21. Мать

— Мне нужна Суньи! Если ты не можешь сейчас доставить мать сюда, верни меня на Землю! — рычал Ли Вэй. Раздался крик, стук — что-то упало, кто-то выругался, а после зашипел.

Полчаса назад одна из множества богато обставленных гостиных замка Циилин превратилась в поле битвы, так как пребывающий в ярости гость, наконец, дождался Карима и попытался его допросить. Старик заявился почти через сутки после того, как Ли Вэй прибыл в замок, и потому у полудемона было время накалиться. Мужчина не понимал, какого черта он бродит как привидение по незнакомому замку, где множество шэяо в цветных халатах называют его «дан» и кланяются почти до пола. Ли Вэю хотелось действовать: он прибыл в этот мир с совершенно конкретным запросом, вовсе не праздным, а потому всеобщая масляная почтительность на рожах и вместе с тем нежелание помочь бесили.

Тайпан не получил ответ ни на один свой вопрос, а увидев ехидную улыбку Карима и вовсе вспылил, попытавшись добиться своего силовыми методами. Однако старик оказался довольно ловким, а потому некоторое время довольно успешно уворачивался от взбешенного и пытавшегося его поймать наследника. Оба мужчины, придерживаясь своей тактики, перемещались по помещению, методично переворачивая мебель и разнося вдребезги фарфор со столов и тумб.

— Дан! Шиная будет завтра, ее нельзя тревожить! Шилла должна была вам все объяснить! — прохрипел Карим, так как Ли Вэй все же его настиг и в буквальном смысле припер к стенке, схватив за горло и приложив головой о золоченую поверхность узорчатого настенного ковра. — И уберите эту плебейскую ипостась, дан. Наследнику не пристало выпускать когти! — пуча глаза, увещевал старик.

Тайпан действительно совершил оборот в свою привычную форму когтистого, покрытого чешуей монстра — не особо похожего на змею, что, собственно, ему и предъявил седовласый демон.

— Боевая ипостась — это все, на что способны неистинные шэяо, — продолжал пузыриться Карим, несмотря на удушающий захват.

— И что с того? Мне не нужно быть истинным! Мне нужно найти ребенка! — шипел Ли Вэй, для пущей убедительности сжимая пальцы. Ему было мало и хотелось по-настоящему убивать: клыки рвались прокусить морщинистую кожу змеиного интригана. — Я сейчас тебя на части порву! — многообещающе рыкнул он.

— Ну вот это вряд ли! Вырастите своего ци-змея, тогда угрожайте! Я хоть и слуга, но кровь у меня погуще вашей! — оскалился Карим. Произнеся это, он наглядно продемонстрировал то, что имел ввиду. Вполне себе осязаемая шея, которую держал в своей хватке Ли Вэй, вдруг просочилась сквозь его пальцы, так как старик стал мягким как сахарная вата и текучим как вода — его тело истончилось и через пару секунд завертелось перед глазами ураганом коричневых точек.

Тайпан отступил, увидев, что его действия не причиняют этому пчелиному рою безумных частиц никакого вреда, а те тем временем сбивались в кучу и обретали очертания. Конечной формой Карима стал змей, что было вполне предсказуемо. Он вырос до огромных размеров, коснулся головой потолка, а хвостом лупанул Ли Вэя по ногам. Мужчина вовремя среагировал, не позволив подсечке свалить себя на пол. Крутанувшись, полудемон ушел от атаки и с разворота вспорол длинными когтями правой руки его кожу. Ногти вошли в мясо и там и остались вместе с прилагающимся к ним Тайпаном.

Не ожидавший отпора змей злобно зашипел, а полукровка глухо выругался, так как ползучий гад начал судорожно бить хвостом, пытаясь стряхнуть с себя инородный элемент. Маневр не удался: Ли Вэй плотно застрял своими когтями в плоти демона и болтался на его бешено дёргающейся конечности словно знамя на флагштоке.

Карим изо всех сил пытался избавиться от нападавшего, мотая его с пола до потолка и обратно, но тем самым оказал себе плохую услугу. Пролетая мимо участка тела змея, который условно можно было назвать шеей за счет близости к голове, китаец размахнулся и воткнул в нее когти все еще свободной левой руки. Карим завизжал и ускорил трепыхания, однако теперь это было вдвойне бесполезно, так как его голова и хвост были намертво скреплены между собой булавкой по имени Ли Вэй.

