Глава 24

— Вы его надели, — имея в виду кулон, что был сегодня единственным моим украшением, смягчившимся голосом заметил Терранс на празднике. Именно его он и подарил на мой шестнадцатый день рождения, пусть и передав через ректора Жибера.

— Он очень красивый, — признала я очевидный факт, тщательно отводя глаза, хотя все, чего мне сейчас хочется — жадно рассматривать повзрослевшего мужчину, отмечая те изменения, что произошли с ним за прошедшее время. — Почему вас так долго не было, Терранс? Почему вы не приходили? — все же не удержалась я от вопроса.

— А нужно было? — тоже отвел взгляд хитар. — Я понял, что моя компания для вас не так уж и необходима, — пожал плечами лор. — К тому же, я ведь предупредил, что вы можете связаться со мной через ректора Жибера в любой момент, но вы этого не сделали…

Поддалась желанию и посмотрела на Терранса, мне нужно было убедиться в своих выводах, увидеть их в выражении его лица.

— То есть, я все же была права? — горько поинтересовалась я, сделав собственные умозаключения. — Я никогда не была вам нужна. Малейшая трудность заставляет вас отказаться от борьбы. Хотя о какой борьбе я говорю? — воскликнула, не сумев сдержаться. — Вы даже на поле боя не явились… — махнула рукой и пошла прочь.

Терранс резко схватил меня за руку, удерживая. На нас стали оглядываться.

— Бросьте, Лессиль, я все знаю! — заявил он.

— Рада за вас! — охотно кивнула. — Не всякому дано. Видимо, от бабушки передалось, — не скрываясь ехидничала я.

— Для вас ведь всегда все было просто шуткой, да? Конечно, в какой-то мере я вас даже понимаю. Кто я такой, так, развлечение! Сегодня со мной флиртуете, завтра с Дишшосом… Тренируетесь? Кто же для вас главная добыча, Лессиль? — прищурился хитар. — На кого вы нацелились?

— Это ведь не ваши слова, — вдруг успокоилась я. — То, что вы сейчас сказали, Терранс, вы ведь так не думаете на самом деле. Дона Ливелия? — высказала предположение я.

По лицу хитара поняла, что попала точно в цель, он пересказывал мне слова своей матушки. Только вот почему он поддался ее убеждениям, почему поверил этим смехотворным заявлениям, отказался от борьбы…

— Не стоит втягивать мою матушку, — нахмурился мужчина. — Она прекрасно к вам относится, вы ей сразу понравились.

— Конечно, — кивнула я. — Я ведь рассказывала вам о ее прекрасном отношении у вас за спиной?

— Это просто смешно, Лессиль! — отрезал хитар. — Зачем вам это нужно, настраивать меня против нее? Она ведь ничего вам не сделала!

— Терранс, а в Карахаре есть те, кто умеет воздействовать на людей ментально? — вдруг спросила я. — Те, кто может заставить другого думать или делать что-то против воли, против собственных убеждений?

— К чему вы это? — не сразу понял, к чему я клону Терранс. — Вы что же, хотите обвинить мою матушку в подобном воздействии? — аж задохнулся от возмущения лор.

— Никого и ни в чем я не обвиняю, — устало махнула рукой. — Хорошего вечера, лор Диркхорн, рада была повидаться.

И пошла прочь, не дожидаясь, пока мужчина снова попытается меня остановить. Но он и не пытался.

— Все в порядке? — тут же подошел Дишшос.

— В порядке.

— Не похоже, — справедливо заметил друг. — Поругались? — кивая на Терранса поинтересовался он.

— Не хочу об этом говорить, — поморщилась я. — Извини. Потанцуем?

— С удовольствием! — охотно откликнулся Дишшос. — Ты же знаешь, Лессиль, с тобой танцевать я согласен в любое время.

— Так уж и в любое? — все же улыбнулась я.

— В любое, — серьезно кивнул хитар, лукаво улыбаясь.

Дишшос смог немного отвлечь меня от разговора с Террансом, однако мысли все равно то и дело возвращались к нему. Еще во время танца я пару раз почувствовала колючий взгляд, прожигающий мою спину. Но, сколько бы ни оглядывалась и не вертела головой, увидеть, кто же так недобро за мной приглядывает, не смогла.

