Глава 11. Дари

Поспасть все же получилось. Принцу удалось убедить меня, что Эл наверняка жив. А пока мы живы, все можно исправить!

Я давно не вспоминала об этой простой истине. Или, наверное, просто не было смысла. Я ни о ком не тревожилась, никого не ждала и не любила…

Не любила…

Только сейчас стало ясно, как дорог мне Эл. Мой охотник, мой вельтанин. Мужчина, от которого я всегда ждала подвоха, но и помощи тоже.

Единственный, кто тронул сердце за долгие столетья.

К семи утра я привела себя в порядок, собралась и даже морально приготовилась прощаться с королевской семьей. Но… ничего такого не потребовалось.

Ральфин появился на пороге комнаты и почти торжественно объявил:

– Вылетаем! – и сделал приглашающий жест, прихватив дежурный чемодан у двери. Из зала третьего этажа зеркало портала вывело нас… в замковый парк.

В лицо пахнуло утренней прохладой и огуречной свежестью, розоватые лепестки рассвета трепетали у горизонта.

Круглая желтая машина ждала нас в паре шагов от выхода из телепорта. Ральфин подсадил меня в кабину и устроился рядом. Какое-то время мы летели в глухом молчании. Эльталл выглядел сосредоточенным, серьезным и почти угрюмым. Я искала слова, чтобы утешить его, отблагодарить. Но все, что приходило на ум выглядело глупым, нелепым, ненужным.

Что можно сказать мужчине, который неравнодушен к тебе и все-таки везет к тому, кого любишь?

Когда молчание стало совсем тягостным, нарочитым, Ральфин внезапно нашел тему для беседы.

– Я читал, вы с Эльхаром вместе сражались с пиратами?

Я коротко кивнула. Ореховые глаза принца зажглись интересом, он покрутил рукой в воздухе, предлагая продолжить.

– Ну что рассказывать? – пожала я плечами. – Даже не знаю. Меня попросили создать материальную иллюзию. Стадо тирексов, чтобы те приняли на себя первый удар пиратов. И они приняли. А потом подоспела помощь охотников.

– Как ты управляла тираннозаврами вне корабля? – оживился Ральфин. – Насколько мне известно, вы не можете контролировать иллюзии, если не видите их. И тогда те рассеиваются.

– Эл надел мне какой-то новый прибор. Вроде браслета. Я видела сквозь стену, – объяснила я.

– А ты боевая! – похвалил Ральфин. – Не зря ты так брата… Хм… Не думал, что он когда-нибудь получит отпор. Хотя… Головы на плечах у него никогда не было!

Я вскинула брови – не думала, что принцу так хорошо знакомы старые земные выражения. Общегалактический юмор, пословицы, метафоры современные люди и инопланетники чтили и знали намного лучше.

Ральфин довольно ухмыльнулся:

– Эльталлы очень долго живут. Изучать инопланетные культуры – почти наше расовое хобби. Хотя скажу честно, я не в восторге от земной цивилизации. Загрязнила природу, почти уничтожила многих животных и растения. Потом все долго восстанавливали силами Галактического Союза. Но производства у вас по-прежнему на планете, заводы и фабрики тоже. Новейшие очистные системы, утилизаторы отходов, включая газы, это все прекрасно. Но лучше выносить производства в космос, как мы. На орбиту, на какой-нибудь станции.

– Я читала высказывания эльталов в галанете, – хмыкнула я. – Знаю, что вы приверженцы нетронутой природы, полного невмешательства в нее. Но люди не так давно заполучили даже нынешние технологии.

– Хм… – улыбнулся Ральфин. – Ты не человек, давно не навещала Родину, но все же относишься к людям по-особенному. Почему земляне такие? Уничтожают планету, истребляют флору и фауну. Но стоит поругать их или покритиковать родину, как сотни существ грудью встают на защиту. Разве не лучше просто бережно относиться к своей Земле, чем доказывать всем, какие хорошие предки и как восхитительна зеленая планета?

Я задумалась. Никогда не смотрела на свою расу в таком ракурсе. Действительно, земляне любили бить себя кулаками в грудь и даже в галанете всегда упоминали расу, в отличие от многих пользователей. Но обращались с планетой гораздо хуже, чем большинство других цивилизаций.

