Глава 7

Эрар решил проследовать с караваном до приюта, куда и собирался. За ночь он успел воспользоваться амулетом и успокоить жену, предупредить доверенных людей и усилить охрану, даже согласовать пару арестов.

И вроде ехал верхом, был предельно вежлив, но я несколько раз ловила на себе его ехидные взгляды и гадала, стоит ждать мести, или он все же посчитает мое упрямство мелочью?

С ним рядом все время околачивался и Ард. Ну, тут все ясно, он был мрачен и всем недоволен. Пару раз пытался давать распоряжения Элине, и я уже собиралась вмешаться, но оказалось, девушка и сама прекрасно справлялась. И от того, что я видела, как она потом тряслась от страха и волнения, спрятавшись за стенкой фургона, ее смелость вызывала большее уважение.

Вечером на стоянке произошел очередной казус, когда Ард попытался заползти спать в наш фургон. Пришлось объяснить товарищу, что, не исполнив обязанностей, прав он больше не имеет и привилегий тоже. Оборотень в корне был с этим не согласен.

А я, не выдержав его наглой самоуверенности, в сердцах пожелала ему спотыкаться на каждый пятый шаг, лёгкое тепло на запястье, где был спрятан браслет с лисенком, меня насторожило. Ещё больше, насторожила ругань за бортом фургона. А уж когда я увидела разьяреного Арда с обвинениями, что я ведьма, я точно поняла, что неспроста это тепло было и хихикающий голос Алиены тоже.

— Помилуйте, какая ведьма? Была б у меня хотя бы маленькая искорка, выбирали б не меня, а я. Видимо, вы настолько неправы, что уже силы этого мира начинают вам намекать, что было бы неплохо пересмотреть свои убеждения.

— Я выведу тебя на чистую воду. Ты явно что-то скрываешь. Я не встречал пока ещё простолюдинок, по памяти декламирующих законы и нагло шантажирующих правителей. Да и рассуждения, о которых говорил Эрар, тоже не свойственны человечкам. Да и речь перед эшафотом… Даже у меня мороз по коже от того взгляда. Так не смотрят простолюдинки. Никогда. Духа не хватает.

— Ой, ну конечно! Потерянная в младенчестве наследница рода. Ни у кого дочь не терялась?

— Смейся, ведьма, но я вытащу твою подноготную.

— Что ж. Удачи. Но судя по успешности вашего выбора и недавним событиям, мне б ничего не грозило, даже будь я самой Мориной.

— Лангранова тварь!

— И вам добрых снов.

— Вы закончили обмен любезностями? Можете, конечно, не торопиться, до рассвета ещё далеко — Элина стояла ухмыляясь и сложив руки на груди.

Вот кто бы ожидал, но Ард явно опешил от такой смелости от забитой и робкой девушки.

Он видимо хотел что-то сказать, но смог выдать только неразборчивое шипение. Уже опуская полог фургона, я специально громко спросила

— Слушай, а он точно не наг? А то так душевно шипит

— Да какая разница- то, что оборотни, что наги — и те, и те козлы — также громко и четко ответила Элина.

А потом уткнулась лицом в подушку, чтобы скрыть озорной смех.

Наш путь в дальнейшем происходил под пристальным вниманием Арда. Он все время старался оказаться рядом, каждый раз испытывая, какая реакция будет на его распоряжения. И меня почему- то сильно радовало, что Элина реагировала или насмешками, или игнорированием. И хотя спотыкания прошли уже на третий день, я была виновата во всем, что происходила с этим горе-мужем.

Каждый раз, он все больше убеждался, что я не та, за кого себя выдаю, а я каждый раз ему объясняла, что, кем бы я не была, брать на себя обязательства перед непонятными мужиками и подпадать под магическую клятву принуждения, так себе развлечение.

Каждый наш спор заканчивался задумчивыми взглядами Эрара, и заключением Арда о том, что я дурно влияю на его жену.

