Глава 8.

— Ничего не хочешь мне сказать?

Настя подняла голову, перестав листать журнал, и взглянула на сидевшего рядом Дмитрия. Молодой человек выглядел воинственным, неловко поддел пальцем дужку очков на переносице, и заломил бровь, ожидая от Аси какого-то подтверждения своим подозрениям.

— Ты о чём? — с невинным видом поинтересовалась она, вновь уделив внимание представленным в рекламных буклетах домам.

Идея переехать из квартиры, купленной отцом, пришла ей утром, и показалась решительным шагом на пути самостоятельности. Она будет сама оплачивать съемное жилье, и тогда, возможно, Сергей поймёт, что дочь давно взрослая, не зависящая от их с Еленой родительской опеки.

В парке было пустынно. Близился вечер, вскоре сюда стекутся мамаши с ребятишками и влюбленные парочки, а пока девушка наслаждалась минутами уединения и покоя. Димка Шестаков был её лучшим другом, отличным парнем, своеобразной жилеткой для её бед. Квалифицированный специалист — юрист, он никогда не повышал голос, держался со всеми ровно, и Ася рядом с ним могла быть собою — иногда дерганой и нервной, порою в приподнятом настроении и игривой, и очень редко, как сейчас — рассеянной и задумчивой.

— Ты уволилась из санатория. — обличающие фразы посыпались как град средь солнечного дня. — сменила номер телефона, не звонишь ни мне, ни подруге, а твоя мама утверждает, что ты просто капризничаешь и пытаешься свести с ума отца!

— Ну да. Я же в том возрасте, когда больше нечем заняться, кроме как вести с предками баталии за право свободы. — саркастически усмехнулась она, повернув к нему открытую страницу. — нравится, вот тот, слева? И цена нормальная, что скажешь?

Мысли витали далеко. Чёртов Фил! С его появлением в её жизни всё пошло наперекосяк. И не только в переносном смысле, он умудрился пробраться даже сквозь броню её души, и она непрестанно думала о нем, то яростно проклиная то страстно желая, чтобы он сошел с ума от неё. Вот именно так — чтобы он возжелал её одну, и мучился этим неудовлетворением, чтобы у него крышу снесло, и всё валилось из рук!

— Кто такой Фил? — насупился Димка, став похожим на обиженного мальчика — переростка.

— Фил? — растерялась Настя, обругав себя за то, что зачем-то буркнула его имя вслух. — да так, знакомый. Ну, что там с домом? Посоветуй мне, ты же в этих делах опытный.

— Знакомых на хрен не посылают. — упорствовал молодой человек, захлопнув журнал. — так кто это? Твой новый бойфренд? Это у него ты живешь, да?

— Дим, не болтай ерунды! Да, я живу у него, но это не то, что ты подумал! — поспешно добавила, увидев, как его лицо затемнила тучка сомнения.

Худощавый и нескладный, нелепый в своем фраке и наглаженных брючках, Димка всегда вызывал у Аси смешанные чувства, то ли жалость, то ли желание поддразнить. Маменькин сынок в прямом значении слова, «серый мышь», в свои двадцать шесть он, по её размышлениям, до сих пор оставался девственником.

Нет, девушки у него, конечно, были, и он с ними даже спал, а они бросали его чуть не на следующее утро после совместного пробуждения, да еще и посмеивались над старомодными пуританскими суждениями. Однажды он позвал замуж Асю (из чисто рыцарских побуждений), когда она в порыве откровения призналась, что переспала с одним из завсегдатаев клуба, а тот счел её проституткой и утром небрежно бросил на кровать деньги. А ведь она испытывала к нему симпатию…

В общем, Дима был отличным спецом по образованию, но всё равно ни чёрта не смыслил в делах сердечных, и мог долго обижаться на неё за незначительную шутку по этому поводу.

— Ась… — нерешительно промолвил Дима, потупив взгляд, и занервничав. — я хотел тебе вот что сказать, э-э, то есть, предложить… Ты мне нравишься очень. Я знаю все свои недостатки, но обещаю, что сумею исправиться, со временем, не сразу.

