Глава 12

Это походило на какое-то сумасшествие. Мы хватали друг друга губами, словно двое ненормальных, изголодовавшиеся по взаимным ласкам. И это несмотря на то, что ещё вчера мы занимались этим же самым! Во всяком случае, в памяти не переставали всплывать отдельные сцены, от которых у меня тотчас учащалось сердцебиение. Наверное, поэтому я этого так ждала…

Маркус мгновенно сорвал с меня мужскую фланелевую рубашку, и его руки тут же завладели моей грудью. Довольно ощутимо он сжал её, и из его горла раздался хриплый стон. Скорее, даже рычание. И от этого проявления мужской страсти меня затрясло так, что в беспамятстве я вцепилась вервольфу в плечи.

Только сейчас я поняла, что оказалась прижатой к огромной секвойи. Её ребристый ствол впился в спину, но мне на это было наплевать. Ведь едва я почувствовала, как Маркус вторгся коленом между моих ног, мой мозг буквально взорвался от страха и всепоглощающей страсти. Я прижалась к его ноге и начала непроизвольно об неё тереться. А когда жар в промежности стал просто невыносимым, я жалобно выдохнула вервольфу в губы:

— Не мучай меня…

Неожиданно Маркус отстранился, причём сделал он это так грубо, будто бы оттолкнул меня!

Я замерла, в полном недоумении, увидев в его глазах откровенную злость и… панику.

— Не прикасайся ко мне! — процедил сквозь зубы вервольф, продолжая меня буравить недобрым взглядом. — Что ты со мной сделала? Околдовала? Почему я не могу себя контролировать?

— Что?!

— Что слышала. Если бы ты была обыкновенной ведьмой, я бы знал, как с этим бороться. Но ты вообще непонятно кто! Да и как можно противостоять такой? Ведь ты, словно живой источник, от которого невозможно оторваться.

Ангелика, давай договоримся. Как только мы выйдем из леса, наши пути разойдутся. Мне ничего этого не нужно: ни волнений, ни угрызений совести… ни любви. А если мне понадобится секс, то я куплю себе любую женщину, какую только захочу.

Маркус нервно облизнул губы и пошёл дальше, как ни в чём не бывало.

Пребывая в полной прострации, я молча побрела вслед за ним...

Когда вдалеке показалась проезжая асфальтированная дорога, моё сердце мучительно сжалось. Я вдруг с предельной ясностью поняла, что моим злоключениям пришёл конец. Тут радоваться нужно, но меня почему-то буквально скрутило от невыносимой безнадёжности и грусти.

Кто я? Что я? Я так хочу домой, в Италию, к людям. Но, как выяснилось, я даже не человек! И рано или поздно об этом станет известно всем. Конечно, родители от меня не откажутся: для них я всегда останусь любимой дочерью, но вот для остальных… Ведь по новым законам я даже не имею право ступить на итальянскую землю, входящую в Коалицию Объединённого Человечества! И едва я пересеку границу, как стану злостным нарушителем. А так как я вообще непонятно кто, получается, мне нигде нет места…

— Жди меня здесь, — сухо приказал мне вервольф, доставая из своей спортивной сумки несколько пачек стодолларовых купюр и засовывая их себе в карман рыбацкого плаща. Последнюю пачку с изображением Бенджамина Франклина он слегка подкинул на ладони и, усмехнувшись, заметил: — Хорошо хоть я не понадеялся на онлайн-банк. Посчитал, что в такое смутное время наличка будет надёжнее.

Маркус бросил к моим ногам сумку с оставшимися деньгами, причём, с явно внушительной суммой, и пошёл к дороге.

— Доверяешь? — с сарказмом бросила я ему в спину.

— Да. Ты хоть и непонятно что, но очень порядочное и совестливое создание. Поэтому я нисколько не опасаюсь за сохранность своих сбережений. К тому же без тебя у меня получится быстрее привести нас в божеский вид. На тебя же сейчас начнут все таращиться и задавать ненужные вопросы.