Стоило танцу закончиться, а Дишшосу отвлечься на подошедшего лора Астора, я незаметно выскользнула на улицу. Захотелось подышать свежим воздухом, подумать, попредаваться унынию, но так, чтобы никто не видел, без лишних свидетелей. Из зала несколько высоких двустворчатых дверей вели прямо в сад, все они сейчас были открыты, так что осуществить задуманное оказалось несложно.

Да уж, не так, совсем не так представляла я встречу с Террансом, — удаляясь от дворца по широкой, выложенной камнем дорожке, думала я. Отчего-то все это время я была уверена, что он скучает не меньше меня, что хочет встречи, что только гордость и уязвленное самолюбие не дают ему прийти в ГАСС. Интересно, почему дона Ливелия так агрессивно ко мне настроена? Допустим, когда она думала, что я просто слабая хитайя из Шеротана, которая только и будет, что тянуть из Терранса цвирки и требовать его внимания — это одно. Но ведь сейчас она знает, что я — лори, высшая хитайя. Лучшая пара любому лору Карахара, — отбросив скромность, рассуждала я. К тому же, очевидно, что у нас с ее сыном взаимная симпатия… Какая мать не хотела бы, чтобы ее ребенок был счастлив? Так чего же она добивается? И почему Терранс ее слушает? Ведь он поверил, когда я рассказывала о ее отношении в первый раз, уверена, что поверил. Но Ливелия легко сумела его переубедить! Только зачем? Что плохого я ей сделала? И неужели я угадала, и она обладает силой внушения? Или просто мне сложно поверить, что Терранс не готов за меня бороться, не готов мне доверять…

Дорожка привела к беседке, густо заросшей вьющимся растением. Видимо, это местечко не пользуется популярностью, судя по ее виду. Раздвинув тонкие прутья веток, оплетающих беседку по кругу, нырнула внутрь. Используя воздух смела пыль с узких лавок, установленных по периметру, и присела, облокотившись спиной на резную стенку. Заставила себя расслабиться, отрешиться от всего происходящего.

У меня не было планов выйти замуж и полностью зависеть от мужа, напротив, я собиралась стать артефактором. Известным или не очень — время покажет. Но это именно то, чем мне хотелось бы заниматься дальше по жизни. Заработать на скромный домик, пусть даже совмещенный с мастерской, жить ни на кого не оглядываясь. Так, как решу сама. Не стану обманывать никого и прежде всего себя, заявляя, что не мечтаю о семейной жизни, детях, простом женском счастье… Только вот видимо это не моя судьба. Не складывается что-то у меня с простым женским счастьем.

От размышлений отвлек шорох шагов по дорожке, сюда явно кто-то приближался. Замерла, стараясь не выдать своего присутствия. С удивлением обнаружила мокрые следы на щеках. Что-то я в последнее время совсем разнюнилась, — хмыкнула я. Пора брать себя в руки! В конце концов, где наша не пропадала? Танаис мне больше не угрожает — живи и радуйся! Вои и буду жить, ни на кого не оглядываясь.

Шаги замерли, кто-то остановился в нескольких шагах от моего укрытия. Потоптался на месте и будто бы уже собрался уходить, как вдруг лианы на входе раздвинулись и в беседку шагнул повелитель.

Тут же вскочила и склонилась, приветствуя лора.

— Бросьте, лори Лессиль! — заявил Ирнан. — Я бы может и поверил в вашу почтительность, не будь мы знакомы ранее. Садитесь обратно, нам нужно поговорить.

Плюхнулась обратно на лавку, а лор Ирнан присел напротив, не сводя с меня внимательного взгляда.

— О чем вы хотите поговорить? — решилась нарушить затянувшееся молчание.