— Не продолжай. Не надо, Дим. — остановила Настя, догадавшись, что за этим последует, и улыбнулась, словно ребенку, которого ненароком обидела. — ты хороший, это правда, ты мой самый лучший друг. Я ценю твою заботу, но пойми…

— Друг, — уныло вытянулось лицо парня.

— Да. Друг. — твердо повторила она, и поспешила сменить тему, — расскажи, как продвигается работа над новым делом?

Шестаков хмуро отвернулся, и она вздохнула. Ну вот, всё-таки затаил обиду. Надо было еще тогда объяснить ему, что между ними ничего быть не может, чтобы не вынашивал напрасных иллюзий. А она вечно тянет до последнего, и потом с трудом выкручивается из пикантной ситуации…

***

Фил посторонился, пропустив Асю в холл, но, едва она шагнула, было, к лестнице, задержал, ухватив за руку. Девушка замерла, не удостоив его взглядом.

— Где тебя носит? Алан весь извелся, на часы хоть иногда смотри, мать твою! — ткнул в дорогой «ролекс» на левом запястье. — почему я должен выполнять твои обязанности?

— В чем дело? — сухо осведомилась она, повернувшись к мужчине.

На нем красовался старый спортивный костюм с надписью на груди «Россия», и Ася невольно зацепила глазами его босые ноги. Красивые, большие ступни с ухоженными ногтями на пальцах привлекли её внимание, в горле неожиданно запершило. Филипп был поистине привлекательным, сексапильным, опасным. Чтобы он не заметил её замешательства, Настя быстро высвободилась, и отступила.

— В чем дело, спрашиваешь? — сдвинул он густые брови. — на улице темень давно, от тебя ни слуху, ни духу, могла хоть позвонить, предупредить, что задержишься?

— Постой-ка… — усмехнулась она, саркастически глядя в его гневное лицо. — я обязана еще и отчет тебе приносить, где и с кем бываю? Не припомню такого пункта. И вообще, контракт составил? Покажи, хочу удостовериться, что там нет никакого подвоха!

‍‌‌‌‌‌‌

— Нет, не успел. — на тон ниже возразил Фил, шагнул ближе, оттеснив Асю к перилам, и облокотился так, что она оказалась между стеной и им самим. — так где ты была?

— У меня есть личная жизнь, ее никто не отменял. Так?

— Допустим, — задумчивая гримаса разгладила суровые черты, и Настя невольно засмотрелась на него. — я никогда, слышишь? — никогда не произношу этого слова, но, пожалуйста, будь добра в следующий раз ставить нас в известность, что не явишься к ужину. Алан переживал.

— Я перед ним извинюсь. — смягчилась она, и поспешно уклонилась, угадав его движение, когда он протянул ладонь, чтобы убрать налипшие на ее щеку кудряшки.

— Пойдем, разогреем жаркое. Я чертовски проголодался.

— Ты что, не ужинал? — удивилась Ася, последовав за ним в кухню.

— Нет. — пройдя к микроволновке, Филипп нажал кнопку, и обернулся. — у Алана пропал аппетит, он рано лег спать, а я не люблю есть в одиночестве. Кусок в горло не лезет.

— Надо же, у богачей свои причуды. — поддела Ася, доставая из холодильника сметану и сыр. — а что, уже не брезгуешь садиться за стол с продажной девкой? Может, я заразу какую подцепила. Ты же не знаешь, где я шлялась.

— Тогда необходимо провести дезинфекцию. — невозмутимо заявил мужчина, и, не дав ей ахнуть, потащил за руку к ванной.

— Эй, ты что задумал? — громким шепотом завопила Настя, когда он впихнул её и вошел следом.

Дверь захлопнулась, щелкнула задвижка. Они очутились в кромешной тьме, на мгновение, потеряв ориентир. Только неровное дыхание Фила нарушало тишину, а стук сердца Насти, как ей показалось, был слышен даже ему.

— Сейчас смоем с тебя всю заразу, у меня отличные антисептики имеются. — наощупь шаря на полке в шкафчике, насмешливо пригрозил он.

— Спятил, что ли? — возмутилась Ася, лихорадочно ища щеколду, но почему-то натыкалась на прохладные, отделанные бордовым с золотом, стены.