– Не думала об этом? – озвучил мои мысли Ральфин.

– Ннет, – только и смогла промямлить я.

– А вот подумай, – хитро прищурился принц и… машина села возле знакомого транспортника.

Я вдруг поняла, что Ральфин развлекал меня в пути, помогал не думать о страшном, не волноваться. Я все больше проникалась к нему симпатией и даже немного жалела, что Эл завладел моим сердцем раньше, чем мы с принцем увиделись.

Платформа доставила нас ко входу в корабль. Стоило дойти до серединного отсека, к пассажирским каютам, транспортник стартовал. Я ощутила, как он отрывается от твердой опоры, вздрагивает и несется вперед.

Ральфин проводил до каюты, донес чемодан, о котором я совершенно забыла.

Я присела на пухлый зеленый диван, почти один в один как на корабле охотников и откинулась на спинку.

Принц устроился в кресле напротив и спросил напрямую:

– Поговорим о планах или мне уйти и оставить тебя собственным мыслям?

Я посмотрела в ореховые глаза Ральфина, в его слишком невозмутимое лицо, похожее на гипсовую маску.

Меньше всего в этот момент мне хотелось остаться одной. Сходить с ума, переживать, возвращаться мыслями в прошлое, жалеть о том, что не сделано, не сказано между нами с Элом.

Но настаивать на том, чтобы принц развлекал меня, казалось нечестным. Тем более, что фактически он вез меня в объятия к сопернику.

Я растерянно замерла. Ральфин все понял правильно, кивнул и произнес:

– Значит, обсуждаем план действий. Я нарыл кое-что еще.

Я приподняла голову, окинула принца удивленным взглядом, но спросить не решилась. Он, что, совсем не спал? Ральфин вновь поймал мои мысли на лету.

– Эльталлы могут не спать неделями, – объяснил не без гордости. – Правда, потом нам нужен серьезный отдых. Но, надеюсь, к тому времени мы найдем бравого капитана и его команду. Теперь смотри, – Ральфин стремительно перебрался ко мне на диван, и вызвал монитор из кольца-компьютера.

Передо мной распростерся пространственный туннель. Черный и словно лакированный изнутри. Почему-то именно таким я его себе и представляла.

– Прикинем какие есть варианты.

– Ты же говорил, что определить – куда могло засосать корабль, получится только на месте, – с сомнением уточнила я.

Принц мотнул головой.

– Есть несколько слабых мест, если верить нашим данным. Нам нужно лишь вычислить самое тонкое. То, что порвалось в момент взрыва и заросло после. Вот смотри.

В черноте туннеля появились несколько желтых кружочков.

– Если корабль засосало сюда, – ткнул в первый из них пальцем Ральфин. – Наших вояк, скорее всего, перенесло в дальнюю ветку, и они очутились на планете Тальрия. Это безжизненное космическое тело, неподалеку от системы Каравелла. Если так, то охотникам покидать корабль не стоит. Нужно подавать сигналы о помощи, пока те не достигнут обитаемых планет. Если корабль угодил сюда…

Я слушала Ральфина в пол уха. Было просто приятно обсуждать спасение Эла как нечто обязательное. Словно других вариантов нет и не может быть в принципе. Мы в любом случае найдем вельтанина и выручим. Вот только выберем способ.

Хуже всего, по словам принца, если охотников занесло в планетарную систему у самых границ известной Галактики. Туда добраться сложнее и дольше всего. Туннели космотелепорта разведаны лишь в пределах Союза. Изучать те, что ведут дальше, мало кто брался, и сведения моментально засекречивались. Даже со своим сверхдопуском Ральфин не смог почти ничего выяснить. А если бы и выяснил, мы вряд ли рискнули бы туда отправиться. Неизведанные туннели часто непредсказуемы. Никто не знает наверняка – какие опасности подстерегают там неосторожного путника. И куда может занести шальной корабль, что рискнул стать первопроходцем. Обычно новые пути проверяют особые полицейские транспортники, оснащенные специальным оборудованием. У Лим Оллов такого не нашлось – королевскую семью никогда не интересовали путешествия за пределы Галактики.

