Глава 28

— Черт! Ну как так? — нехотя разлепляю глаза из-за Васиного крика. Пытаюсь сфокусировать взгляд на настенных часах. Без двадцати десять. Ну и отлично, прям то, что доктор прописал. — Я же наводила будильник на полдевятого, — как навела, так кто-то умный это исправил.

— Это вселенная намекает тебе, что пора бросать работу, дорогая.

— Это ты сделал?

— Делать мне больше нечего, — невозмутимо произношу я, вставая с кровати.

Кажется, за прошедшие полгода, врать я научился лучше. На лице Василисы нет ни капельки сомнения в произнесенных мною словах. Исключительно дурное настроение из-за возможного опоздания.

— Не боись, быстро домчим, десять минут — не опоздание.

Натягиваю первый попавшийся джемпер и джинсы, параллельно наблюдая за тем, как вывернув почти всю полку, Василиса наконец-таки достает колготки и платье. Ан нет, не колготки.

— На хрена тебе чулки? Не холодновато будет?

— Я в кабинете работаю, а не на рынке, так что не замерзну. В этом платье выделяется резинка от колготок, поэтому нужны чулки.

— Кто увидит, что у тебя там выделяется под халатом?

— Все, кто будет на корпоративе.

— Каком корпоративе?

— Восьмое марта выпадает на понедельник, поэтому гуляем сегодня. Я же тебе говорила.

— Если ты говорила мне это, когда также была полуголой, то у меня работала только нижняя голова.

— Ясно. Ну, зато теперь точно запомнишь.

— А мне с тобой нельзя?

— Там только работники будут. Я ненадолго, в семь начало, в девять часов уже смотаюсь домой.

— Вась?

— А?

— На хрена тебе нужен этот корпоратив? Я тебя и тут накормлю, и напою.

— Потому что это правила приличия. Я не могу не пойти. Не волнуйся, у нас почти все женщины, а имеющиеся мужики все страшные, ну, разве что, новый владелец симпатичный.

— Ты вот на хрена мне сейчас это сказала?

— Потому что это правда, — едва улыбаясь, произносит Василиса, кидая в сумку тонну косметики. — В машине накрашусь, поехали? А вообще-то я могу сама добраться, все равно уже опоздаю. А ты пока собак выгуляешь.

— Чушь не неси. Ивановна выгуляет.

— А разве она сегодня приходит?

— Понедельник, среда, пятница.

— Я же просила два раза в неделю. Незнакомая тетка шастает по дому, мне это не нравится. Тебя самого это не напрягает?

— О, мне тоже не нравится, что кто-то работает, но этот кто-то не спешит увольняться. И кто мне будет надраивать дом? — открываю дверь, пропускаю Васю вперед. — При всем желании, ты, белочка моя, не уберешь двести квадратов. У Ивановны на это есть — хотя бы 8 часов.

— Мы мусорим только в двух комнатах, я сама в состоянии прибрать кухню и ванную, — резонно отмечает Василиса, надевая сапоги. В принципе в ее словах есть доля правды. Но моя домработница — это способ побыстрее уволить Васю, зная, что та испытывает к ней неприязнь.

— А я сам в состоянии нас обеспечить, и?

— Не могу сказать, что я шибко поумнела после развода, но в одном я убедилась точно — каким бы прекрасный ни был муж, женщина должна сама зарабатывать деньги. Не миллионы, но на обычную жизнь должно хватать. Я, конечно, дура, но не настолько, чтобы наступать на одни и те же грабли. Любовь любовью, ну в общем ты понял.

— Мне сейчас так треснуть тебя хочется.

— Понимаю. И даже принимаю. Не бери на свой счет, это не вопрос доверия или недоверия к тебе. Просто… так правильно.

— Кое-что в твоей речи все же не сходится, — открываю дверь в машине.

— Что?

Вместо ответа закрываю дверь, как только Василиса усаживается на свое место и сажусь за руль. Нет никакого желания устраивать разборки, которые в любом случае ни к чему не приведут. Где это видано вообще, чтобы мужик упрашивал жениться?