— О вашем будущем, загадочно ответил повелитель. — Хочу кое-что вам рассказать, лори. — Ирнан вел себя уверенно, однако напряжение, исходящее от него, ощущалось вполне отчетливо. — Есть вещи, о которых вы возможно не знаете в силу происхождения. Родившись в Шеротане, у вас не было шанса впитать дух нашей истории, вы не могли проникнуться нашим мировоззрением. Говоря нашим, я имею в виду вовсе не карахарцев, лори, я говорю о хитарах. Обо всех нас, кто наделен Силой и способен взаимодействовать с нашим миром, чувствовать его. Поэтому я и хочу вам кое-что пояснить, — повелитель помолчал немного, будто давая мне возможность задать вопрос или что-то сказать, но я молчала, внимательно его слушая. — Хитары — не простые существа, — после небольшой паузы продолжил Ирнан. — Мы отличаемся от людей и значительно. Наши жизни напрямую зависят от Силы, что разлита вокруг нас, наши тела умеют ее накапливать и взаимодействовать с ней. При понижении уровня Силы в окружающем мире мы тоже слабеем, наши дети рождаются уже не такими сильными, а дети их детей и того слабее, — мужчина говорил медленно, обстоятельно, делая паузы и давая мне возможность осмыслить услышанное. — При этом мы именно обмениваемся с миром этой энергией. Если много забираем, то много и отдаем, важна циркуляция. Наши предки чуть более пятисот лет назад приняли поспешное решение, соорудив туманную завесу, пусть я и понимаю их стремление отгородиться от людей. Они заплатили за это высокую цену, весь мир заплатил.

— Завеса впитала отданную Силу? — решила уточнить я.

— Можно и так сказать, — кивнул Ирнан. — Завеса аккумулировала огромное количество Силы, впитала в себя. Силы, отданной высшими, сильнейшими лорами тех лет. Проще говоря, соорудив завесу, высшие можно сказать, что заморозили просто-таки невероятное количество Силы. Эта Сила перестала циркулировать — вот главное последствие того необдуманного поступка! Они пошли на этот шаг, не просчитав всех последствий. И в одночасье изменился весь мир. Вы, лори Лессиль, думаю, слышали или читали, что наши предки имели две личины. Они могли летать. Они были практически всесильны. Теперь же, по-настоящему сильных лоров больше не рождается, а наши женщины заплатили еще более страшную цену. Но сейчас не об этом, — перебил сам себя повелитель. — Лоры ранее легко могли управлять всеми стихиями, а не двумя-тремя, как сейчас. Лори тоже. Кроме этого, у нас были разные родовые особенности. Как, например, возможность прокалывать пространство, соединяя две далекие точки между собой или излечивать недужных, не используя ничего кроме собственной Силы. Вы являетесь доказательством того, что Тандор потихоньку излечивается от своих ран. Потихоньку баланс Силы восстанавливается.

— Но, чтобы этот процесс не прервался, нужны еще высшие? — поняла я к чему клонит повелитель.

— Верно, — позволил себе улыбнуться хитар. — Миру нужны и лоры, и лори. И только союз двух высших может подарить нашему миру действительно сильных хитаров.

— Поэтому вы так настаивали на скорейшем прохождении обряда мною не важно с кем?

— Я вынужден просить прощения за свои слова, сказанные тогда на совете, — чуть поморщился повелитель. — Возможно, я поторопился, не учел ваш возраст и особенности шеротанского воспитания. Прощу меня простить, лори Лессиль.

— Вам не за что извиняться, лор Ирнан, — тут же ответила я. — Это скорее я должна просить о прощении за свое неподобающее поведение. Извините, что не узнав вас ближе, шарахалась от вас. Что позволила себе спорить с вами на совете. Я могла бы поискать оправдания своему поведению, но знаю, что их нет.

— Многое в вас меня восхищает, лори Лессиль, — искренне заявил повелитель. — Хочу, чтобы вы знали — сегодня, сейчас я говорю с вами, как с равной. Я не вижу в вас шестнадцатилетней юной мии, которая сама не знает, чего хочет. Я вижу перед собой взрослую состоявшуюся хитайю. Признаюсь, меня изумляют многие черты вашего характера, лори. Вы сумели вырасти независимой, целеустремленной хитайей, не сломленной под давлением обстоятельств. Каждый год мы вывозим из Шеротана юных мий и все они воспитаны одинаково. Все они ни за что не сумели бы сделать того, на что оказались способны вы. Повторю, что искренне очарован вами!

— Спасибо, — донельзя смущенная словами повелителя только и смогла пробормотать я. Лор Ирнан по-доброму усмехнулся. Он изменившимся взглядом смотрел на меня. Не знаю, потеплевшим, что ли.