Единственным шансом добраться до Эла, если его, и правда, забросило так далеко, оставалось лететь по космосу. И тогда путешествие затягивалось. Но Ральфин убедил меня, что и в этом случае, мы спокойно доберемся до цели в течение нескольких дней, максимум – недели.

Мы детально обсудили план действий, пообедали и прогулялись в игровой по вельтанскому лесу.

Он отличался от эльталлского также, как отличались эти две удивительные расы.

Крепкие кряжистые деревья, с резными листьями, похожие на земные дубы, напомнили об Эле. Не смотря на мощь и размеры, они устремляли ввысь идеально ровные стволы и венчались пышной шапкой крон.

Высокая плотная трава доставала почти до колен. Цветов здесь было мало. Но каждый выглядел настоящим произведением искусства. Одни напоминали пятнистых розовых человечков, что раскинули руки в стороны, приветствуя солнце. Другие – махровые маки с бахромой на лепестках. Третьи – ярко-сиреневые ирисы с пампушкой-пестиком.

Просторные поляны обступали плотные заросли кустарников. И ягоды на них были – одна к одной – яркие, большие, сочные. То алые, как кровь, то синие, то оранжевые они выглядели крупными мазками художника на фоне изумрудной зелени.

В вельтанском лесу пахло смолой и хвоей. Терпкими ягодами и кислым цветочным нектаром.

Птицы не пели – оглушали ариями, трещали, скрежетали. А бабочки казались еще больше, чем эльталлские.

Ральфин позволил мне, разинув рот, разглядывать вельтанский лес, а потом начал рассказывать о правлении на планете Эла.

– Там очень интересная система. Есть королевская семья, и правит она совместно. Несколько принцев, несколько принцесс и король с королевой принимают решение сообща, на большом совете монархов. Еще там есть три побочных династии. Они не могут вмешиваться во все вопросы до единого. Но вправе дважды в год присутствовать на большом совете и даже накладывать вето на его решения. Еще есть парламент. Он старается претворить королевские указы в жизнь максимально удачным способом. Может добавить что-то и от себя. Например, подзаконные акты. А ты знаешь, что на Вельтане почти сорок разных религий? По-моему они переплюнули даже Землю, нет?

Я повела плечом.

– Не считала наши религии. Но если учитывать те, что живы до сих пор, вельтанцы нас точно обошли.

– У них верят в множество богов, как Древние земные греки и в единого бога, как христиане. В одних религиях главенство отдают мужчинам, как у мусульман, в других – женщинам. На вельтане до сих пор есть несколько независимых маленьких королевств, где господствует матриархат. И воинственные варварши управляют своими мужчинами. Кстати, там практикуется многомужество! – Ральфин подмигнул так странно, так загадочно, что на минуту почудилось – он намекает на наш любовный треугольник. Но принц моментально отвел глаза и продолжил… Его голос журчал ручьем, лился, как приятная мелодия. Я слушала и воображала себя вместе с Элом. Там, на его далекой планете.

В мрачных черных скалах, внутри которых время от времени вспыхивали жили эрридра, редкого минерала, способного запасать энергию и сиять в темноте. В красной пустыне, под раскаленным солнцем, среди редких колючих растений, похожих на кактусы. В полярных снегах, где водились удивительные белоснежные пушные звери, внешне почти не отличимые от земных мамонтов. В морских и океанских глубинах, где реяли громадные плоские панцирные рыбы, каких не увидишь больше нигде во всей Галактике и охотились остроносые хищники, похожие на огромных земных щук.

Так незаметно пролетело полдня. Ральфин заказал биоботам обед прямо в игровую. Мы перекусили и продолжили прогулку.

К вечеру у меня ныли ноги, но эмоции схлынули, как бурные речные воды после отлива. Опустошения не было тоже, скорее некое предвкушение. Ральфин убедил меня, что все сложится так, как надо. С этими мыслями я легла спать пораньше, чтобы следующим утром застать приглашение принца прямо в рубку управления.