— И? — первой нарушает молчание сама Василиса.

— «Каким бы прекрасным ни был муж». А я тебе не муж.

— Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду.

— Ты тоже. Ты вообще в курсе, что рушишь мне все планы?

— Точно не все. Подумаешь, отдыхали под разными фамилиями, но ведь, как ты и хотел — на море зимой.

— Я тебе говорил, что ты меня сегодня особо бесишь?

— Да, только что. Разрешаю ударить меня в лоб мухобойкой, как только я вернусь с корпоратива. Кстати, заезжать за мной не надо. Я возьму такси.

— Почему ты такая упрямая? Я тебе роспись предлагаю, а не отжать твою квартиру, аля твой бывший. Точнее уже дачу, — отрезать! Отрезать мне язык.

— Какая есть, — спокойно произносит Вася, пожав плечами. — Не люблю, когда ты такой.

— Какой?

— Хмурый. Злой немножко. Вспомни, что я переехала к тебе, бросив свой дом. Хотя могла приезжать к тебе с пятницы по понедельник. Это, кстати, был компромисс с моей стороны, не находишь? Так что, не такая уж я и упрямая. Кстати, а что тебе подарить на день рождения?

— Стесняюсь спросить, а когда ты успеешь мне купить подарок, если идешь на корпоратив?

— На обеденном перерыве. Так что? — тянет руку к моей щеке, как только я останавливаюсь на светофоре. Зараза ведьмовская, стоит ей только улыбнуться или проявить хоть какую-нибудь ласку, так я млею как незнамо кто.

— Можешь сильно не заморачиваться. Мне хватит тебя в подарочной упаковке. Ну и…

— Я не уволюсь.

— Тогда и не спрашивай.

— Хорошо. Тем более мне просто нечего подарить человеку, у которого есть почти все. Не злись, Петь.

— Еще не начинал.

— А может, съездим завтра за город? Снега еще дофига. Покатаемся на лыжах, сделаем шашлык. Ну или что ты хочешь вкусненького?

— Вот только лыж мне еще не хватало. Добей меня, бля. И ты, я смотрю, тоже ни хрена меня не слушаешь.

— В смысле?

— В прямом. Я же говорил, что я позвал к нам Зорина с его девчонкой. И не надо ничего готовить, я в ресторане закажу.

Ну вот теперь кислая рожа не только у меня. Причины неприязни Василисы к моему, по сути, единственному другу — не ясны. Не знал бы ее подноготную, с уверенностью сказал бы, что так относятся к бывшим. Причем это взаимно.

— Ты бы так открыто мордашку не кривила.

— А на фиг он нам нужен? Мы можем провести время вдвоем.

— Потому что я так хочу. Ты бы хоть немного притворилась, что он тебе нравится. На минуточку, он мне жизнь спас. Сейчас бы я с тобой не сидел.

— Увы, симпатии к нему от этого не прибавляется. Но спасибо ему можешь передать от меня лично.

— Да что с ним не так?

— Все так. Но он мне место не уступил.

— Какое место?

— На медицинской конференции. Года три назад в Москве. Все мужики, которые сидели на последнем ряду, встали и уступили стулья женщинам. А этот один не встал, причем сидел с краю. Не то, чтобы я хотела сесть, но… это ненормально — не уступать место, — молчу, не зная, что сказать. Ну разве что…

— Не бери на свой счет. Он просто женщин не любит. К тому же, ты была не старой и не брюхатой, чего тебе место уступать?

— У меня были новые туфли.

— И?

— Попробуй простоять целый час в новых, узких туфлях.

— Ты что, настолько злопамятная?

— Есть немножко.

— Господи, пора бы забыть.

— Это сложно. К тому же, он мне напоминает одну неприятную личность. И тут уж никак не могу к нему прикипеть.

— И что это за личность?

— Да так, ты не знаешь. Мудак один, — недолгое молчание и все же продолжила. — Препод, — махнула рукой, уперевшись взглядом в окно. — Ладно, потерплю.