Каждый раз, когда Элина это слышала, она не ленилась напоминать "Слава Морине, уже бывшая".

На последней стоянке перед приютом при храме богини Живы, Эрар попросил меня уделить ему время для "сложного" разговора. Дело в том, что сопровождать нас дальше он не собирался, тем более, что территория его королевства заканчивалась через два дня пути.

Дальше для нас начинался самый лёгкий участок пути по землям эльфов. Эти ребята не позволяли двуногой нечисти бедовать на своей территории. Патрули без конца прочесывали территории, при попытке похитить девушку, направляющуюся по выбору к нагам или оборотням, или причинить ей какой-либо вред, пытающиеся вешались на ближайшем дереве и уходили на подкормку леса. Так что можно было расслабиться хоть ненадолго.

И как бы мне не любопытно было взглянуть на ту самую настоятельницу, что обозвала королевскую семейку "подлючими собаками" и не побоялась воспользоваться правом на справедливость, но времени на это не было. К моему сожалению.

Я отошла в сторону от лагеря, для разговора, я ещё планировала успеть на вечерние посиделки. Подростки и дети пересказывали друг другу страшные истории. И главными героями этих мрачных легенд были Ланграны. Было забавно слушать ребятню и возмущения Алиены, что опять все переврали. Да и точка зрения некромантов на всяких героев-освободителей как то не совпадала с общепринятой.

— Вы, наверное, понимаете, что скоро наши дороги разойдутся. И я помню, что вы для меня сделали. И хотя я знаю, что вы считаете мой долг погашенным, я бы хотел быть уверенным, что ваша судьба не будет к вам сурова. Да и признаюсь откровенно, предложение, которое я собираюсь вам сделать, выгодно и для меня.

— Меня уже настораживает такая забота.

— Ну, заботы как таковой в нем мало.

— Вы о каждой человечке так переживаете?

— Далеко не каждая человечка, кинется спасать оборотня, и потратит на него пару редких зелий. Мои лекари, что перенеслись порталом ко мне в вотчину Арда, были очень удивлены тем, кто бы мне мог их одолжить. А ещё открою вам тайну, заметьте, даже не беру с вас клятву молчания, у каждого оборотня правящей семьи есть свой, уникальный дар. Я вижу истину

— И что это значит?

" То, что он видит тебя настоящую, а не ту, которую сделало из тебя зелье"

— Что я сильно удивился, услышав описание вас от других.

— И никому не сказали?

— Нет, и не собираюсь. К тому же понимаю, что это скорее артефакт или зелье, чтобы преодолеть долгий и небезопасный путь.

— Вы проницательны. И да, правы. Мой вид лишь на время. Но что за предложение?

— Вы же знаете, что выбор это чистая магия, чтобы выжить. Чтобы не вымерли наши народы. В нем нет божьей воли. И поэтому этот выбор не окончательный и есть артефакты, позволяющие установить связь даже после истечения срока выбора. Есть такой артефакт и в моей семье. Я бы хотел его использовать.

— Использовать на мне? Зачем? Мне бы от того, который есть избавиться.

— Так бывает, что выбор падает одновременно на одну девушку, для представителей нескольких народов. И тогда действуют иные правила. Девушку не могут принудить к близости. Не могут передать родственнику или побратиму. Скажем так, для вас это более достойные условия и возможность вернуться обратно в свою страну. На Арда не стоит надеяться, он едет с вами только из-за Элины, так как уверен, что сможет вернуть дурочку домой. Защищать вас он не станет.

— Да это и понятно. Скорее ещё и сам проконтролирует, чтоб точно прибили, наверняка. А вот вам какой интерес?

— Мой интерес в том, кто будет на обратной стороне связи. Мой друг. Лучший, с которым мы прошли не один бой, и который не раз прикрывал мою спину. Дарден Варлах.

— Я так понимаю, что с ним что-то не так?