— Понятно, не знаешь, как от меня быстрее отделаться.

Маркус скользнул по мне странным взглядом и, не комментируя моё замечание, пошёл пружинистым шагом к дороге…

Вернулся он примерно часа через два. К моей радости в руках у него оказались пакеты с логотипом какой-то закусочной и с одеждой. Не раздумывая, я тут же бросилась к еде. Схватила один из пакетов, но тут же поставила его на место: там оказались куриные крылышки. Нырнула в другой и тут же выудила оттуда упаковку с салатом из сыра и стручковой фасоли. Я сразу же набросилась на него как наркоман на долгожданную дозу. И только когда добрая половина контейнера была уничтожена, я опомнилась. Посмотрела на вервольфа, который жевал, не сводя с меня задумчивого взгляда, и смущённо пробубнила:

— Спасибо, Маркус. Ты не забыл, что я вегетарианка. — Я старалась не смотреть ему в глаза, после тех обвинений в колдовстве мне вообще не хотелось с ним разговаривать. Но я не могла одним махом перечеркнуть всё то хорошее, что он для меня сделал. В конце концов, вервольф рисковал из-за меня жизнью! Поэтому после короткой паузы я тихо добавила: — Спасибо за всё. Я этого никогда не забуду.

— Не стоит благодарности, — глухим голосом обронил оборотень и продолжил расправляться с отбивной из какого-то несчастного животного…

Платье мне пришлось впору, да и всё остальное тоже. Просто удивительно, как он сумел купить для меня одежду нужного размера? Я даже хотела пошутить по этому поводу, но вспомнив, насколько у нас с вервольфом натянутые отношения, промолчала.

— Ангелика, тебе придётся в последний раз сыграть роль моей невесты, потому как нельзя придумать легенды лучше, чем эта. Надень порфиру и следуй за мной.

Когда мы приехали с ним в отель, я тотчас направилась в душ. Не сомневаюсь, что Маркус сделал то же самое.

Его номер располагался рядом с моим, поэтому мне даже казалось, что я слышу за стеной его шаги. А когда я подставляла лицо под упругие водяные струйки, то представляла себе обнажённого Маркуса, как и я, принимающего душ. Никак не могла отделаться от этой воображаемой картины, сколько бы ни старалась. Ведь все мои мысли вращались вокруг этого невыносимого вервольфа. Невольно я представляла себе наше с ним скорое расставание, и моя душа начинала кровоточить…

Не успела я привести себя в порядок, как в номер постучали. Это оказался Маркус с каким-то мужчиной, который зачем-то меня сфотографировал. И только потом до меня дошло, что это для моих документов.

Какая же я дура, даже не вспомнила о том, что осталась без паспорта!

И едва за незнакомцем закрылась дверь, как Маркус поспешил меня успокоить:

— Не паникуй, уже через два дня твой паспорт будет готов.

— А разве для этого не нужно обратиться в Итальянское консульство? Честно говоря, я понятия не имею, что надо делать в подобных случаях.

Маркус уставился на меня так, будто я сморозила несусветную глупость. После чего с раздражением заметил:

— Представляешь, сколько на это уйдёт времени?! Я не могу тебя здесь караулить, мне нужно срочно заняться своими делами. Поэтому до дома доедешь с поддельными документами. Не волнуйся, не ты первая, не ты последняя.

— А зачем меня караулить? Я сейчас позвоню Шейле, а они с Томом что-нибудь придумают…

— Ну уж нет. Я лично посажу тебя в такси, а выйдешь ты из него уже в аэропорте. Хоть ты и считаешь меня бесчувственным мерзавцем, но я несу за тебя ответственность. Ты ведь мне жизнь спасла…

— Ты мне тоже спасал и не единожды. Так что мы квиты. Я и так слишком долго была для тебя обузой.

