Глава 13

— Да чтоб вас куры заклевали! — рычала я, выдёргивая из волос остатки какой-то фиолетовой жижи.

— Вам так идёт этот цвет. По моде нашего мира — самое то. Хотите, перекрасим?

Я скривилась, передразнивая двух разряженных «куриц», которые сразу после ухода Архонта вломились в мою спальню.

«Идиотки» — мысленно бросила я.

По их гадким улыбкам я поняла, что они просто решили надо мной поиздеваться. То ли от зависти — раз я фаворитка самого правителя, то ли от обиды, что их заставили прислуживать человечке. Не знаю. И знать не хотела.

Сначала долго причитали, какая я «хрупкая» и вообще — человечка. Мол, не по статусу двум нагиням одевать и причёсывать игрушку уходящего Архонта. На мои колкости о том, что я вполне могу выскользнуть из их змеиных рук, они только цыкнули, дёрнули за прядь — и, будто ничего не произошло, принялись обсуждать, какая я жалкая и как бы им «развлечься» с моим оленем.

С каждым их словом я закипала — медленно, но верно. От нервов пальцы сводило. Мне не хотелось, чтобы оборотницы меня причёсывали, заставляли снимать полотенце и морщились каждый раз, когда им приходилось до меня дотрагиваться. Я хотела нормально одеться, позавтракать и улизнуть в свой мир.

Спасибо. Наигралась.

Когда желудок рыкнул голодным волком, моё терпение лопнуло.

Две девицы с тонкими, длинными носами — одетые так, будто собрались на вечеринку, — расхохотались. Просто так. Без стеснения, без намёка на сочувствие. Зря, конечно: змеями родились –  ржали, как кобылы.

Я им так и сказала. Вдруг не знали.

Им сравнение не понравилось. Начался скандал.

Первая, в синем платье до пят, вылупила глаза от моего «неуважения», а вторая просто обернулась змей — и хлестнула меня хвостом. Я плюхнулась на попу, опрокинув пуф перед зеркалом.

Гадюки зашипели раздвоенными языками и снова кинулись ко мне, но я уже была начеку. Дунула им в лицо пахучей пудрой, которую они приготовили для меня, — и рванула вниз. Лестница сама понесла меня прочь от их шипения.

Сопровождающий должен был прийти за мной, но, раз не торопился — его беда. Я за завтраком с господами тоже не спешила. А уж убежать от напудренных дур — дело жизненной важности.

С головы на щёки, а потом и на шею капала фиолетовая слизь — та самая, что две дуры вылили мне на волосы.

Хорошо хоть одеться я успела. На ходу натянула первую попавшуюся вещь из кучи одежды, которую принесли нагини.

Это оказались замшевые штанишки и — судя по всему — либо мужская рубашка семнадцатого века  со шнуровкой и воланами,  либо неудачное женское платье.

Рубашка была велика поэтому я обернула ее вокруг себя, как  халат и заправила ее в штаны. Шнурок использовала как корсет — обвила его вокруг талии и завязала сзади бантом. Более-менее подогнала по фигуре — только рукава остались слишком свободными.

В итоге получилась этакая наездница-графиня-амазонка. Даже самой понравился новый образ. Да и мягкие сапожки до колен радовали больше вчерашней обувки.

В это счастье ворвался запах свежеиспеченного хлеба. Я подпрыгнула от радости и ускорила шаг.

Ноги сами понесли меня к хозяйственному крылу. Уже на подходе я знала: сегодня в меню будет самое вкусное. Звон посуды, зычные приказы повара пролились бальзамом на мою голодную душу. Я, даже не видя, кто там и что за добротной дверью, улыбнулась.

— Доброе утро! — Замерев от внезапной застенчивости, я обвела кухню взглядом.

Полуовальные окна, вырезанные в массивном камне замка, пропускали столько света, что я на секунду зажмурилась и не сразу разглядела реакцию местных обитателей.

— Можно мне у вас позавтракать? — спросила я, приоткрыв один глаз и быстро оценивая обстановку.

Как и ожидалось, у всех челюсти отвисли.

Две молодые девчонки — курносые, конопатые — спрятались за поваром. По белоснежному колпаку я сразу поняла, кто это.

— Господа наверху любят трапезничать, — недружелюбно нахмурившись, произнес престарелый шеф Луи из «Русалочки».

Я вздрогнула и невольно оглянулась на слове «господа».

— О! — Я понимающе кивнула. — Вы это про меня? Нет-нет, я вовсе не из господского состава, не переживайте. — Я легкомысленно махнула рукой и прошлась вдоль столов.

— Та-а-ак… Что тут у нас? Паштет, яйца, ветчина, йогурт, сладкая выпечка, голубой сыр? Да это же настоящий олл-инклюзив для гурманов!

Хищно улыбнулась, уже рисуя в голове картину: я счастливо ем и запиваю всё это кофе со сливками. М-м-м…

На гробовую тишину вокруг даже внимания не обратила.

