Глава 23

Дни потекли один за одним. Опекун в ГАСС больше не наведывался, по крайней мере я его на территории Академии не встречала. Дишшос нашел в себе силы оставить наши отношения на дружеском уровне, за что я неимоверно ему благодарна и признательна. Со временем я все реже стала ловить на себе его задумчивые взгляды, что не могло меня не радовать.

Льяк пошел на поправку и через неделю Анней отпустил его домой. Лицо мальчика все еще требовалось бинтовать после нанесения регенерирующего снадобья, но полное выздоровление — это лишь вопрос времени. Семья воссоединилась, не веря своему счастью.

Чуть позже пришли новости, что Олана немного раньше срока родила чудесную девочку, сама, дома. Что повергло меня просто-таки в ужас, на что Олана только посмеивалась. Никто в Карахаре не видел ничего страшного в рождении ребенка под крышей родного дома, так поступали все. Кто-то вызывал повитуху или лекаря, кто-то справлялся своими силами, помощью взрослых родственниц, к примеру. Олана сама решила, а я ее не разубеждала, что это в Шеротане дети рождаются в лечебницах и именно этим вызван мой интерес и некий шок. Хотя там наверняка все еще печальнее, нежели в Карахаре. С родовспоможением, я имею в виду.

Крошку Оланы принимал сам лор Анней по чистой случайности. Он приехал навестить своего самого невероятного пациента, когда все началось. Роды прошли стремительно и без помощи лора, боюсь, все могло закончиться не так радужно. Но, слава Пресветлой, все обошлось. Мамочке выдали подпитывающую настойку, которую она должна была принимать перед каждым кормлением. Так, с молоком, лекарство доходило до малышки.

Девочку назвали Кати, в честь меня. Узнав об этом, я страшно возгордилась. Накупила на все сбережения, а Терранс продолжал ежемесячно передавать для меня определенную сумму, кучу всякой всячины для новорожденной и явилась в гости. Осторожно взяв малышку на руки, почувствовала такой прилив щемящей нежности, что непроизвольно на глазах выступили слезы. Это такое чудо — ребенок! Вот еще вчера его не было, а сегодня он уже есть. Будет расти, развиваться. Вырастет чудесной красивой девушкой, выйдет замуж и родит своих деток.

— Лессиль, ты чего? — рассмеялась Олана, видя, что у меня по щекам текут слезы. — И у тебя будут дети, вот увидишь! — она осторожно забрала Кати из моих рук.

— Я от счастья, — пояснила, шмыгая носом. — Очень рада за вас! — обращалась сразу ко всем. И к Олане, и к Мирту, и к Льяку с Ришасом.

Уже отвела взгляд от мальчиков, как заметила у Ришаса на лице странные проблески. Подошла ближе и присмотрелась. Огненные чешуйки? Это точно грариены, — с облегчением поняла я, сумев позвать их. Эта особенность была со мной, никуда не делась. Я могу забирать часть чужой Силы себе таким вот образом, а тут еще и родной для меня огонь.

— Олана, ты не пугайся, — обернулась к девушке. — Только Ришас — огненный, это точно. Его срочно нужно в ГАСС отправлять, раз Сила стала просыпаться. С огнем шутки плохи.

— Что? — ахнула девушка, передавая Кати мужу и подходя ближе. — Родной мой, — обняла она сына, крепко прижимая к себе.

Уже этим вечером Ришас отправился в Академию, правда, не в ГАСС, а в другую. Риго соседствовал с небольшим по численности населения городом — Сариутом. В Сариуте была своя Академия, обучение в которой стоило гораздо меньше, чем в ГАССе. Вот туда-то и повез Мирт сына.

День шел за днем, неделя за неделей, один месяц сменял другой… Занятия артефакторикой занимали все мое время. Испытываешь поистине ни с чем не сравнимое чувство удовлетворения, когда вдыхаешь в предмет жизнь. Мои первые поделки — это самые простые негаснущие долгое время лампы. Поначалу они горели только пару часов, потом пару дней, сейчас уже несколько месяцев. Еще я увлеклась изготовлением посуды с подогревом, пробовала сделать горячий долгое время камень, который мог бы заменить плиту, например, в походных условиях.

Одновременно с этим я училась вдыхать жизнь в механических летающих птичек, которые бы могли переносить послания. Тут требовалось задействовать воздух, и мне эти поделки давались намного сложнее. А еще у меня была мечта — построить стационарный портал, или даже целую сеть таких порталов! Чтобы хитар в Риго зашел в такой, а вышел уже где-нибудь в Схроне или в Торроне, или еще где-нибудь. Но пока я даже сама перемещаться не научилась. Тот, самый первый раз, был совершенно спонтанным, как так вышло я и сама не поняла и повторить пока не сумела.

Лето пролетело за учебниками и столом в артефакторской. Осень точно так же. Изредка мне удавалось побегать с Лорором и навестить Олану с семьей. Больше я ни для чего в город не выбиралась. Несколько раз приходило приглашение на совет высших, но Дишшос пояснил, что пока я учусь, могу его не посещать. Потом уже сложно будет найти уважительную причину для отсутствия, но пока я пользовалась своим правом по полной.