Когда Ангелика садилась в такси, подол её длинного платья (он специально купил такое из целомудренных соображений) зацепился за автомобильный порог. Поэтому Маркус быстро наклонился и освободил ткань.

— У тебя тут зацепилось… — почему-то с неловкостью произнёс он.

— Неужели хвост? — с насмешкой поинтересовалась у него девушка.

— Не понял…

— Что тут непонятного? Ведь ты же обвинил меня в том, что я тебя околдовала. А у каждой уважающей себя ведьмы должен быть хвост. Именно так раньше определяли, кто есть кто: имеется дьявольский отросток — значит ведьма. А там уже не столь важно, есть он или нет, главное, найти козла отпущения.

Маркус аж поморщился, не так ему представлялось их прощание. Честно говоря, он вообще не планировал разлучаться с ней надолго. Но здравый смысл всё же победил, и он не мог этому не радоваться. Но почему ему так чертовски плохо? Отчего его душа ныла, словно наболевшая рана?

— Ангелика, мне бы не хотелось расставаться на такой ноте. — Запоздалое чувство раскаяния овладело им настолько, что у него всё внутри задрожало от отчаяния. И Маркус вдруг с ужасом понял, что ему до безумия не хочется её отпускать! Несмотря ни на что.

— Мне тоже. Но, что сделано, то сделано. — Девушка грустно ему улыбнулась, и в её голубых бездонных глазах задрожали хрустальные слёзы.

Это стало для него последней каплей. Он решительно шагнул к автомобилю, но… было уже слишком поздно. Такси пулей сорвалось с места, унося от него девушку, которая перевернула всю его жизнь. Маркус застыл, не в силах до конца поверить в происходящее. Но, неожиданная мысль тотчас его возродила, добавив ему порядочную дозу оптимизма. Вервольф достал из кармана новый телефон, который он купил вместо своего прежнего, потерянного во время побега с поезда. Набрал номер знакомого частного детектива, услугами которого ему приходилось пользоваться для проверки потенциальных партнёров, и отдал ему новое распоряжение.

Вот и славно. Скоро у него на руках будет адрес Ангелики в Турине. Конечно, он бы мог и сам без труда найти её среди учащихся Туринского университета, где училась девушка на агрономическом факультете. Но ему хотелось знать о ней буквально всё: что представляют собой её родители, её финансовое положение, с кем она общается в свободное от учёбы время… Последнее его особенно интересовало. Он до сих пор не мог поверить в то, что у такой девушки как Ангелика никого не было.

Странная она, причём абсолютно во всём. И даже выбор её будущей профессии вызывал сплошное недоумение. Городская девушка и вдруг агрономия! И пускай она мечтала стать в дальнейшем экологом, ему была непонятна её фанатическая страсть ко всему зелёному и растущему из земли. Эка невидаль, что она слышит то, чего не воспринимают люди. Этим умением обладают все сверхъестественные существа без исключения. Но ведь они из-за этого не бросаются спасать каждый куст!

А может, такое странное поведение Ангелики объясняется тем, что она их не только слышит, но и понимает? Сколько раз он ловил себя на мысли, что этой девушке известно то, о чём он и понятия не имеет. А как ещё объяснить её странное поведение в лесу? Эта Белоснежка словно бы находилась в своей родной стихии. И улыбалась она порой так, что у него возникало ощущение, будто она с кем-то общается. Во всяком случае, с головой у неё всё в порядке, но вот со всем остальным… Интересно, что она такое?

Когда он вернулся в Пекфортонский замок, матушка ему торжественно объявила, что в честь его чудесного спасения она устраивает праздничный ужин. И как бы ему этого не хотелось, он не посмел ей возразить. Честно говоря, ему вообще не хотелось сюда возвращаться. Этот огромный дворец он никогда не считал своим домом. Ему гораздо комфортнее было в своей лондонской городской квартире. Но его мать упорно не хотела это принимать. Она не теряла надежды, что когда-нибудь её сын прозреет и начнёт воспринимать Пекфортонский замок как своё родовое гнездо.