— В заключение моей длинной речи, лори Лессиль, хочу, чтобы вы знали. Льюсинал — мой побратим, как и все высшие лоры друг другу. Это необходимость. Нас мало, мы в ответе друг за друга. Предательство Эринара ударило по всем нам одинаково сильно, никто не мог и представить, что кто-то из нас решится на такое злодеяние.

— Его допросили? — в волнении перебила я. — Это он ввез Танаиса в Карахар?

— Он не просто помог тому шеротанцу попасть в Карахар, — потемнел лицом повелитель. — Эринар на своих кораблях долгие годы вывозил юных мий в Шеротан. Он продавал их!

— Но зачем? Чего ему не хватало? Для чего он это делал? — удивилась я.

— О мотивах его злодеяний нам еще только предстоит узнать, — с сожалением заметил Ирнан. — Эринар сумел как-то достать сильнейший яд и принял его. Умереть он не успел, стражники вовремя заметили неладное и подняли тревогу. Сейчас он под присмотром лекарей. Необходимо выяснить, были ли у него сообщники в Империи. И если да, то кто они. Поэтому нам придется сначала вылечить этого предателя.

— Получается, что были, — резонно заметила я. — Раз кто-то передал ему яд, чтобы Эринар мочал и не сумел рассказать о них.

— Наш разговор свернул не в то русло, — слегка улыбнулся повелитель. — Мне показалось, лори, что между вами и Льюсиналом есть симпатия. Скажите, так ли это?

— Для чего вам это знать? — нахмурилась я, чувствуя, что повелитель пытается влезть мне в душу.

— Ну не хмурьтесь, лори Лессиль! — добродушно попросил хитар. — Подумав, что между вами есть симпатия, я не стал вмешиваться, позволяя вам самим уладить это между собой. Однако вы не воспользовались отведенным временем, — задумчиво отметил хитар. — Льюсинал почти год провел в разъездах, не пытаясь наладить ваши отношения. Простите, если считаете, что я вмешиваюсь не в свое дело, однако это касается меня напрямую, лори Лессиль. Я стараюсь понять ваше нежелание вступать в союз еще два года, хотя мне и непросто, ведь за это время вы уже могли бы подарить Тандору сильного ребенка. Я все понимаю, Льюсинал взял над вами опеку, был первым, кто по-доброму отнесся к вам, и вы вполне можете принимать обычную благодарность за что-то большее. Поэтому предлагаю отослать его, пока вы не определитесь с будущим мужем, чтобы одно только присутствие опекуна не смущало вас. Что вы на это скажете? — лукаво смотрел на меня повелитель.

— Лор Ирнан, — задумчиво смотрела на него. — Почему мне кажется, что все, что вы только что сказали, нужно понимать в зеркальном смысле? Вы сейчас от меня каких слов и заверений ждете, что-то я не пойму?

— Я хочу узнать, занято ли ваше сердце, — напрямую, как я и просила ответил лор. — Мне останется лишь принять ваше решение, каким бы оно ни было, однако если ваше сердце свободно, это многое меняет.

— Что же это меняет? — решила уточнить я.

— Это подарит многим и мне в том числе надежду побороться за него, — глядя мне прямо в глаза ответил повелитель. — Я, разумеется, понял, отчего вы шарахались от меня при нашей первой встрече. Тогда меня это взбесило, я не понимал, чем я хуже Дишшоса, с которым мы практически ровесники! Однако ему вы позволяли быть рядом, его вы не боялись. Потом я увидел ваши переглядывания с Льюсиналом. Он сообщил, что в Шеротане вас называли Катеариной, отсюда и Кати, выбранное третьим именем. И я остановился. Не хотел мешать исполнению пророчества Ниары. Если вам с Диркхорном суждено быть вместе, я готов отступить. Но ведь явно что-то идет не так, — справедливо заметил он.

— Терранс сказал, что в Шеротане меня называли Катеариной? — удивилась я.

— Это был секрет? — в ответ поинтересовался хитар.

— Нет, лор Ирнан, — задумчиво ответила я. — Это секретом не было. Буду с вами откровенна, в ответ на вашу откровенность, — решилась я. — Не скрою, что Терранс мне нравится. Что повлияло на мое отношение — то ли его доброе отношение и помощь, то ли что-то еще, не знаю. Однако недавно я поняла, что мое сердце занято.

