Глава 41

Мой брат стоял метрах в десяти от портала. Из двух предыдущих Турниров я помнил, что победитель должен не только первым пройти все испытания лабиринта, но и первым сесть на трон. С учётом этого к десяти метрам добавлялись ещё пять.

Итого пятнадцать.

Пятнадцать метров, которые чёрный волк должен был пролететь и не разбиться при приземлении, как хрустальная ваза.

А если толкнуть его так, чтобы он угодил прямо в портал? И успеть закрыть проход следом? Но как закрыть портал лабиринта до того, как все участники выберутся наружу?

За один молниеносный пролёт над зелёной поляной я успел придумать столько планов, в которых мне удавалось остаться наедине с Лисой, лишиться трона и испытать собственную судьбу, что самому стало почти смешно.

— А вдруг я тоже окажусь истинной парой Илиирии? Будет ли у меня столько удачи?

Из всех вариантов выбрал тот, где шансов на успех было больше всего, и с силой оттолкнул брата от ошарашенной девушки.

Только тогда понял, что Алиса не тянулась к Рейнару. Наоборот, она от него пятилась назад, не давая оборотню приближатся.

Магическим зрением я уловил, как сама девчонка не даёт истинной связи установиться. Она ловит светящийся жгут, который то и дело тянется к горлу брата, и удерживает его, не позволяя случиться тому, ради чего Рейнар был готов отказаться от победы.

Упрямство моего ёжика вспыхнуло так ярко, что разожгло костёр невыносимой силы прямо там, где я всю жизнь чувствовал пустоту.

Я сменил облик, приземлившись перед ней. Одним движением пальцев сотворил воздушный щит, не давая брату превратиться в фарш. И успел увидеть, как с помощью моей магии Рейнар стал новым правителем мира двуликих.

Коварно усмехнулся, наблюдая как резво летел брат к своей давней мечте — торну. А потом вернул всё своё внимание к ней.

Внутри волк зарычал от нетерпения. Для нас стало жизненно важно узнать, обречены ли мы на истинность с сиреневым чудом или нет.

Для себя я давно всё решил: смогу любить за двоих. Только бы она не отказалась от меня… Только бы впустила в своё сердце…

Но теперь мечтать и торговаться с судьбой было поздно.

Лиса стояла передо мной — живая, настоящая, моя. И я понял, что больше не хочу крохи. Не хочу жалкую половину. Не хочу быть тенью рядом с её счастьем.

Я хотел всё: её сердце, её выбор, нашу связь. Мне нужно было увидеть правду, почувствовать её. Она превратила меня в жадного вора, который больше не собирался довольствоваться украденными мгновениями.

И поэтому внутренние опасения я отбросил, как наги по весне сбрасывают старую чешую.

Одной рукой зафиксировал затылок моей девочки, второй притянул её к себе и обвил талию крепче любого жгута.

— Выбери меня, Лиса, — прошептал ей в губы, с трудом удерживая голодного волка от поцелуя.

Порывисто коснулся лбом её лба и зажмурился, не в силах встретиться с ее взглядом. Знал, что превращусь в пыль, если услышу отказ.

Но, как осуждённый на смерть, я сам сунул голову в петлю ожидая вердикт своего палача.

— Каэль… — прошептала Лиса так, что у меня под кожей проснулись мириады огней и тут же сожгли плоть пламенем боли.

— Лиса… Я могу любить за двоих. Только… — поторопился перебить ее.

— Тс-с-с, — тонкий палец лёг на мои губы. — Мой волк, я буду рядом с тобой сквозь пламя и яды! Ты мой! Я твоя! И я тебя не отдам! — чарующим, неземным голосом выдохнула она как божественную клятву, а потом более спокойно предложила: — Посмотри на нас, мой волк, прежде чем закончишь свою мысль. Убедись, что это то, что ты и правда хочешь.

Голос моей девочки защекотал душу лёгким пёрышком. На миг показалось, что мой волк обрёл крылья, а я сам оторвался от земли, став невероятно лёгким от одного только звука её голоса.

А потом, вдогонку, в груди взорвалось ощущение сильнее любой магии. Будто до этого я был слепым щенком, который прожил в кромешной тьме и только теперь прозрел.

Я в шоке распахнул глаза и уставился на светящийся жгут, который связывал нас воедино — прочнее любых уз во Вселенной.

В один миг мир взорвался красками и звуками. Дыхание сбилось. Колени подогнулись, и я рухнул на землю. Меня будто разорвало на тысячи частиц, подбросило в воздух пылью, а потом собрало обратно у её ног.

— Что это? — прохрипел я, сжимая кулак на груди.

Кажется, моё сердце больше не помещалось в грудной клетке.

«Истинная связь, мой волк», — не размыкая губ, ответила Алиса.

И мне показалось, что сердце уже не выдержит столько эмоции. Но как же я ошибался!

Словно в доказательство того, что ни один оборотень ещё никогда до конца не описывал ощущение истинной связи, я почувствовал её — свою женщину.

Грудь с трудом поднималась и опускалась, но я всё же поднялся и взял её лицо в ладони. Бережно. Почти боясь дышать. Будто передо мной была не просто женщина, которую я любил больше жизни, а чудо, способное исчезнуть от одного неверного движения. Большими пальцами я стёр слёзы с её щёк. Мысленно потянулся к ней, надеясь, что понял всё правильно.

«Наверное, спрашивать уже слишком поздно, но я всё равно хочу одну вещь узнать. Перед тем как…»

Я покосился на деревянный домик и едва сдержал улыбку.

«Алиса, ты станешь моей королевой, даже если я остался без трона?»

— Да! Да! Да! — Из груди моего ёжика вырвался всхлип. Потом ещё один.

А через мгновение она уже смеялась, пока по щекам катились крупные слёзы. Я облегчённо улыбнулся и решился на ещё одно признание:

«Кажется, до тебя я никогда по-настоящему не любил. И даже не знал, что после истинной связи можно полюбить ещё сильнее…»

Я завёл прядь непослушных волос ей за ухо.

— Я тоже! — громко и счастливо расхохоталась моя девочка.