— Дорогой, ты не против того, что я пригласила на вечер своих знакомых из Лондона? Они были проездом в наших местах, — невинно прощебетала Джанин Фейнингтон за завтраком.

Маркус тут же напрягся: он слишком хорошо знал свою мать. Поэтому сразу же понял, что приезд этих знакомых — хорошо спланированное и далеко не случайное событие. Тем более что затруднительно оказаться проездом в графстве Чешир по пути в Лондон.

А когда Джанин Фейнингтон опять же, «случайно» обмолвилась о том, что их гости — какая-то знатная дама со своей дочерью, у Маркуса не осталось ни малейших сомнений.

Видимо, его матушка снова хочет познакомить его с какой-то девицей…

Как ни странно, но гостья — девушка из знатного английского семейства, оказалась довольно милым созданием. Эбби сразу же зарекомендовала себя как далеко не глупая, прелестная во всех отношениях и, к сожалению, ужасно навязчивая девушка. Маркус пробегал весь день, прячась от неё в потаённых уголках замка. Но она, видимо, вдохновлённая его учтивостью, решила взять его измором.

Маркус даже не сомневался, что Эбби Солсбери действовала так по указке своей матери. А та в свою очередь выполняла рекомендации его несравненной матушки. Вот только никого из них не волновало мнение самого Маркуса. А он, как и прежде, даже не помышлял о женитьбе. Тем более, его мысли сейчас были заняты необычной девушкой из поезда, которая оставила в его душе неизгладимый след.

А Эбби тем временем решила, по всей видимости, нанести наследнику огромного состояния последний удар, или же на пиратский манер взять его на абордаж. И когда девушка якобы не нарочно столкнулась с ним поздним вечером около его спальни, которая находилась совсем в другом крыле замка от гостевых комнат, вервольфу показалось это просто возмутительным.

Вот тебе и аристократка, для достижения своей цели готова даже отдаться! Шлюха. Обыкновенная дешёвка, хоть и знатного рода. Интересно, его матушка догадывается, что подсовывает ему в жёны настоящую потаскушку?

Поэтому Маркус тоже решил не церемониться. Задумал преподнести ей такой урок, чтобы впредь она даже не посмотрела в его сторону…

— Эбби? Ты что здесь делаешь? — изобразил он чистосердечное изумление.

— Кажется, я заблудилась. — Девушка притворно засмеялась, с ложной стыдливостью прикрывая своё глубокое декольте.

Маркус оценивающе окинул взглядом её фигуру, едва прикрытую воздушным пеньюаром и уже в который раз удивился её нахальности.

— В таком виде ты решила сделать экскурс по замку? Как мило, — не сумел он сдержать иронии. — Может, зайдёшь ко мне? Я хотя бы накину тебе на плечи что-нибудь поприличнее твоего наряда. Не пристало порядочной девушке расхаживать в таком виде. Я понимаю, что это вышло у тебя случайно, и что любой может оконфузиться…

Эбби не нужно было повторять дважды. С любезной улыбкой она охотно последовала в спальню к холостому мужчине с гордо поднятой головой, как и пристало девушке из благородного семейства. И не успели они переступить через порог спальни, как тут же оказались в его постели. Её даже не пришлось уговаривать!

Любовницей она оказалась так себе, поэтому Маркусу и стараться особо не пришлось. В итоге он отделал её так, что бедняжка утром не смогла сидеть. Причём он её заверил, что этот нетрадиционный вид секса его излюбленный. И что если она станет его женой, то он будет ублажать её таким способом каждый день…

Вечером Эбби вместе с матерью неожиданно покинули замок, сославшись на неотложные дела. Маркус же вздохнул свободно: хотя бы одной проблемой у него стало меньше.