— Ош-х-ш-хренел… ли?.. — не очень внятно произнесла голова змеюки и прямо напротив распятого на змее полудемона разверзлась пасть, способная запросто оторвать ему голову.

— Приведи мне мать или верни к Вере! — не уступая, рыкнул Ли Вэй. Мужчина крепился, но ему тоже пришлось несладко: змеиная карусель нещадно потрепала нервы и одежду, а также наставила синяков.

— Отцепис-шсь… тесь… — бесился Карим, изо всех сил сохраняя вежливость и лицо.

— Не могу, — проорал Ли Вэй совершенно искренне. Даже пожелай он вытащить когти из плоти змея, не смог бы: те вошли как нож в масло, а засели словно арматура в бетонной стене. — Превращайся в человека! — приказал он.

— Не могу! — эхом вторил Тайпану Карим. — Вы нарушили циркуляцию моей ци, дан. Вытащите когти, наследник. Я так сдохну! — с трудом произнес он. Змей уже почти не шевелился, скрутившись в какой-то особо затейливый узел. Со стороны это могло казаться даже комичным: голова, хвост и Ли Вэй торчали изнутри большого клубка, но никому смешно не было. Особенно после того, как в комнате появился третий персонаж.

— А что тут происходит? Я как чувствовала, что в замке творится беспредел. Меня мучили кошмары, и не зря! Моя любимая комнатка, мои прекрасные вазы. Все уничтожено! Змеёныш! Что ты тут делаешь? Карим⁈ — рассерженная шиная Циилин, ступив на порог собственного замка, сразу рванула в золотую гостиную, так как оттуда тянуло энергетическими перепадами. Однако к такой картине она готова не была. Шиная и подумать не могла, что ее отпрыск находится в ее жилище.

На крик разъяренной демоницы оба мужчины замолчали и обернулись в ее сторону, глядя снизу вверх, так как в этот время как раз распластались на полу. Тайпан попытался еще раз выдернуть когти, и на третий раз у него это получилось. Как только Карим освободился, он опять зарябил и теперь его частицы собрались в человеческую ипостась.

В итоге оба мужчины — лохматые, немного дезориентированные, в порванной одежде и с кучей ссадин на теле оказались сидящими на полу у ног прекрасной Суньи.

— Шиная! Я прошу прощения! Дана привел я, — признал, вставая Карим.

— Ты называешь его дан? Так ты?.. Ты опять за свое⁈ Я запретила вмешивать моего сына в твои интриги. Нужно было спустить с тебя шкуру, когда ты в первый раз это предложил, — вызверилась на слугу Суньи, а затем обратилась к Тайпану:

— Змееныш! Я сейчас отправлю тебя обратно. Мне только нужно успокоиться.

— Шиная! Вы сделаете глупость! — громыхнул Карим ставшим вдруг очень чистым и совсем не старческим голосом. — Тиэнгао нацелился на ваш дом. Он низложит вас, поставив на Совете вопрос о том, что род Циилин ущербен, так как не имеет наследника. И когда вы останетесь не у дел, он затащит вас в свою постель…

— Ты забываешься, старый пройдоха, — огрызнулась Суньи, но уже без былого пыла. — Я еще способна за себя постоять! Да и с чего ты решил, что Вэй сможет стать полноценным? Он полукровка.

— Вы забыли? Я слышу ци как никто другой в Акунга-Нагаши. Ваш сын способен обрести своего ци-змея! Он уже почти с ним.

— Я так не думаю! — резким окриком женщина остановила старика и проследовала к перевернутому креслу. Подняв его, она уселась и разложила полы пышной юбки вокруг себя. Горделивая осанка, пронзительный взгляд и шелк длинных черных волос делали ее хищницей даже в человеческом обличье. Однако, похоже на то, что сейчас шиная была растеряна.

Суньи хлопнула в ладоши и в гостиную вошли слуги. Не задавая лишних вопросов, двое мужчин и трое женщин начали стремительно приводить помещение в порядок, и уже через десять минут оно больше не было похоже на результат нападения стада бизонов.

— Рассказывайте! — велела шиная.