— Я все больше убеждаюсь, что Ард интуитивно, но угадал. Не все так просто с вашим простолюдинством. Вы редкая умница, а для человечки и вовсе удивительная. Дарден сейчас не просто единственный наследник в роду, он вообще единственный Варлах. И мне не нравится то, что происходит в его личной жизни. Скажем так. Существует дама, из не очень благонадежного семейства, которая дёргает его как марионетку. И мне необходимо, что бы его мозги прочистились на свежем воздухе подальше от дворца.

— А не будет ли ваш друг вам настолько благодарен за организацию такой прогулки, что попросту прибьет меня?

— Скорее всего, захочет. Но на пути его желания встанут закон, клятва выбора и личное расположение королевской четы

Алиена посоветовала мне соглашаться, в ее советах мне не было нужды сомневаться. Поэтому чуть выше змеиного "подарочка" появилась ещё одна полоска символов.

Кто он, тот несчастный оборотень, которому навязали меня? Какой? Сможем ли мы стать друзьями или постараемся изжить друг друга. Почему-то таких мыслей в моей голове не было, когда появился первый браслет. Может потому, что я все больше вживаюсь в этот мир? И проблемы важные для его жителей становятся важными и для меня.

— Чую, благодарность вашего друга за навязанную ему уродину будет высказана громко и площадной руганью. Как оправдываться будете?

— Зачем оправдываться — Эрар рассмеялся — Я искренне удивлюсь, о какой уродине речь.

Под утренним моросящим дождем от нашего каравана отделились несколько всадников. Я проводила их взглядом, гадая, пересекутся ли ещё когда-нибудь наши пути.

 ***

Интерлюдия.

В королевском дворце шумел бал. Дочери кланов разодетые и обвешанные драгоценностями, как новогодняя ёлка игрушками, старались показать себя в самом выгодном свете в расчете на привлечение более знатного поклонника. Мишура, лицемерные улыбки, тихий обмен сплетнями.

Зал бурлил и перетасовывался непрерывно. Кто-то пристально наблюдал за этим, а кто-то сам окунался в этот водоворот, а Эрар полностью был сосредоточен на жене. Она единственная волновала его мысли и сердце. Его зверь давно присягнул ей на верность.

Но времени и сил он достаточно потратил, чтобы отвадить местных вертихвосток поджидать его в темных коридорах, а уж сколько ждали его в спальне. Благо, он с первого дня ночует только в постели своей жены, а потом и вовсе переселился в ее покои.

Но необычная тишина привлекла его внимание. Так и есть, его друг опять, словно под менталом, стоит и млеет перед этой дрянью. А она придумала очередное развлечение для себя и унижение для него.

Благо его Катрина понимает его с полувзгляда, мягкая улыбка и кивок головы, и он знает, что жена не обидится, что он оставил ее ненадолго.

А сцена разворачивалась прениприятнейшая. Дарден стоял, сжав в руках родовой браслет.

Стерва перед ним максимально громко, с явным расчетом, чтобы слышало как можно больше народу, задавала вопросы и смеялась.

— И что же вы так скромно держите в руках? Неужели рассчитывали на то, что я приму ваш родовой браслет? Браслет вымершего и почти разорившегося рода?! Зачем только притащили? — вокруг послышались презрительные смешки

— А с чего вы взяли, что браслет предназначен вам? Разве время выбора не закончено? — Эрар умел говорить холодно и надменно.

— Но… Ведь все знают, что вы забрали амулет особого выбора…

— И вы, конечно, решили, что это для вас? Что вы такая необыкновенная, что мой друг попросит меня израсходовать уникальный артефакт, а я на это соглашусь? Да уж, не забудьте предупредить вашего будущего супруга, что вы необоснованно завышаете себе цену.

— Но… Ваше величество… Браслет же…

— И что? Для наследника рода Варлах нашлась удивительная невеста. И, конечно, уговаривать такую девушку без родового браслета — время тратить.

