая похотливым взглядом.

— Иди сюда, мой котенок, — произнес, протягивая руки.

Схватившись за большую ладонь, я взобралась сверху Тамерлана и, притянув его за затылок, накрыла губы в глубоком поцелуе. Он заставил меня немного приподняться вверх, чтобы насадить на свой твердый член. А затем, ухватившись руками за талию, снова приподнял вверх и тут же опустил вниз.

— Да. Вот так, моя девочка, — шепнул, прикрывая глаза от удовольствия.

Не спеша, я насаживалась на его член, двигаясь в такт движениям мужских бедер. Мы смотрели друг другу в глаза, дыша в унисон. Меня раскачивало на волнах эйфории всё больше и больше, и вскоре произошел ослепительный взрыв наслаждения. Я закричала и откинулась назад, содрогаясь в сладких спазмах.

Тамерлан погладил меня по голове и дал время, прийти в себя и отдышаться, а затем, подхватив меня на руки, снял со своих колен. Поставил на ноги и заставил нагнуться вперёд, упёршись руками в подлокотники кресла.

Он вошёл в меня сзади и на этот раз, движения его члена были жесткими и быстрыми, как никогда. Совершив финальный толчок, он достал из моего лона свой член и излился на поясницу.

Застыв в дурацкой позе, мы прислушивались к стуку наших сердец и сбившемуся дыханию.

— Что ты делаешь со мной, меним шериним? Я так завелся, что совсем забыл о резинке.

— Значит, я забеременею?

Тамерлан ухмыльнулся и, обняв меня за плечи, прижал к своей мощной груди.

— Нет, девочка. Не бойся.

Поверив ему на слово, я облегчённо вздохнула. Как бы я не любила своего мужчину, но становиться матерью его ребенка — не хотела. Умом понимала, что беременность принесёт только проблемы, поэтому искренне верила, что на этот раз пронесёт.

***

На следующий день Тамерлан снова уехал на работу с самого утра, и я вновь осталась одна. Решив, что этот день проведу с пользой, я осмотрела содержимое холодильника и принялась за готовку. Замариновала целую курицу и поставила её запекаться в духовку. Почистила молодой картофель, сделала салат из свежих овощей. И пока варился картофель, и готовилась курица, я включила кофе-машину, чтобы выпить свой любимый кофе с корицей.

Неожиданно раздался стук в дверь, и я невольно вздрогнула. Бросила взгляд на настенные часы. Шесть вечера. Тамерлан бы не стал стучать — точно. Пока я решала открывать незваному гостю дверь или же нет, стук повторился. Стараясь не шуметь, я подкралась к входной двери на цыпочках и замерла, прислушиваясь к звукам.

— Тамерлан, открой. Я знаю, что ты здесь, — послышалось за дверью, и я вмиг побледнела, узнав в женском голосе Леру.