— Мне нужно найти младенца. Его отец — шэяо, но на карте судеб я не нашел золотой точки. Так что предположил, что он тут, — наконец, подал голос все это время молчавший Тайпан. Он внимательно слушал, о чем спорили мать и ее слуга. Мужчина понял, что зачинщиком всего этого хаоса являлся Карим, который действовал в интересах клана Циилин, но без ведома хозяйки. Справедливо рассудив, что сейчас и его самого будут вовлекать в демонические интриги, перетягивая на свою сторону, Ли Вэй поспешил рассказать о насущной проблеме, чтобы поскорее найти ее решение.

— Похоже, разговор будет непростой, — вздохнула шиная и опять хлопнула в ладоши. Тайпан поразился, как ловко на это реагирует челядь, но больше всего его удивило то, что они в принципе догадываются в чем конкретно заключается приказ хозяйки. Его персонал в Пекине тоже был вышколен, но все же мужчине приходилось довольно часто открывать рот, чтобы донести до слуг свои приказы.

Пару взмахов рукой Суньи, и через пять минут перед ее креслом стоял столик с напитками и угощениями.

— Я совершенно измотана. Не восстановилась, еле сбросила последний кусок кожи и прибежала сюда, — скривилась женщина, отпивая из бокала ароматную жидкость, похожую по виду на лимонад. — Вэй! Я говорила тебе про змееныша. Ты послушал меня, да? Не ожидала!

— Не совсем… Это получилось само. Я познакомился с женщиной, которая родила его от демона. Мы хотим отыскать ребенка, — уклонился от прямого ответа китаец.

— Я не видела, что ваши судьбы пересекутся, — задумчиво протянула Суньи. — Неужели, старею? Впрочем, судьба иногда не раскрывает мне свои виражи. Ты был замкнут, озлоблен и омерзительно необщителен. Кто бы мог подумать…

— Ты знаешь, где ребенок? — прервал эмоциональный монолог матери Ли Вэй.

— Карта судьбы работает только на Земле. Поэтому мы и охотимся на ци в вашем мире. Если змееныш тут, то искать нужно другим методом, — провела ладонью по своим волосам шиная, накрутив один локон себе на пальцы.

— Каким? — напряженным голосом спросил Тайпан. Он сел в кресло напротив и подался вперед, слушая мать.

— Каким-каким! Обычным! Рыть землю носом! — рявкнула демоница. — Но для начала нужно узнать, кто этот демон и за каким хреном он притащил младенца в наш мир. Полукровкам тут не место. Да и кому они нужны… Только ты у нас оказался каким-то особо изощренным. Нажрался ворованной энергии и прокачал свою ци-суть… Кто бы знал, что так можно! Впрочем, ты же мой сын… — уже более спокойно сказала Суньи, улыбнувшись и сверкнув глазами.

— Так давай выясним, кто и за каким… демоном, — усмехнулся Ли Вэй, — притащил сюда мальчишку.

— Я прошу меня простить, что вмешиваюсь, но вы не хотите поговорить о том, чтобы завершить формирование ци-змея у вашего сына, провести ритуал принятия титула и представить наследника Совету? — прокашлявшись, вмешался Карим. — Это защитит вас, шиная…

Мать и сын одновременно повернули к нему головы. Старик привел себя в порядок после схватки с Тайпаном и стоял возле стены, потупив глаза, хотя почтения в нем нисколько не прибавилось. Скорее, он прятал от семейства Циилин свой хитрый взор.

— С чего ты решил, что это мне нужно? Я прекрасно управлялась сама…

— Шиная! — поцокал языком и покачал головой Карим, в то время как терпение Ли Вэя лопнуло. Он подскочил и встал перед матерью, закрыв собой слугу от ее глаз.

— Мне. Нужен. Змееныш. И вернуться с ним на Землю, — отчеканил мужчина. — Давайте, вы решите свои разногласия, когда сын Веры будет в безопасности!

— Да поняла я, — нервно произнесла Суньи Ли Вэю, после чего повернулась к слуге — Успокойся, Карим. Мне не нужна твоя забота, я справлюсь.

— Так ты поможешь? — опять вмешался Тайпан.

— Я попробую. Но для начала ты, Вэй, опиши мне любовника твоей… Веры.

Тайпан замер, осознав, что не может ответить на вопрос. Хочет, но не имеет возможности: китаец видел мужчину на видео, но лицо того было скрыто.