— Занято? — лор Ирнан пристально изучал выражение моего лица. — И кем же?

— Остановимся на том, что просто занято, — ушла я от ответа. — Я не хочу, лор Ирнан, чтобы вы вмешивались в развитие моих отношений с кем бы то ни было. Если вам для поддержания стабильности в Карахаре или по иной какой причине требуется отослать куда-то Терранса, то кто я такая, чтобы этому противиться? Однако заверяю вас, что мое к нему отношение вряд ли изменится в зависимости от присутствия этого хитара поблизости или же напротив, вдали.

— Я вас услышал, лори, — кивнул повелитель, поднимаясь.

— Лор Ирнан, — окликнула я.

— Да? Хотите что-то добавить?

— Нет. Попросить. Я очень хочу съездить в Схрон, навестить там кое-кого. Это возможно?

— Этот вопрос правильнее задать вашему опекуну, лори Лессиль. Это он несет за вас ответственность и обязан обеспечить безопасность в дальней поездке. А также лору Амадо — ректору ГАССа. Не будет ли он против вас отпустить. А сейчас позвольте проводить вас на праздник, — лор подал мне руку. — Наверняка все собравшиеся давно уже гадают, отчего их повелитель так до сих пор и не почтил своих подданных присутствием.

Опираясь на предложенную руку, поднялась и незаметно расправила платье. Я надела сегодня тоже самое платье, что и год назад. Его лишь слегка потребовалось расширить в груди, что сделали в швейной лавке за довольно умеренную плату. А покупать новое, чтобы надеть лишь раз я не стала. Да и элементарно цвирков на него мне не хватило бы. Так что понятия не имею, что подумает обо мне местный бомонд, да и запомнили ли они мой прошлогодний наряд? Ирнан вышел первым, галантно раздвинул свисающие стебли и помог выйти мне. Мы чинно проследовали все по той же дорожке до самого дворца. У входа остановились, ожидая пока появление повелителя не объявит специальный слуга. Распорядитель набрал полную грудь воздуха и во всю мощь легких выпалил:

— Повелитель земель Карахарских, степей Ниргалийский, пустошей Аррагионских и великих срединных вод — великий лор Диссон Ирнан Виалий! Первая за пятьсот тридцать один год лори Карахара, сильнейшая хитайя современности — великолепная лори Лессиль Кантор Кати!

Окончание представления стало для меня неожиданностью, но Ирнан не позволил мне отступить, утянув внутрь притихшего зала. Лор провел меня мимо склонившихся и напряженно наблюдающих за нашим появлением подданных, вывел в центр зала и дал отмашку музыкантам. Полилась чарующая музыка, под которую Ирнан уверенно закружил меня по залу. В этот раз мы не остались в одиночестве, множество пар присоединялись к первому танцу повелителя. Стоило музыке смолкнуть, как мы с Ирнаном оказались едва ли не лицом к лицу с Террансом. Опекун стоял неподалеку рядом с доной Ливелией и неотрывно наблюдал за нашей парой.

— Дона Ливелия, разрешите, — передав мою руку Террансу, повелитель пригласил на танец его матушку. Женщина и не собиралась отказываться. С широкой улыбкой приняла руку Ирнана, оставив нас наедине. Если можно так сказать, учитывая, что в зале собралось несколько сотен гостей.

— Лессиль, я вас искал, — чуть встревоженно сообщил Терранс. — Где вы были?

— Гуляла в саду, — я не спешила высвобождать руку.

— С Ирнаном? — напрягся мужчина.

— Он присоединился позднее, — охотно пояснила я. — Мы долго разговаривали.

— О чем? — продолжал допрос опекун. Удивленно посмотрела на него.

— О многом. По большей части об истории Тандора, — улыбнулась я.

— Неожиданно, — признался хитар. — Меньше всего ожидал услышать подобный ответ, — чуть смущенно добавил он.

— Терранс, — рассмеялась я. — Что же вы ожидали услышать? Каких признаний ждали от меня?

Мужчина растерялся, глядя на смеющуюся меня, в его взгляде отчетливо стала проскальзывать нежность. На лице появилась улыбка.