Сообщение в кольце-компьютере гласило: «Мы на месте, изучаем состояние туннелей. Приходи, чтобы не нервничать в одиночестве. Если боишься не найти – вызови в провожатые биобота. Я пока рассчитываю толщину слабых мест. Надо поскорее определиться с дальнейшим курсом. На незнакомой планете охотникам в любом случае придется несладко. Попади они в мир какой-то из разумных рас Союза, мы уже получили бы известия. Не переживай. Завтрак тебе накрыли прямо здесь. Как проснешься, приведешь себя в порядок, приходи».

Я метнулась в ванную и совершила моцион в каком-то лихорадочном возбуждении. Надела привычные лосины с длинным кардиганом, какие любила в юности, на Земле. Будто хотела вновь вернуться в атмосферу тех беззаботных лет. Когда еще не подозревали о сэлфах и космотелепортах, а про встречи с инопланетниками сочиняли фантастические книги и снимали фильмы.

Биобота вызывать не хотелось. Я немало путешествовала по Галактики в свое время. Когда открылись космотелепорты и наконец-то заработали в полную силу, я облетела многие планеты, которые позволял посетить «кошелек». И расположение отсеков на транспортниках знала назубок. Даже ориентировалась в медицинском. Пришлось. Однажды у женщины прямо в полете начались преждевременные роды.

Слава богу, сейчас такие проблемы легко решали медицинские биоботы, а оснащение корабля позволяло оказать первую помощь почти на уровне крупной больницы. Но бедняжка панически боялась оставаться одна. Муж бороздил просторы космоса на грузовом транспортнике и знать не знал о случившемся. С ним даже связаться не удалось. Такое бывает, если пытаться дозвониться до кого-то из одной ветки космотелепорта в другую.

Я просидела возле женщины все положенные 8 часов, пока на свет не появился замечательный карапуз, весом в 3 кило.

Помню как брела из медицинского отсека под барабанный бой сердца в ушах, хваталась за стены и судорожно глотала неожиданно плотный и вязкий воздух.

Вспоминала как рожала сына. Как маленькие ручки впервые коснулись щеки, груди, а карие глаза внимательно изучали мое лицо. Как малыш заплакал в руках у медсестры, а мне объявили, что он здоров и весит три с половиной кило.

Слезы лились из глаз, я едва добралась до своей каюты и проревела весь день. Воспоминания… Иногда они помогают нам выжить, напоминают о том, ради чего стоит бороться, а иногда крадут желание просыпаться следующим утром.

Каюта управления эльталлского корабля все же немного удивила меня.

В отличие от всех других, что мне доводилось видеть, здесь виртуальные мониторы распростерлись на все стены. Никаких датчиков и приборов вокруг не обнаружилось – все транслировалось на экраны в виде таблиц.

От накрытого стола пахло жареной рыбой – Ральфин, как и Эл выяснил, что я люблю камбалу. Горячая вареная картошка с пряностями источала приятный аромат. Мятный чай успокаивал одним лишь запахом.

Неприятные воспоминания сразу ушли, исчезли в туманной дымке прошлого.

Ральфин сидел на вращающемся кресле и работал с громадной виртуальной клавиатурой. Прямо перед ним трехмерная проекция монитора выдавала цифру за цифрой, помечая слабые места на схеме туннелей и выводя вычисления.

Принц оглянулся, бодро кивнул и жестом пригласил к столу. Пока дожевывала камбалу, Ральфин сосредоточенно работал на клавишах, вглядывался в экран и продолжал исследования.

К третьей чашке чая, принц развернулся на кресле и выдохнул:

– Все-таки их засосало в самый дальний туннель.

Я отставила чашку, ощущая, как все тело напрягается в ожидании дурных новостей. Ральфин поспешил сгладить неприятное впечатление улыбкой.

