ГЛАВА 39. УРОКИ МЕТАНИЯ КИНЖАЛОВ

Эйден

Я проснулся, когда солнце ещё только поднималось над Обителью. От Драконьих скал несло прохладой, а полуразрушенные стены не сохраняли тепло, поэтому пришлось спешно одеваться. Не желая лежать без дела, я отправился пройтись по городу.

Но только вышел из замка к лестнице и хотел спуститься, как застал поразительную картину, что заставила меня застыть на месте и вызвала лёгкую улыбку.

Ярослава метала кинжалы в мишень, на площадке у второго входа. Получалось у неё отвратительно. Но она девушка упрямая. Свой характер она проявила вчера. А сейчас…

Гибкая, стройная, с растрёпанными короткими волосами, с яростными рыками при каждой неудаче. Она была красива и невероятно жива. Та, кто действительно способен повести за собой армию. Даже на смерть.

— Да чтоб вас! — прорычала Ярослава сквозь зубы.

— Ты просто делаешь всё неправильно, — усмехнулся я, опираясь на перила.

Ярослава выдохнула, развела руками.

— В нашем роду считалось неуместным учить девушку боевым искусствам. А ведь это могло бы спасти мою жизнь…тогда. Или, что тоже возможно, ускорить смерть. И не было бы десяти лет клетки.

— Эта клетка сделала тебя тобой. Как и моё рабство научило меня тому, что не всё зависит от одного человека, — я спустился по ступеням, подошёл к мишени и поднял кинжал с каменной плиты.

Принцесса чуть склонила голову к плечу, с интересом наблюдая, как я взял кинжал за остриё, подкинул и поймал. Улыбнулся и подошёл к ней ближе.

— Это философия всех, кто старше двух сотен лет? — Ярослава прищурила глаза, в которых плясали смешинки.

— Валериан признался, сколько ему лет? — я наигранно состроил на лице гримасу удивления.

Девушка прыснула и помотала головой.

— А это большая тайна? — понизив голос, спросила она.

— Да. Он убирает каждого, кто об этом узнает.

Ярослава прищурилась, глядя мне в глаза, попыталась понять, вру я или говорю правду. Я не выдержал и рассмеялся.

— Вал не такой. У них философия гармонии со всем живым и всё такое.

— Я видела, как он притащил кроликов. О какой гармонии ты говоришь? — недоумевала девушка.

Я же взял её ладонь, вложил в неё кинжал и правильно сомкнул её пальцы на нём.

— Ну…он, наверное, Таргону помолился, исповедовался, поплакал, что нам нечего есть в походе.

Ярослава не удержалась и опять рассмеялась. И это было настолько заразительно, что я растянул губы в улыбке в ответ. Смех — чистый, лучистый и звонкий. Как весеннее солнце, что гонит холода прочь.

— Тебе идёт улыбка, — сказал я не подумав.

И улыбка пропала. Принцесса как-то сразу напряглась, подобралась.

— Прости, я понял. Больше так не буду.

Ярослава помотала головой.

— Всё в порядке. Я должна привыкать, что мир вокруг меня меняется и нельзя застревать в прошлом, — она кивнула сама себе. — Так ты покажешь, как правильно кидать кинжалы?

Я кивнул. Она повернулась лицом к мишени, занесла руку.

— На этом пока стоп. Запоминай мышцами. Одного занятия, конечно, не хватит. Но ты хотя бы будешь иметь представление, — и я начал корректировать её стойку, поправляя руку, ногу, вынужденно касаясь бедра и чувствуя, как она напрягалась, как вновь скользила по тонкому льду к проруби боли. — Яра?

Я привстал на колено, ставя её ногу правильно. Она опустила взгляд, сглотнула.

— Я могу тебя так звать. Знаю, у вас это разные имена…

— Да, мне нравится такое сокращение, — нервно выдохнула она.

— Яра. Если тебе не комфортно…

— Нет. Я хочу научиться. Я не хочу быть принцесской-обузой. Хочу быть той, кто достоин вести за собой народ. Они ведь пойдут умирать за меня. А я…

— А ты уже много сделала. Больше, чем многие из них за всю свою долгую жизнь. Ты убила правителя. Главного деспотичного принца. Не нужно принижать свои заслуги.

Я поднялся, обхватил её плечи руками, мягко улыбнулся и заглянул в глаза.

— И ты не принцесска. Ты королева.

Она горько усмехнулась и помотала головой.

— У королевы должна быть корона. И коронация.

— А разве это проблема? Думаешь, здесь не найдётся кузнеца, что выковал бы для тебя достойную корону?

Яра удивлённо расширила глаза. Наверное, она даже не задумывалась о новом титуле. А ведь он бы дал многое. Она сможет говорить на равных с князьями и королём Лунаргона, если, конечно, они или их наследники ещё живы.

— Думаешь, сейчас в этом есть смысл? — Яра задумчиво покрутила в руках кинжал.

— Да. Ты сплотишь народ. Станешь символом, за который они будут бороться.

Девушка кивнула, упрямо поджала губы. В её глазах вспыхнула решительность.

— Тогда научи меня быть сильной, Эйден. Той, кому не нужна будет защита. Той, что сама сможет постоять за себя.

Я улыбнулся. Наши занятия продолжились. Выходило у неё плохо. Но она старалась. Пока руки не начали дрожать от усталости. Тогда я остановил занятие.

— На сегодня достаточно. Твоим мышцам необходимо окрепнуть, а не перетрудиться.

— Мы продолжим завтра? И что я ещё могу сделать, чтобы укрепить мышцы? — а упрямства девушке не занимать.

— Пешие прогулки для начала, чтобы развить выносливость. Потом можешь перейти на бег. А дальше будет видно. И да. Мы обязательно продолжим завтра. А сейчас нам нужно отправляться на завтрак, потом совет. Ну и Злате с Валом нужно идею насчёт коронации рассказать.

Ярослава согласно кивнула, отдала мне кинжалы. И направилась к лестнице, быстро поднялась по ступеням. А я смотрел ей вслед и думал, была бы она такой без плена, без этой боли, что тащится за ней тяжким грузом?