— Давайте, добивайте меня, Лессиль! — притворно вздохнул лор. — Пользуйтесь моим к вам отношением.

— О каком отношении вы говорите? — удивленно подняла брови. — Об отношении опекуна к своей подопечной? — открыто глумилась я.

— Прогуляемся? — предложил Терранс. — Здесь очень шумно, а нам есть о чем поговорить.

— Уместно ли сейчас покидать праздник? — засомневалась я. — Повелитель только присоединился к подданным…

— Беру всю ответственность на себя, — заявил Терранс и потянул меня к выходу из зала.

Руку мою мужчина так и не отпустил, крепко сжимая мою ладошку в своей крепкой прохладной руке.

— Я не понимаю, — честно заявила я, стоило нам выйти и отойти немного от входа. — То вы обвиняете меня не пойми в чем, то заявляете об особом отношении. Определитесь, наконец, лор Диркхорн, — игриво улыбнулась хитару. Мое настроение от близости этого мужчины стремительно взмывало ввысь. — Это нам обоим облегчит жизнь.

— Я запутался, Лессиль, — честно признался лор. — То, что вы рассказали о себе, я много думал об этом. Сказать по правде, это немного пугает. Отвык я уже от бабули, а ведь вы с ней так похожи! Не внешне, нет. Но как я мог не заметить, что говорите вы одинаково, и убеждения и принципы ваши схожи, а также сила духа. — Мы еще немного прошли вперед, пока вдали не показалась та самая беседка. — Как вы ко мне относитесь, Лессиль? — не дойдя до беседки шагов тридцать, Терранс остановился. — Неужели я не заслуживаю честности?

— Разве я когда-либо вас обманывала? — удивилась я.

— Тогда ответьте честно, прошу вас. Я для вас просто промежуточный этап? — пытливо смотрел на меня лор. — Вы меня всерьез не воспринимаете?

— Терранс, я вас очень уважаю и не стала бы обманывать, можете мне поверить. Признаюсь, вы меня восхищаете. И поэтому прошу вас, не следует поддаваться чужому мнению, кем бы оно ни было высказано. Я сейчас ни на кого не намекаю и не указываю, — поторопилась заявить я. — Вы ведь умный хитар и способны на элементарный анализ.

— В последнее время я перестал что-либо понимать, — признался мужчина. — Лессиль! — вдруг вскинулся он. — Признайтесь, ведь этот огромный камень в моем фонтане — ваших рук дело?

По моим испуганно расширившимся глазам Терранс явно понял, что прав. Я же отвела взгляд, не зная, что говорить и как оправдываться.

— Простите, — наконец выдавила из себя. — Я случайно.

— Так, так, — снова разулыбался мужчина. — Рассказывайте!

— Я тренировалась, — понурилась я. — Этот камень на полигоне, он ведь всем мешает уже давно! Вот я и решила перенести его в сторонку. А потом вдруг подумала о вас. Мне отчего-то представилось, что вы той ночью не спали… Возможно, занимались у входа… Перед глазами встал этот дурацкий фонтан у вашего поместья! И вот… Так вышло. — Едва удержалась, чтобы не начать носком туфли елозить по земле. Взяла себя в руки и закончила довольно жалобным тоном. — Я так испугалась, что кто-то случайно мог пострадать.

— То есть вы целились в меня? — не скрываясь улыбался мужчина, выслушав мои объяснения насчет перемещения валуна. — А фонтан представили по чистой случайности? — подшучивал он. — И часто вы обо мне думаете по ночам? — без перехода поинтересовался Терранс.

Смело подняла на него глаза и чуть наклонила голову, глядя на хитара снизу вверх.

— И что, нагоняя не будет? — удивленно поинтересовалась я, начав улыбаться смелее.

— Вы играете с огнем, Лессиль! — надвинулся Терранс. — Когда вот так смотрите на меня, будто даете разрешение…

— Я не боюсь огня, — глядя ему в глаза, смело заявила я. — Огонь — моя основная стихия. Я способна его приручить!

— И что же вы станете делать, когда приручите его? — Терранс прижал меня к себе. Мы стояли вплотную друг к другу.

— Еще не решила…

— Не играйте со мной, Лессиль, — тихо попросил мужчина, не отрывая взгляда от моих губ.