– Не переживай. Туннель ведет к обитаемой планете. Разумной жизни там, кажется, нет. Но галактические исследователи туда долетали, и это обнадеживает. Условия на Безымянной неплохие. Есть вредные газы и токсичные вещества, но это легко решается при помощи адаптационных браслетов. Плоды, грибы и ягоды пригодны в пищу. Коренья – нет, но адаптационные браслеты и кольца-компьютеры должны сообщить об этом вынужденным туристам. Опасности на Безымянной три. Хищники – тут обитают очень крупные животные, размером с земного слона и очень подвижные. Благо, слабая гравитация позволяет. Ядовитые болота. Туда лучше вообще не соваться. Даже полчаса дыхания испарениями могут убить. Но опять же, адаптаторы должны предупреждать и о таком тоже. И горячие ливни. Странное природное явление как-то связанное с особенными воздушными течениями в атмосферы планеты. С неба обрушиваются тонны почти кипятка. Животные и растения привыкли, инопланетники – нет. Но можно спрятаться в капсулы, под деревья, да и костюмы охотников приспособлены недолгое время выдерживать такие ненастья. Главное, вовремя найти укрытие. Поэтому на их месте я ушел бы в горы или остался на корабле.

Эл

В лицо ударил яркий свет, запах соленой воды и дикая вонь, словно где-то неподалеку кто-то умер и уже разложился.

Над головой синело небо. Безоблачное, с тремя Лунами-элипсами. Сейчас они едва просвечивали белесыми фантомами.

Справа от нас вдалеке простиралась густая зеленая полоска леса. Слева виднелись горы – серо-розовые, почти как Земные. Каждая вершина заканчивалась смешным маленьким пиком.

Посередине колосилось поле.

Море плескалось неподалеку. Биоботы уже собирали большую часть вещей, чтобы нести их, облегчив жизнь команде. Сворачивали спасительные капсулы, с помощью особого механизма, грузили в рюкзаки и надевали по два – спереди и сзади. Охотники группировались вокруг меня, в ожидании капитанских распоряжений. Мальрих подошел и встал по правую руку, Хорт – по левую. Помощники застыли соляными столбами, но лица их излучали полное спокойствие.

Я приподнял руку, привлекая внимание. К этому времени план действий уже созрел в голове. Пока корабль вызывает подмогу, надо отправиться в горы, устроиться там и соорудить нечто, что издалека заметили бы спасатели.

Пока ничего экстремального планета не сулила, но расслабляться не стоило. Незнакомые космические тела часто выкидывали фортели в самый неожиданный момент. Я слышал про метеоритный град, острые ледяные осколки с небес, про то как моря выходили из берегов за считанные мгновения и затапливали половину суши. Да много чего наслушался я про незаселенные гуманоидами планеты. А эта, определенно, относилась именно к таким.

Иначе где-то да мелькнули бы признаки цивилизации. В горах, в небе, как на той же Эльталле, на равнинах, как на Земле. Да и интуиция снова подсказывала – разумной жизни здесь нет и никогда не существовало.

– Ребята! – провозгласил я как можно бодрее. – Мы угодили в переделку. Во время взрыва Фербуссы случился мощный выброс энергии. Пираты додумались хранить у себя силовой генератор! Такой глупости не подозревал в них даже я!

Я окинул взглядом подчиненных – их лица заметно посветлели. Чего уж говорить! Любим мы обсудить недалекость пиратов, их трусость и лживость. Тем более, что все это истинная правда.

– Нам повезло. В туннеле космотелепорта образовались бреши и одна затянула корабль, но выбросила не на безжизненный кусок камня в космосе, а на планету. Она вполне обитаема, и, уверен, мы продержимся до прибытия подмоги. Корабль реанимировать не получится – все силовые установки вышли из строя в момент взрыва. Но SOS уже подается и будет посылаться еще, как минимум, дней десять. За это время наш сигнал долетит до самого разума начальства!

Охотники расслабились, захмыкали, загоготали в кулаки.

– Итак. Наши главные цели на сегодня! – посерьезнел я. – Добраться до горного массива. Разбить там лагерь. И придумать нечто, что издалека заметили бы спасатели. Это нечто должно хорошо просматриваться с воздуха. Чтобы поисковый корабль сел неподалеку от нашего убежища, и спасатели не искали нас по всей планете день за днем. Это в наших общих интересах. Всем все ясно?

Подчиненные взяли под козырек.

– Тогда в путь! Построение номер десять, биоботы окружают.