Терранс, кроме того, что передавал через ректора Жибера ежемесячно мешочек со цвирками, никак себя не проявлял. Дилрон как-то обмолвился, что его даже в Риго нет. Вроде уехал куда-то по служебным делам. Увиделись мы только на празднике всех стихий, который ежегодно устраивает повелитель. Сначала я надеялась, что Терранс придет поздравить меня с шестнадцатилетием, но этого не случилось. Подарок, правда, опекун все же передал.

Порыва вернуть или спрятать и не пользоваться подарком не возникло. Я давно уже соскучилась по Террансу и жутко хотела увидеться. Дня рождения ждала, как никогда раньше, ни в этой жизни, ни в прошлой. Так надеялась, что он придет…

Всю ночь я проплакала, ругая себя за глупость.

За эти месяцы отношения с Дишшосом плавно свернули в дружеское русло. Я тоже влюблялась и знаю, что когда объект любви все время перед глазами — забыть его не так-то просто. Поэтому продумывала, как бы нам не видеться какое-то время. Решиться на такое становилось все сложнее с каждым днем, потому что Дишшос оказался просто непревзойденным наставником в артефакторике. Расстаться с ним, как с близким другом было бы непросто, а наставника такого же мне точно не найти!

Пособия по проколам я прочла от корки до корки и поняла главное — это очень опасно. Ведь можно случайно «выйти» в стену, посреди океана или на высоте километра от земли. Как и любое взаимодействие со стихией, дар перемещения требовал только понимая процесса. То есть, грубо говоря, достаточно захотеть и четко представить место, где хочешь оказаться, приложить достаточное количество Силы и вуаля! Если ты не отвлекся случайно и не сместился при переходе, можно радоваться. Насчет количества используемой Силы при перемещении стоит сказать отдельно. На это способны только высшие лоры, обладающие одновременно стихией земли и воздуха. У меня земли нет. Вроде бы. Что странно, учитывая, что переместиться я все же смогла. И, конечно же, я экспериментировала! Сначала в своей комнате. Перемещалась на шаг вперед. Это было просто, ведь место, куда я должна попасть я не просто представляла, я его видела! Потом решилась на «прыжок» на улицу.

Случилось это ночью. Мне не спалось, двери ГАССа, конечно же, были заперты, и никто меня не выпустил бы, спустись я с желанием побегать немного. Тогда я и решила рискнуть. Представила местечко возле фонтана у самого входа в Академию. В последний момент испугалась, что могу угодить в чашу фонтана и невольно перед глазами мелькнула эта картинка. Я тут же поплатилась за свою несобранность и самонадеянность, рухнув с большой высоты прямо в ледяную воду довольно глубокого фонтана.

Ухнув прямо в воду, в первый момент у меня аж дух вышибло от непередаваемых ощущений. Не владей я стихией воды, льда и воздуха все могло закончиться печально. А так я ловко выбралась наружу, моментально избавилась от лишней влаги и только печально посматривала на место «преступления». На шум вполне могли выйти дежурные, поэтому поторопилась скрыться, стараясь гнать от себя не вовремя пришедшие мысли об обратной дороге. Побегала около часа, прошла полосу препятствий, что давалась мне все легче, практически на автомате, даже задумываться о следующем шаге особо не приходилось. Лер Мехал, кстати, уже пару раз ловил учащихся на самоуверенности, изменяя полосу прямо перед каким-нибудь очередным экзаменом.

Устав, присела прямо на траву, прислонившись к большущему камню, что врос в землю неподалеку от полосы препятствий тут же на полигоне. Не знаю, что на меня повлияло, только я вдруг решила убрать отсюда этот валун. Напомню, он намертво врос в землю, но я-то теперь знаю, что практически наверняка являюсь носителем стихии земли, так почему бы и не попробовать.

Поднялась и присмотрелась к камню. Он выглядел так, будто лежит тут не одну сотню лет, не меньше чем на полметра погрузившись в землю. Снаружи торчит кусок высотой сантиметров сто пятьдесят. В общем, громаднейший валун. Сосредоточилась, закрыла глаза и представила, что земля вокруг камня расступается, выпуская его на поверхность. Не открывая глаза, «подняла» камень силой воздуха и собиралась уже перенести его куда-нибудь в сторонку, как совершенно случайно вспомнила Терранса. Мысли о нем давно уже не дают мне спокойно заниматься, лицо хитара то и дело всплывает перед глазами. Вот и сейчас в самый неподходящий момент я его вспомнила. Почему-то представила, что он не в кровати лежит, несмотря на поздний час, а также выпускает пар в своем поместье, неподалеку от входа. Отвлеклась я буквально на секунду, за которую потеряла концентрацию и вдруг камень взял и исчез! На полигоне на месте валуна зияла громадная воронка.

А я с ужасом поняла куда он делся… Пресветлая, только бы не на Терранса! — взмолилась я.