Эпилог
Я не стала известным артефактором. Не спасла мир. Не изменила существующий порядок. Даже не вышла замуж за императора…
Зато я сделала счастливым одного конкретного хитара, единственного, больше всех достойного счастья.
— Мама! Ну сколько можно тебя ждать? — в комнату вбежал маленький ледяной хитар. — Все ждут только тебя! — притопнул он.
— Бишан, что за тон? — следом вошел Терранс, двигаясь напрямую ко мне. — Закончила, милая? — заглянул он мне через плечо.
— Закончила, — улыбнулась в ответ, переворачивая последнюю страницу написанной книги и откладывая писчую палочку. — Бишан прав, я недопустимо задержалась.
— Сегодня твой день, Лессиль, — подал мне руку любимый. — И ты имеешь право на маленькие вольности. К тому же Ирнан еще не прибыл, а все остальные подождут.
— А Ларилисса? — лукаво посмотрела на сына.
— Она с родителями прибыла в числе первых гостей, — выдавил из себя покрасневший Бишан. — Мама, идем скорее! Я хочу вас познакомить.
— Прости, что заставила тебя ждать, — чмокнула маленького ледяного лора в макушку. Ну как маленького? Бишану уже одиннадцать и у него три стихии. А еще мой сын похоже всерьез полагает, что встретил свою пару. Про эту хитайю Ларилиссу я слышу уже несколько месяцев.
За прошедшие годы мы с Террансом сумели освободить еще пятерых хитай, даровав им свободу и надежду на перерождение. Огромные выбросы Силы в момент их смерти не только способствовали рождению и развитию способностей сильных хитаров, но и подточили завесу настолько, что она вот-вот падет. Все мы готовимся к этому. Готовимся жить в новом мире, мире, где всем придется идти на уступки и учиться договариваться.
Ирнан сочетался обрядом единения с Ларикой, и у них уже подрастали две дочери и сын. Да уж, они времени зря не теряли, — улыбалась я, глядя на своего пока единственного сына. Недавно мы с Террансом решили, что оба не отказались бы от дочери. Уверена, со временем она у нас появится. В семье наших лучших друзей — Оланы и Мирта все благополучно. Мальчики выросли, Кати учится в ГАССе последний год. Дона Шарипа все так же живет в Схроне, иногда мы ее навещаем. Бишан считает бабушкой именно ее. Поначалу наш сын спрашивал, почему Ливелия его не любит, не считает своим внуком. Это самый сложный вопрос в нашей семье, ведь с доной Ливелией мы практически не общаемся. От домашнего ареста повелитель ее освободил десять лет назад, и женщина сразу же переехала в Торрон. Живет там одна, в наши редчайшие визиты носа из комнаты не высовывает. С внуком разговаривала за все эти годы лишь пару раз.
С сестрами мужа и их детьми у нас формальные отношения. Терранс по этому поводу совершенно не расстраивается, убеждая меня, что такая модель поведения была в их семье всегда.
Но все это для меня не имеет никакого значения. Ведь те, кто мне дорог, мои хитары, мои ледяные лоры — вот они, рядом со мной. Это все, что мне нужно для счастья!