Толпа охотников мгновенно вытянулась в длинную шеренгу, по пять существ в ряд. По краям встали биоботы. Мы с Мальрихом пошли вторыми, сразу после полумашин, что двинулись во главе процессии.

Первое время все шло гладко. Даже, пожалуй, слишком. Мое воинское чутье просто вопило о том, что впереди опасность. Но впереди простиралось только поле. Высокие, жесткие травы неприятно шкрябали по форменным брюкам. Солнце палило все сильнее и адаптаторы замигали розовым – сообщали, что вынуждены забирать часть радиации, а, значит, придется искать место, куда можно ее «сбросить». Обычно мы прислоняли браслеты к чему-то неживому – например, к камню. Радиация переводилась в энергию и валун нагревался.

Сильно пахло пряным нектаром. Не сладким, а именно пряным, как некоторые земные специи. Равнина густо заросла травой и злаками, похожими на человеческую пшеницу. Изредка, то тут то там мелькали шапки маленьких белых цветочков.

Влажная почва местами чавкала под сапогами, и я не уставал удивляться – как палящее светило не иссушит ее, не превратит в камень.

Я понял сразу – горы намного дальше, чем кажется на первый взгляд. Но спустя часов пять пути, ноги поведали об этом ноющей болью. Кажется, я перенапряг мышцы в момент взрыва, когда все тело натянулось струной, и нынешняя нагрузка пришлась очень некстати.

Охотники выглядели усталыми, но спокойными. И в то же время я кожей ощущал – каждый из них напряженно ждет неприятностей. Также, как и я сам. На разговоры мы сил не тратили – шли в ногу, средним темпом, погруженные в собственные мысли.

Я думал о Дари. Вспоминал каждую минуту нашего общения, смаковал ее, проигрывал перед внутренним взором. Как она смотрела, когда мы общались в баре, до той проклятой ссоры. Как рвалась в бой с пиратами, как переживала за меня, поддерживала, подбадривала. Как рассказывала о себе и танцовщицах. Проклятье! Я все бы сейчас отдал, половину жизни, нет, две трети ради возможности увидеть ее снова. Опуститься у колен рыжей колдуньи, обнять их и просто сказать: «Прости и забудь».

Откуда родилась уверенность, что она согласится? Не знаю. Но ведь Дари – мудрая, умная женщина. Миновало достаточно времени, чтобы она наконец-то взглянула на нашу ссору с другой стороны, с моей стороны. Я сглупил, провинился, кто бы спорил! Но ведь и она не понимала всего, что творилось на танцполе! Хотя бы потому, что не знала моих архаровцев также хорошо, как я.

Я совсем замечтался, расслабился, когда вдалеке раздался странный звук, похожий то ли на рык большого зверя, то ли на охотничий рог.

Команда остановилась и принялась озираться. Биоботы мгновенно достали плазмострелы, остальные тоже. Мальрих и Хорт разошлись в стороны – на случай, если придется командовать ребятами разобщенно.

Все вокруг стихло. Почудилось – даже ветер перестал шуметь в колосьях и трава похрустывать под сапогами. И вдруг раздался новый утробный рык. Он явно вырывался из гигантской груди. Но сам зверь на глаза не показывался.

Секунда, другая и… мы потрясенно уставились вправо. Оттуда неслось нечто среднее между слоном и тигром. Размерами и комплекцией монстр напоминал именно слона, но пасть, уши и хвост у него были почти тигриные. Как и окрас – серый в оранжевую полоску.

Зеленые глаза с вертикальным зрачком уставились на нас не мигая.

Никогда не видел, чтобы существо таких размеров двигалось столь быстро. Наверняка, у хищника облегченный скелет, а мышцы очень плотные. С таким я уже сталкивался.

– План номер пять! – скомандовал я охотникам.