— Не делайте того, в чем сомневаетесь, — в ответ прошептала я. — Того, на что не готовы.

— Я не сомневаюсь! И я готов.

Терранс медленно, будто давая мне время отстраниться, в то же время, не отрывая взгляда от моих губ буквально по миллиметру приближался все ближе и ближе… Сокращал ничтожное расстояние, что разделяло нас. Не знаю, может он ждал, что я сама подамся навстречу. Только я остолбенела от происходящего, мысли ворочались еле-еле, и все до единой крутились вокруг приближающихся губ любимого мужчины. Я даже успела на секунду испугаться, что сейчас кто-нибудь помешает… Мир вокруг и так будто замер, но стоило Террансу коснуться моих губ, как он полностью остановился. Остались только он, я и грохот наших сердец. В этот момент я совершенно забыла о своих обидах, обо всех недосказанностях, обо всем. С головой погрузилась в ощущения, что сейчас испытывала. Терранс притянул меня ближе, одной рукой поддерживая за спину, а другой зарывшись в мои волосы, углубляя поцелуй. А я охотно отвечала, запустив в ответ свою руку в белоснежные волосы лора.

Поцелуй все длился и длился, становясь все более глубоким и проникновенным. И вдруг наступил момент, в который я почувствовала, что вся я, вся моя внутренняя сущность будто устремилась к этому мужчине. Одновременно с тем, от него тут же пошла ответная мощная волна и вот они встретились. Как описать то, что я ощутила в этот момент? Никогда, никогда раньше ничего подобного мне испытать не доводилось. Никакие, много более интимные отношения не приносили и сотой доли того удовольствия, что просто-таки накрыло меня с головой. Эйфория! Вот как можно описать испытываемые ощущения.

В состоянии блаженства я и не заметила, что от нас с Террансом во все стороны хлынул силовой поток. Мир вокруг изменился. И это не образное выражение. Стоило нам разомкнуть губы, чуть отстраниться друг от друга, как оба одновременно заметили, что мы больше не в Риго. Мы стояли посреди крохотного острова посреди океана. Такого крохотного, что весь он был перед нами. Шагов двадцать в каждую сторону, вот и весь остров. Поначалу я не поняла, что произошло и не испугалась, все еще пребывая в состоянии безграничного счастья, а вот Терранс отчего-то нахмурился.

— Не переживай, — абсолютно естественно переходя на ты, хрипло заявил мужчина и чмокнул меня в нос. — Все будет хорошо.

Конечно будет! А как же! Только кто бы объяснил, что же случилось. Я еще немного отстранилась от по-прежнему крепко удерживающего меня хитара и посмотрела по сторонам. Вот только теперь до меня дошло, что мы и правда стоим посреди необитаемого острова в океане.

— Как мы здесь оказались? — удивилась я.

— У меня есть одна теория, — загадочно заявил Терранс, — но она довольно невероятная, прямо скажем. Нужно кое-что уточнить. Скажи, Лессиль, а ты не мечтала в последние минуты оказаться где-нибудь в подобном месте?

— Где? — не поняла я.

— Ну, на пустынном острове посреди океана, и чтобы только ты и я…

— Нет. Честно говоря, я вообще ни о чем думать не могла, — невольно покраснела я.

— А вот я мечтал, — рассмеялся Терранс. — Лессиль, я мечтал! — и снова стал смеяться, прижимая меня к себе. — Ты ведь даже не понимаешь, что произошло, да? — широко улыбался он, кружа меня по острову.

— Не понимаю, — заразилась я его весельем. — Терранс, поставь меня, у меня уже голова кружится! — хохотала я, даже не заметив, что мы оба уже довольно легко перешли на ты.

— Это не ты открыла портал, Лессиль! Это сделал я. А ведь у меня нет такого дара! Никогда не было. А у тебя есть. Знаешь, что это значит? — загадочно спросил мужчина.

— Что? — вдруг испугалась я.

— Я люблю тебя, Лессиль! — вдруг признался Терранс. — А обмен Силой через обыкновенный поцелуй, даже без обряда единения означает, — голос Терранса охрип и понизился, он говорил практически шепотом, однако его слова грохотом отзывались у меня в ушах. — Означает, что мои чувства взаимны.