Глава 14

Я ушла в свои весёлые мысли и пропустила момент, когда кухня опустела. А потом наверху что-то произошло: громко топали, яростно кричали. Желание подняться и посмотреть окончательно испарилось.

Пережду, пока обо мне забудут, найду кладовку, в которую попала по прибытии, и, может, удастся вернуться домой.

А если не удастся?

От этого предположения страх железной лапой стиснул затылок. Бр-р-р…Я поёжилась. Нужно было узнать и про стационарный портал. Эх, жаль, что рядом нет моего Стаса… Тот где угодно просочится и меня пропустит.

Пока думала, ходила по кухне туда-сюда и грызла ногти.

— Думай, думай, Алиса!

Дверь скрипнула, и взъерошенный Жан юркнул внутрь — и тут же налетел на меня.

— Ты чего такой? — удивлённо посмотрела на сбившийся набок белый фартук и глаза, горящие каким-то безумным блеском. — Черти гнали или сам за ними бегал?

— А?! Что? — ошалело уставился на меня полукот.

Ушки нервно дёрнулись, когда мимо кухни протопали несколько оборотней.

— У их светлости сегодня особенно скверное настроение… — то ли пожаловался, то ли просто констатировал Жан.

Он плюхнулся на табурет у кухонного островка в центре комнаты и дрожащими руками вытер пот со лба.

— Бедненький, — я сочувственно похлопала его по плечу, вспомнив, как сама с утра оказалась между молотом и наковальней. — Замучили вас, да?

— Да не то чтобы… — он, кажется, всё ещё был в своих мыслях и отвечал на автомате. — Просто сейчас все немного нервные. Турнир! — весомо добавил он . — Вот правитель с братом с утра собачатся по пустякам. Не могли коридор господ разделить. Архонт велел слугам переселить его брата с любовницей на другой этаж, а теперь не могут решить, кто с кем на второе испытание пойдёт.

— Правда? — задумчиво отозвалась я, а у самой уже пятки горели.

Я совсем забыла про второе испытание! Вспомнив лабиринт и всё, что на нас там падало и летело, я побледнела.

— Жан?

— А? — парень, кажется, тоже о чём-то крепко задумался.

— А где, ты говорил, у вас находится стационарный портал на Землю?

— Я не говорил, что он у нас есть… — Он наконец посмотрел на меня внимательнее.

— А вас… хм-м… случайно не вас сейчас по всему замку ищет стража Архонта? — Кошак бесцеремонно ткнул пальцем в мою сторону.

— Случайно не меня! — Я шлёпнула по его невоспитанной конечности.

— А мне всё-таки кажется, что вас ищут и никак не могут найти… — Он нехорошо прищурился в ответ.

— Когда кажется — креститься надо! — Отрезала я и поспешила покинуть своё любимое место в этом замке — кухню.

Сколько же здесь оборотней! Я даже растерялась поначалу.

У стражи были кожаные доспехи, умело повторяющие мощные мышцы, — медведи, по всей видимости. Сновали высокопоставленные господа: одни в белых рубашках и жилетах, другие — в расшитых золотом сюртуках. Последние точно наги. Они больше всех любили золото и всё кричащее.

Вжимаясь в стену, я добралась до большого зала — чего-то вроде общей гостиной. В стороне пылал огромный камин, в центре стоял накрытый стол на четыре персоны. И только один стул пустовал.

Я поняла свою оплошность, когда услышала глухой рык и удар по столу. Следом — женский вскрик. Замерла, а потом начала медленно пятиться назад.

Как хорошо, что повсюду ковры. Не услышат мои шаги.

У гостиной было несколько дверей, и, к моему счастью, ни одна не была заперта. Затаив дыхание и молясь, чтобы моё сердце не выдало меня своим грохотом, я на цыпочках прокралась к выходу.

Не успела сделать и двух шагов, как за спиной раздался чуть раздражённый мужской голос:

— Далеко собралась?

— З-з-за водой… — пробормотала я, оборачиваясь.

И точно.