— Его может описать только мать мальчика, — поиграл желваками и нехотя признал Тайпан. Почему-то ему было неприятно говорить вслух о любовнике Веры.

— Хорошо, — вздохнула Суньи. — Карим! Где ты оставил эту идиотку? Да-да, мой мальчик, женщина, связавшаяся с демоном — недалекого ума. А уж с тобой — и подавно. Но что тут поделаешь, — встала с кресла женщина. — Я спрошу у твоей спутницы и вернусь. Вычислим того, кто ей заделал мальчика и быстро найдем. Этого прохвоста посылать смысла нет, — кивнула она головой в сторону Карима. Тот не стал возражать, продолжая изображать статую, полную смирения.

— Спасибо! — сам того не ожидая, искренне сказал Ли Вэй, а Суньи без тени улыбки посмотрела изучающе на лицо сына.

— Твоя благодарность пугает больше грубости и замкнутости, змееныш. Оставь это на более подходящее время, мы еще вернемся к этому. Жди меня! Я вернусь через несколько часов! — с этими словами демоница сделал шаг и растворилась в пространстве.

— Изящная! Настоящая королева! — с восхищением воскликнул Карим, а Ли Вэй вдруг понял, что слуга по-настоящему верен его матери, и что бы ни делал, старик верит, что это принесет ей только пользу.

Больше в этот день в замке Циилин погромов не было. Тайпан спокойно ожидал мать, а Карим покинул его с извинениями и предложением принести обед. Ли Вэй отказался, хотя не ел уже больше суток. Голод он не чувствовал, но зато с жадностью выпил воду, оставшуюся у демоницы на столе.

Мужчина пребывал в хорошо скрываемом им смятении: события последних дней пробили серьезную брешь в его броне, а царивший в голове на протяжении нескольких лет мрак немного рассеялся. Вместо пустоты там засели Вера с ее отпрыском и таинственным любовником — разгадать тайну исчезнувшего младенца стало для мужчины почему-то жизненно важным. Проснулся азарт, пытливость ума и жажда действовать. Дополнительным стимулом служил и маячивший на горизонте приз: благодарность Златовласки обещала быть очень самоотверженной. Девушка уже сейчас готова была отдать всю себя без остатка ради того, чтобы Тайпан ей помог. Представляя в подробностях, как это будет, когда Верин сын окажется в безопасности, и они все вместе полетят в Пекин, после чего он запрется в своем пентхаусе с русской не менее, чем на неделю и методично реализует все свои самые дикие фантазии, Ли Вэй ощущал, как предвкушение и нетерпение хватают его за горло и другие части тела. И еще он заметил одну важную деталь: с момента начала всей этой серии передряг со стриптизершей, мысли о Тае ушли из головы на задний план.

— Змееныш! — раздался голос матери. Спустя время она вернулась, как и обещала, однако явно пребывала не в духе. — Твоей Веры на месте не оказалось.

— А где она? Ты выяснила? Тебе же найти кого-то на Земле ничего не стоит, — подскочил при виде шинаи Тайпан.

— Боюсь, что это невозможно.

— Не понял! — замер мужчина.

— И я. Карим! — вдруг крикнула Суньи, а Ли Вэй подумал, что мобильная связь — весьма полезная штука, потому что крики его матери могут заставить заикаться даже самых сильных духом людей… и демонов.

— Да, моя шиная! — сладким голосом пропел слуга, появившись в комнате. Он пришел на своих двоих, но у Ли Вэя было ощущение, словно он материализовался из воздуха.

— Выкладывай! Где землянка? — допрашивала, угрожающе шипя Суньи.

— Да откуда ж я знаю? — сделал большие глаза Карим.

— Веры в отеле нет, — подошла к старику вплотную демоница, ловя его взгляд. Глаза слуги забегали, и даже Тайпану стало понятно, что происходит что-то нехорошее.

— Так вышла, должно быть, куда-то, — пожал плечами Карим, отходя на шаг от замерцавшей золотом шинаи. — Держите себя в руках, — подняв руки ладонями вперед, добавил мужчина, а Суньи прошипела:

— Куда ты ее дел? Твоя работа? Что ты натворил, а? Ее нет в земном мире. А тебя, похоже, сейчас не станет ни в одном!