— Я всегда говорю серьезно, ты уже должна это уяснить с нашей первой встречи. — зловеще сказал Филипп, и, рванув её на себя, принялся стаскивать кожаную курточку. — не бойся, здесь абсолютно темно, своеобразное инкогнито, и потом, твои прелести я не раз и не два успел разглядеть.

Куртка плюхнулась на пол, сопротивление ни к чему не привело. Зажав её руки одной своей, свободной он взялся за её футболку, и потянул вверх. Девушка отчаянно завертелась, пытаясь вывернуться, подняла колено, собираясь садануть ему в причинное место, но Фил угадал это намерение. Властно притиснул к стене, придавил своим весом, зафиксировав ее ноги бедром, и она яростно прошипела, задыхаясь в скомканной удавке футболки на голове:

— Отстань, или позову Алана! Уж он, будь уверен, примчится на крик!

— Каким, интересно, образом, прилетит на крыльях? — иронически хохотнул негодяй, жарко дыша на её обнаженную грудь. — он не услышит. Когда не в настроении, врубает музыку в наушниках и валяется на кровати. Так что твой план с самого начала провалился. Еще варианты?

Кожа ее, там, где щекотало его дыхание, покрылась пупырышками мурашек, и Ася вздрогнула. Всё это было слишком откровенно — полная темнота, их неистовая борьба, прерывистые вдохи и выдохи, и ее поза, с двусмысленно вздернутыми вверх руками, стянутыми футболкой, словно жгутом. Близость Филиппа взбудоражила, вызвала дрожь, но самое отвратительное…

Она чувствовала, как в бедро ей слабо ткнулся мужской орган, и ощущения от всей этой чертовой ситуации нахлынули совсем уж негаданные — Ася возбудилась, сама того не желая. А Филипп не унимался, прошелся носом по ее шее до ушка, обжег мимолетным касанием губ, и от этого легкого влажного поцелуя ее охватило новой волной озноба.

— Отпусти. — запнувшись на полуслове, неуверенно потребовала, снова предприняв попытку оттолкнуть его.

— А если не отпущу? — шепотом отозвался Фил, завладел мочкой, чувственно прикусил, заставив ее почувствовать, как ослабли колени.

— Это не смешно. — отрезала Настя, панически придумывая, как избавиться от него, и ускользнуть в свою комнату, подальше от этого мерзавца, вздумавшего в очередной раз играть с ней.

Ей надоели унижения, которым он ее подвергал, насмешки и презрительные взгляды. На кой она ввязалась в эту сомнительную аферу? Ему изначально нельзя было доверять. Это всё дух авантюризма, будь он проклят! Привыкла переть напролом, типа взрослая, и смелая.

Да с чего она вообще решила, что Фил её волнует, как мужчина?! Она его попросту не выносит!

Откуда ей было знать, чего ему стоило перебороть себя и свои грешные порывы! Фил едва не застонал вслух, моментально возжелав эту девушку, но, не смея сделать что-то большее, чем эти почти невинные ласки и дразнящие касания. Её грудь быстро и с придыханием вздымалась, и при каждом выдохе соблазнительные холмики терлись о его локоть, а он продолжал удерживать её руки жгутом из футболки.

Тут-то и грянула сирена, пронзительно завыла, испугав Асю, и стихла, а в щель под дверью начал просачиваться едкий дым. Филипп чертыхнулся, ринулся вон, и девушка бросилась следом. Неожиданным «спасителем» из лап коварного соблазнителя стал подгоревший ужин, из микроволновки валили сизые клубы, в кухне было не продохнуть. Схватив вафельное полотенце, мужчина принялся махать им, а она, подскочив к окну, толкнула раму, впуская в дом свежий вечерний воздух.

Вот так бесславно закончился этот вечер — обугленными кусочками мяса и скверным настроением Фила. И только Настя, уходя наверх, чувствовала душевное равновесие. Еще бы! Нашла несколько вариантов будущей квартиры, одолела огнедышащего дракона и с чистой совестью могла отправляться в объятия сладкого Морфея…