— Н-но… — заволновался повар и перегородил мне путь к горячим пирожкам.

Желудок возмутился от такого произвола, но я всё же подняла голову.

Его бегающие глазки и выпирающий из поварского кителя «пресс» живо напомнили мне тот самый мултик.

Вот сейчас как запоёт про соус и тесаком замашет…

— Да я вас стеснять не буду! Мне просто положите вон то, то и, конечно, это, — блаженно улыбнулась, не в силах думать ни о чём, кроме пирожков. — И, кажется, с повидлом. — Я сяду вот за тем круглым столиком и… О! Это соус дорблю?

Мимо меня пробежала девчушка в белом фартуке, унося самый ароматный соус на свете. Рыжий хвост мелькнул из-под подола платья — и тут же исчез.

Я гулко сглотнула и потрясла головой. «Померещится же такое… Всё из-за голода.»

К моему счастью, шеф Луи оценил мои гурманские познания и подобрел.

— Жан! Немедленно накрой стол для нашей маленькой… «не госпожи»! — скомандовал своим тонким фальцетом этот шарик на ножках и умчался орать на помощников.

Я чуть не расцеловала усатого, пузатого и высокомерного повара, но вовремя отвлеклась на пушистые ушки расторопного Жана.

В закутке у входной двери прятались резной столик и стул с витой спинкой. Я влюблённым взглядом проводила долговязого парня лет двадцати — с кудряшками и кошачьими ушками, — который нёс поднос с моим завтраком.

Во мне боролись две Алисы.

Одна мучилась вопросом: «Почему у местного персонала лишние части тела?»

А вторая мурчала уже от одного вида сырной нарезки.

Победил голод.

Я счастливо откусила от наспех собранного бутерброда и щедро приправила его треугольником дорблю.

— Ух-х… Вот это удача!

— Идиоты! Раков нужно варить целиком! Что мне теперь делать с отрезанными головами?! — повар, уверенный в собственной гениальности, визгливо распекал очередного бедолагу.

Минут через десять я привыкла к его крикам и даже расслабилась. Вокруг царила суета: двери хлопали, посуда звенела, кто-то носился с подносами, — а я все так же оставалась незамеченной в своей уютной нише.

Налила себе кофе с привкусом жареных орехов и крепко задумалась.

Что мы сейчас имеем?

«Да задницу мы имеем, Алиса!» — взвился внутренний голос.

Я тряхнула головой. Мимо снова пробежала девчонка с любопытным хвостиком.

До этого момента я была уверена, что они — люди. В школе нам твердили, что двуликие могут обращаться в своего магического тотема и встать на одной ступени с богами.

Но о том, что они носят хвосты в человеческом облике, никто из людей не говорил. Это новая разновидность? Особенность? Или я просто пропустила важный урок?

— Жан? — потянулась я к парню, когда он забирал посуду. — А вы из другого мира?

Я внимательно его осмотрела: загорелые щечки, кошачьи ушки, гибкая осанка.

— Что? Нет, госпожа! — парень округлил глаза. — Мы самые что ни на есть двуликие, госпожа!

Его «госпожа» прошлось по моим нервам, как когтями по стеклу.

— Жан, я не госпожа. Забудь об этом, — поморщилась я, но быстро вернулась к важному. — Тогда расскажи, откуда у тебя такие красивые ушки? — Я показала над своей головой примерный размер его ушей. — Это традиция или магия?

Я подалась вперёд и почти уткнулась ему в грудь.

Нам твердили, что оборотни не могут быть иными, кроме как идеальными. А здесь я видела почти людей. Да, с оговорками, но без магического ореола и без той пугающей безупречности.

Тут явно дело нечисто. И, конечно, ни один человек на Земле о таких оборотнях не знает.

Я прикусила губу, обдумывая перспективы другого будущего. Будущего, в котором люди больше не будут колонией «идеальных» двуликих. Будущего, где моя сестра не лишится дома только потому, что нашей расе нечего противопоставить их силе.

Как же всё это интересно! Когда вернусь домой, напишу книгу «Страшные тайны слабых оборотней». Идея вспыхнула внезапно и так меня воодушевила, что я даже дышать забыла. Сердце забилось в ритме Хака — воинственного танца маори: тук, тук, тук-тук!

Я была готова вскочить, ударить себя в грудь и станцевать его прямо перед кухонным столом, смеясь от счастья, что наш кошмар скоро закончится.

— Я… Не уверен, что вам можно о таком рассказывать… — неуверенно протянул парень.

Но я быстро рассеяла его сомнения.

— Можно, можно, Жан! У таких расторопных помощников как ты, не должно быть секретов от своих господ! Правда?

Да, я всё-таки превратилась в «госпожу». Что поделать? Всё ради дела.

— Н-ну… Наверное… — он оглянулся по сторонам и выпалил: — Мы утратили звериную ипостась после того, как отказались от своих истинных!

Покраснел, как клубничка на солнце, и тут же исчез за дверью.

Так вот оно как…