В планетарных драках мы участвовали редко, но во время тренировок отрабатывали и такие варианты. Команда среагировала мгновенно, как и положено охотникам. Ребята чуть согнули колени на высоком старте и едва зверь атаковал с очередным утробным рыком, рассыпались в стороны, группами по пять существ. Теперь хищник растерялся. Притормозил, оценил охотников из каждой группы и решил, что самые жирные и вкусные малкурты с вартанцами. Присел и прыгнул на одну из групп. Ребята выстрелили, упали на землю и прокатились почти под ногами монстра. Зверь заревел на всю равнину – из нескольких ран на его теле фонтанами хлынула кровь. Как я и предполагал, у монстра оказались мощные, плотные мышцы. А такие всегда снабжаются очень крупными сосудами. Ясное дело, что шкуру хищника местные животные пробили бы вряд ли, и внутренности зверя оставались в безопасности. Только не для плазмострела. Мы думали – все, хищник отступит. Но он остановился, выпрямился и зарычал так, что, казалось, задрожала земля.

Я сразу понял – дело дрянь. А когда зверю ответили такими же голосами, стало ясно – о чем так настойчиво предупреждала интуиция.

– План 8! – только и успел крикнуть я, когда прямо из-за гор навстречу вылетели еще четыре монстра. Три полосатых, и один черный, как ночь. Охотники бросились врассыпную. Но теперь не прочь от животных, а прямо на них. Хищники оторопели. Еще никогда добыча не бежала им наперерез. Ребята замелькали под ногами хищников как мухи между столбов. Мы с Мальрихом присоединились. Звери зарычали, начали топтаться на месте, пытаясь раздавить нас, как земляне – тараканов. Я не мог видеть всей картины, всей команды, но большинству удавалось улизнуть от свирепых атак. Выстрелить же получалось не у многих. Я сам первое время лишь приноравливался. Монстры начали топтать активней, подпрыгивали, пытаясь переместиться, но мы были шустрее. Наконец, мне удалось выскочить прямо под брюхо зверя и трижды выпустить плазменные сгустки, прежде, чем монстр поменял положение. Зверь заревел, в точности как первый, и завалился на бок. Максим едва успел отскочить из-под его мощной туши. Диего слегка задело лапой. Парень повалился и правильно сделал, что не стал вскакивать на ноги – покатился бревном. Монстр зарычал, пытаясь подняться, и Мальрих выстрелил ему прямо в глаза.

Зверь выдохнул – казалось гигантские меха освобождались от воздуха и рухнул замертво. Мы оглядели поле боя. Почти всех монстров уже обезвредили. Один еще отбивался, но Хорт как раз выстрелил ему в бок. А потом еще и еще. Зверь упал на колени и распластался на земле бесформенной тушей. Мальрих всадил ему плазменный сгусток между глаз, и мы хотели выдохнуть с облегчением, когда прямо на головы полился горячий поток.

Казалось, тонны кипятка обрушивались с небес.

Руку обожгло, на запястье вздулись несколько волдырей, на носу, кажется тоже. Боль пронзила почти до костей. Кто-то успел сориентироваться, кого-то зацепило. Мы торопливо натянули маски-шлемы и рукавицы. Серьезно ошпаренные поковыляли дальше, остальные заторопились к скалам. Вот теперь я понял – где мы. На планете Безымянная, чуть дальше границ известной Галактики. Только здесь шли горячие ливни. Форма охотников защищала нас от кипятка, но постепенно нагревалась сама. Нужно было успеть добраться до скал, пока одежда не раскалилась и не начала причинять вред. Других вариантов не предвиделось. Когда обожженные стали отчаянно отставать, биоботы подхватили их, закинули на плечи и зарысили дальше. Я перестал думать о том, что случится, перестал просчитывать варианты – весь превратился в движение. Шаг, другой, третий. Раз, два, раз, два… Только не замедляться, только не поскользнуться.

Под ногами зачавкало – ливень моментально размочил почву до мерзкой кашицы. Сапоги начали вязнуть в ней, и каждый шаг давался с заметным усилием. Но я продолжал, не забывая окидывать взглядом команду. Пока все шло неплохо. Мы рысью неслись с цели.

Жжение в руке и носу заглушало стремление к цели. Форма нагрелась настолько, что начала причинять неприятные ощущения. А спустя некоторое время и ожоги дали о себе знать резкой болью. Я стиснул челюсти, сжал кулаки и продолжил бежать.