Эрар раздражённо развернулся и практически утащил из зала растерянного друга. Зайдя в кабинет, он разлил по бокалам выдержанное вино, и, пододвинув один из бокалов другу, начал непростой для себя разговор.

— Скажи, сколько раз эта дрянь должна ткнуть тебя мордой в дерьмо, чтоб ты наконец-то умылся и пришел в себя? Ты не видишь, что из себя представляет эта пустышка?

— Меня тянет к ней. Сам знаешь, после очередной ее выходки, она словно меняется, становится очень милой, извиняется…

— Играется и выставляет тебя дураком. Она уже заключает пари, через, сколько дней, после очередной обиды, ты будешь бегать за ней щенком на привязи. Расскажи-ка мне, друг, как так вышло, что ты притащил родовой браслет?

— Вчера Анья спросила, насколько я серьезно отношусь к ней, и что если я готов преподнести браслет, она его примет. И я… Демоны! Может мне тоже съездить в храмовой приют?

— Без тебя съездили. Жену я тебе сам нашел.

Эрару пришлось долго рассказывать обо всем, что с ним произошло за время отсутствия. И то, что он заключил выборный брак от лица друга и тому нужно просто подтвердить свое согласие перед любым алтарём.

— Поверь дружище, это лучший вариант из возможных. Она человечка. Никаких влиятельных родственников, требующих, боги знают чего. Никакого давления! Девушка, сирота! Понимаешь? Вообще никаких родственников. Редкая удача. При этом воспитание и манеры, не у каждой придворной стервы такие встретишь.

— Отличные манеры, что вынудила казнить оборотницу?

— Заслужено. Она справедливо указала на то, что любого другого казнили бы за такие дела. Понимаешь, эта девочка натолкнула меня на мысль, что если все бы знали, что исключений перед воздаянием не будет, то у нас в стране многое бы поменялось. Того, что произошло с моей семьёй просто бы не могло бы быть. У моего дяди уже бы бегали бы волчата по всему поместью, а второй не гнил бы заживо в северной башне.

— Ты сейчас всерьёз говоришь, чтобы уровнять оборотниц и человечек? Очнись, Эрар, если человечек освободить от клятвы выбора, ни одна не пойдет за оборотня. Они нас ненавидят.

— А чья в том вина? Не наша ли? Но я лично видел ту, которая лишена этой ненависти. Она явно не будет стараться тебя унизить и насмехаться над тобой. А если ты сам отнесешься к ней достойно, то возможно ты приобретаешь и достойную супругу.

— Я рискну, сам понимаешь, хуже, чем сейчас уже не будет. Хоть посмешищем перестану быть.

Чуть позже, перед алтарём в храме королевской семьи, стоял коленопреклоненный оборотень. Даже сейчас было понятно, что он высок. Широкие плечи, мощные руки. Он не мог похвастаться изяществом эльфом, да и рядом с Эраром казался тяжеловесным, грудой мышц. Что в принципе объяснялось тем, что Дарден был медведем.

Но его неповоротливость была лишь кажущейся. Каждый, кто видел его в бою, навсегда запоминал этот бешенный, неутомимый ураган. Короткий ёжик темных волос, небольшая, но плотная щетина, покрывающая щеки. Красивое, мужское лицо, без слащавости, без излишней мимики. Почти всегда сведённые брови и сжатые губы. Янтарно- жёлтые, звериные глаза.

Всем они казались холодными, но если б кто постарался действительно рассмотреть и понять, то понял бы, что это не холод, а звериная тоска по родному отклику, по зову. Этот зверь устал быть один.

Поэтому сейчас, услышав предложение друга, он решил рискнуть. Кто как не сирота, поймет другого сироту. А потому, он без сомнений возложил браслет на алтарь и удовлетворённо хмыкнул, почувствовав на своей ауре метку выборного.

Браслет, сверкнув камнями глаз на литых медвежьих мордах, исчез. Парный проявился на его руке.

— Ну что ж, жена. Еду знакомиться!