Нисса

Я снова лежала в клетке.

Как они это делают, боюсь закрывать глаза, нет, я не боялась того, что больше не смогу их открыть, боялась того, где окажусь в следующий раз.

Звуки тяжелых шагов, явно не чокнутый профессор, продолжаю лежать, зачем открывать глаза, когда знаешь что увидишь.

Тело подает сигналы, запах еды, сглатываю вязкую слюну, продолжаю лежать.

Шаги удаляются, легкий шорох и тишина, с закрытыми глазами не так страшно, можно представить, что всего этого нет.

Запах еды раздражает, хочется встать и поесть – зачем?

Продолжаю лежать. Что-то теплое оставляет влажный след на руке, открываю глаза.

Легкая улыбка касается губ – все-таки нашёл, всегда рядом – но странное состояние, полная апатия ко всему.

– Здравствуй, мой хороший.

Просовываю руку через решетки, такой теплый, мурлычет – улыбаюсь.

Запах еды, заставляю себя подняться, одеяло соскальзывает на пол, пристально на него смотрю, темное пятно на светлом полу, продолжаю сидеть.

Усталость давит неподъемным грузом, хочется встать и бежать, апатия продолжает давить, надо поесть.

Ползу на запах, в голове туман, ложусь, закрываю глаза, слишком сложно.

Влажные следы на коже не дают заснуть, знаю – надо поесть, снова ползу, тарелка, рядом кувшин, сглатываю, в горле першит.

Сажусь, привалившись к решётке спиной, где-то далеко мозг сигналит о боли, чувствую слабые отголоски, руки дрожат и становятся мокрыми, прохладная свежесть стекает по першащему горлу, ложусь.

Руки тянутся в низ, накрывают плоский живот – пока еще плоский – а может быть, и навсегда?

Не боялась за себя, как же они, стоит ли жить, вправе ли я?

Надо верить, Адис нашел – уже не одна, заставляю себя подняться, должна быть сильной, для них, из-за них – он обязательно найдет.

Безвкусно, но необходимо, лучше, туман становится менее плотным, тело дрожит, усталость, надо поспать.

Холодно, мокро, надо укрыться одеялом, тумана в голове почти нет, мурлычет, значит, не приснилось.

Тело дрожит от холода и слабости, почему так плохо? Накрываюсь, приваливаюсь плечом к решётке, смотрит на меня, лежа рядом, такой большой и теплый, слишком далеко, слишком близко.

Тяжёлые шаги, нельзя позволить их убить у себя внутри, у каждого должен быть шанс на жизнь.

– Адис, защита… – словно обклеили пленкой. – Никого не пускай.

Слишком сложно, безразлично проваливаюсь в темноту.

Раньше был он и я, сейчас есть он и мы, будем ли, сможем?

Тумана в голове больше нет, лучше почему-то не становится, не хочется, ни есть, ни пить, это почти конец.

– Адис, приведи Мака, – мечется, ходит кругами. – Хороший мой, без защиты я выжить смогу, без помощи Мака – нет.

Понимает, уходит, на прощанье лизнув.

Закрываю глаза, открываю, тишина, значит, еще не вернулся – закрываю…

Сколько я тут уже нахожусь?

Явно больше нескольких дней, почему не появляется чокнутый профессор?

Даже еду приносить перестали, решили оставить меня здесь, ну да, помнится мне, обещали мучительную медленную смерть.

Раньше может быть и получилось, сейчас – уже нет, есть за кого бороться, будет для кого жить, обязательно будет…

Мальчишки, маленькие крохи, я не знала, я просто хотела очень сильно и – верила.

Для меня они были уже реальны – от каждой чёрточки лица, до крохотных розовых пальчиков.

Свернулась, обняв живот, на губах – улыбка, там, под руками, две маленькие жизни. Такие маленькие, но такие сильные, для ребенка мать – бог, не помню, где это слышала, тогда не понимала, но для них – я стану, с ними – смогу. Их слабость – моя сила.