Мальрих рядом тихо ругался по-вельтански. Хорт чуть вырвался вперед и возглавил группку людей. Им в такие дни приходилось особенно тяжело. Земляне редко ныли, и я очень ценил их за это. Но страдали они от ожогов заметно сильнее остальных – человеческая кожа была слишком тонкой и нежной для таких воздействий. Восстанавливались люди тоже гораздо хуже других. Но, в отличие от латтарнцев не жаловались, не хныкали как мусы.

Дождь припустил сильнее. Казалось, даже удары капель по форме отдаются в теле болью и жжением. Я вновь окинул взглядом команду. Ребята заметно приуныли. Опустили головы, замедлились, многие начали запинаться.

– А ну-ка! – прикрикнул я на них по внутренней связи: – Взбодритесь! Нам осталось-то совсем ничего! Что за нелепое уныние?

Сам я скорее злился, чем расстраивался. На себя, на проклятых пиратов, которым взбрело в голову хранить мощный источник силового поля на планете. И мерзавцам еще крупно повезло, что Фербусса не бабахнула в один прекрасный день. Силовое поле могло задействовать глубинные процессы в ядре планеты, активировать магму, запустить сотни вулканов. Но я успел заметить, что бандитам сопутствует какая-то своя, дурная удача. Они делали глупости, писали в галанете гадости, но часто выходили сухими из воды. Словно существовала неведомая нам богиня Похоти, воровства и невежества.

И она берегла тех, кто жил за счет других, удовлетворял низменные желания и потребности. Но, как и положено такому божеству, моментально пряталась в кусты, как только запахнет жареным.

Размышления отвлекли меня от боли и чавкающей жижи под ногами. Ярослав, еще один землянин, поскользнулся, проехался по траве и мутной черной кашице и сбил с ног двух латтарнцев – Цебба и Айви. Ящеры лихо откатились в стороны. Заргасс, наш биобот, умудрился поднять Ярослава почти за шкирку и поставить точно на ноги. Я не уставал поражаться выносливости полумашин. Заргасс нес на плече раненого малкурта – Рриго, в правой руке – его походную сумку, на груди и спине – по рюкзаку. Но умудрился помочь. Ярослав зарычал и упрямо двинулся дальше.

Вот что восхищало меня в землянах, так это железное упорство, беспримерная отвага. А еще способность в самых тяжелых обстоятельствах вдруг находить в себе силы и веру в победу. Я пытался учиться у них, и, надеюсь, не безуспешно.

Ноги ныли так, что я перестал различать боль в ожогах и усталых икрах. Но скалы приблизились и кольцо-компьютер моментально включилось. Несколько секунд – и я радостно помахал команде рукой. В скалах обнаружилась разветвленная сеть пещер. Судя по трехмерному изображению на виртуальном мониторе, некоторые вполне годились для жизни. Мальрих повторил мой жест, Хорт ободряюще промычал землянам сквозь маску и мы заторопились. Ливень не заканчивался, но идти вдруг стало резко легче. Близкая цель и каменистый грунт помогали нам сделать последние шаги.

Мы обогнули хребет по короткой дуге и нырнули в прохладу грота. Дышать сразу стало легче. Я стянул маску с перчатками, чувствуя как зудятся обожженный нос и рука. Вельтанский организм не подвел – ранки уже начали заживать.

Теперь требовалось оказать помощь раненым, разбить более менее нормальный лагерь и придумать – как подать знак спасателям. Только после этого мы с Мальрихом и Хортом могли выдохнуть и поспать.

Провизии нам должно хватить на неделю или даже чуть больше. Лекарств тоже. Сжатой воды – дня на четыре. Так что следующим вопросом на повестке дня станут поиски пресного источника.

Кольцо-компьютер подтверждало мои предположения, что искать придется «ногами». Ученые Союза не особенно исследовали Безымянную. Ее «держали в уме», как возможную колонию для одной из рас, на случай проблем с их планетой или перенаселенностью. Поэтому общие сведения в базу охотников загрузили. Облетая Безымянную исследователи видели пресные водоемы – реки и озера. Но конкретно их местоположение не записывали. Посчитали пока не нужной тратой времени и сил.