Остаток дороги до клиники доехали молча. Чувствую себя самым что ни на есть ребенком, у которого забирают любимую игрушку.

— Давай я за тобой заеду после корпоратива? Куда подъехать?

— Не надо, я сама. Ну, правда. Хватит тебе туда-сюда гонять. Не сахарная, в такси не растаю. До вечера.

Сама, блин, сама. Провожаю взглядом Василису и понимаю, что хочется сделать какую-нибудь гадость. Аля — кинуть на нее жалобу, дабы уволили, еще желательно громко. Я ведь могу устроить такое от реального пациента, даже без подставных лиц. Останавливают лишь остатки спящей совести. Башкой понимаю, что это путь в никуда, да и подло. Если призадуматься, она ведь и вправду могла остаться жить у себя и мотать мне нервы.

Только от этого понимания легче не становится. Домой приехал злой как незнакомо кто.

Смотрю на ходящую туда-сюда домработницу и понимаю, что она сама меня бесит, не меньше, чем Васю. Раньше я этого так не замечал. И дело не в новой помощнице. Убирает тетка отлично. Фишка в том, что я хочу видеть здесь даже в этой роли другую женщину.

Усаживаюсь на диван, устремляя взгляд на бутылку. Охренеть, от одной зависимости я подсел на другую. И это тоже не есть хорошо, ибо новую «зависимость» я не могу получить в любой момент, ни за бабки, ни за просьбу. То ли дело вискарь, он, в отличие от Васи, не работает и самостоятельность не проявляет.

Как уволить женщину без грязных методов? Ну, если только обрюхатить. Но, во-первых, неясно возможно ли это без медицины, во-вторых, не хочу я никаких детей на данном этапе. Я Васю хочу, а не малявку, которая заберет у меня ее внимание. Бля, когда я стал таким помешанным эгоистом? От понимания своей ненормальности становится еще хуже.

Кое-как дотерпел до обеда. А потом махнул в ювелирку. Почему-то раньше до меня это не доходило. Одно дело на словах — другое на деле, с кольцом. Чувствую себя самой что ни на есть бабой, которая не может определиться с выбором.

— Не бери это. Будет цепляться о всю одежду, — перевожу взгляд на Зорина.

— Ты что здесь делаешь?

— Приперло. Вот зашел в сортир.

— Тут нет сортира для гостей.

— Восьмое марта впереди, что я могу здесь делать, Петя?

— А я думал мне за подарком пришел.

— Цацку купить?

— Бери выше — брулик.

— В следующей жизни.

— Кто бы сомневался. Ладно, это не будем брать. А это?

— Слишком жирно.

— Значит хорошее кольцо. Девушка, беру это.

— А размер?

— А какой у нее размер? — поворачиваюсь к Зорину.

— Визуально у твоей толще пальцы, чем у моей. Значит бери семнадцатый.

— Ты мне сейчас точно не гадишь?

— За такие бабки, точно нет.

— Тогда семнадцатый.

Покупаю кольцо и оставляю Зорина одного выбирать подарок Жене.

* * *

Терпение… вот, что мне не нужно терять рядом с Васей. Рано расслабился. Сегодня кольцо примет, летом Соболевой будет. Уж если к зиме не получилось, то к лету дожму.

Правда, терпение меня все же подвело. К шести я уже примчался в клинику. На хер этот корпоратив, ни Васе в радость, ни мне. Благо, девушка с ресепшена меня уже знает и мне не приходится записываться на прием, чтобы попасть в кабинет Василисы.

— Привет, с наступающим.

— Спасибо. На сегодня у Василисы Петровны больше нет записи, — улыбаясь, произносит администратор, забирая протянутую мной коробку конфет.

— Спасибо, Сашенька.

Не знаю, чего ожидал от Васи, приходя в неоговоренное время. Скорее всего все же радости в ее глазах. Вот только стоило мне зайти в ее кабинет, как я забыл вообще о ее чувствах. Удар под дых, во всех, мать его, смыслах.