Во главе стола сидел Архонт. По левую руку — его брат, а рядом с братом —  брюнетка Лейна, буквально дымящаяся от ярости.

— А зачем тебе вода? — удивлённо вскинул брови Архонт и даже отложил приборы.

— А вам зачем вторая фаворитка, или на старости лет некому воду подать? — я скрестила руки на груди, окончательно смирившись с тем, что из лап этого волка так просто не улизнуть.

— Воду мне носить не нужно. У меня для этого есть слуги, которым я более чем щедро плачу. И до старости мне, поверь, очень далеко. И вообще, хватит морочить мне голову. Садись за стол, — весело фыркнул волк.

Он взмахнул рукой — и стул по правую руку от него сам отъехал.

«Сильный какой…» — мысленно присвистнула я и тут же скорректировала планы побега.

Ноги будто вросли в пол. Всё моё существо фальцетом орало: «Не надо! Не садись с ними за один стол! Не надо — и точка.»

Я вскинула голову и ещё крепче скрестила руки на груди.

Кажется, моё сопротивление удивило их больше, чем меня — их добродушие.

— Ты меня ослушалась? — Каэль дёрнул подбородком и подался вперёд.

— Я не сяду за один стол с завоевателями и их игрушкой! — даже приосанилась от собственной дерзости.

— Хо-р-ро-шо… — протянул волк. Похоже, мне всё-таки удалось испортить ему настроение. — А со своим партнёром сядешь?

— С каким еще партнёром? — не поняла я.

— Ты что, про наш уговор забыла? Так я напомню. Если хочешь вернуть то, зачем пришла, советую до конца меня слушаться и не показывать свой заячий характер! — грохнул он так, что посуда звякнула.

— Да как же! Получу я своё! Вы всё наврали! — сорвалась я, больше не в силах держать это в себе. Будто над пропастью стояла — и притворяться, что всё под контролем, уже не было смысла.

— Вы только о себе и думаете! Моя сестра никогда не избавится от оборотней! Я знаю, что те из вас, кто отказался от истинной связи, больше не могут обращаться и теряют магию! Так зачем нагу от моей сестры отказываться и возвращать ее домой?! Вы все наврали!

Я так разозлилась, что совсем забыла про дистанцию. Подошла к нему вплотную.

— Ты ничего не знаешь, самонадеянная девчонка! м голос Каэля стал ледяным. — Думаешь, увидела пару дураков, отказавшихся от истинной связи в надежде получить что-то «получше», м и пришла обвинять меня? Думаешь, всё про нас поняла? Что люди — бедные овечки, лишённые свободы из-за своей доброты душевной? Я тебе не мальчишка из твоего двора, которым можно помыкать! Прежде чем обвинять правителя целого мира во лжи, убедись, что за наглость тебя не раздавят, как букашку!

Его глаза стали кипенно-белыми — будто в них не осталось ничего, кроме холода и пустоты.

Меня обдало жаром, а затем льдом от его потустороннего, нечеловеческого голоса. Казалось, все стихии сплелись в тугой жгут и рванули ко мне — смять, уничтожить.

Воздух застрял где-то в груди. Да и не нужен он больше.

Кажется, я умираю.

Потому что, кроме холодной пустоты, смотрящей на меня с высоты роста белого оборотня, я уже ничего не чувствовала.

Каждый раз, когда мне казалось, что я увидела всю его силу, выяснялось — это были цветочки. То, как волк попытался подавить мою волю в лабиринте, оказалось детской игрой. Вот сейчас всё было по-настоящему.

Мне даже думать не хотелось о чудовищной, давящей силе. Только свернуться клубком и заскулить… Как же страшно…

— Брат, не смей ломать её волю! — сквозь вой вьюги в моей голове пробился другой голос. — Она не это имела в виду! Девчонка не знала, что вызвала твоего волка на поединок! Каэль, прекрати…

Волчий рык стал последним, что я услышала.

Сознание сорвалось во тьму, и, кажется, меня кто-то успел подхватить, прежде чем я мешком рухнула на пол.