Мелания

Брайана явно вдохновил мой поцелуй. Конечно, он ведь не догадывается, что перед ним не ангел, а лицемерка, которая жадно и страстно целуя его, представляла губы другого. В такие моменты, я так сильно хочу избавиться от наваждения, перестать представлять моего nemir abaid, забыть о его существовании, вырваться из плена… но правда в том, что где бы он ни был, какие бы километры и слова, проклятия и обещания, разницы в наших культурах нас не разделяли, я всегда – в плену Джареда.

Потому что он внутри.

Джаред не что-то внешнее, не что-то чужое, от чего можно убежать или спрятаться. Как неизлечимый шрам на обнаженной коже, который можно замаскировать, но не стереть ни одной операцией.

И сегодняшняя наша встреча еще раз напомнила мне об этом. Боль и горечь, ревность и ярость… и словно не было года без его взгляда, который без слов опускает мою душу на колени.

На этот раз от Брайана мне не отвертеться. Я поняла, что он полон решимости, когда Пикот перестал здороваться с партнерами, и подозрительно быстро повел меня к выходу. Видела, чувствовала, как он возбужден, и его настрой передался и мне.

Не знаю, встреча с Джаредом на меня так подействовала, или раззадорили горячие поцелуи Брайана, но впервые за долгое время я почувствовала острое возбуждение. Такое сильное, навязчивое, мешающее трезво мыслить.

«Шлюха» – слышу уже не голос Эдварда, а Джареда в своей голове. «Sharmootah».

И когда Брайан открывает дверь машины, и обещает отвести меня домой, я понимаю: этот вечер закончится не чаем, и даже не бокалом вина.

Я проведу эту ночь с другим мужчиной. Проснусь не с Джардом. От этой мысли у меня все нервы натягиваются, а ладошки леденеют… мне хотелось бы, так хотелось бы, знать, что Саадат сгорает от ревности, что он хочет разорвать Брайан в клочья за малейший поцелуй со мной, но нет… что я увидела? Откровенное равнодушие, брошенное мне в лицо.

Вряд ли Джаред стал сдержанным и цивилизованным, поэтому в голову мне приходит только эта голая правда: ему правда все равно.

А тогда… за один разговор с Али, его поглотила такая ревность. Я не знаю, что лучше… всей кожей ощущать одержимость Джареда или быть для него никем, очередной куклой на вечере снобов.

Конечно, то что сейчас. Как я вообще могу думать о том, что то, что тогда произошло – лучше? Это было ужасно. Железная маска рабыни, и тот зверский секс, который, кроме как насилием, не назовешь…

– Я провожу тебя, – Брайан останавливает машину на подземном паркинге, и отстегивает мой ремень безопасности. Я вздрагиваю, когда его руки скользят по тонкому шелку моего платья. Я не прошу Брайана остановиться. Не прошу, не провожать меня…желудок сводит от волнения, несмотря на то, что Брайан был моим первым парнем, и я уже знаю, каково это быть с ним.

Нервно смеюсь, надеясь, что за эти годы он изменился в лучшую сторону…потому что тот первый раз был, далеко не идеален. Хотя… у кого он бывает идеальным? Мне было так больно, что хотелось кричать во все горло.

– Ох, ты бы знал, какой это ад, – стону я, выходя из машины. Я слишком долго проходила на высоченных шпильках, которые посоветовала одеть Сэм. Это туфли-убийцы, ноги болят, словно я снова станцевала на стеклах… – Никогда больше не одену каблуки.

– Мне нравится, когда ты без них, Мэл.

– Я коротышка!

– Ты глупышка, – Брайан мягко целует меня, пока мы ждем лифт. – Твой рост тебе очень идет. Ты такая маленькая… – мое сердце сжимается, когда я смотрю в горящие от возбуждения зеленые глаза Брайана, и понимаю, что слышала и хочу слышать эти слова от Джареда.

Его маленькая девочка, и ничья другая…

Но сегодня я разорву эту связь, эту нить. Меня отпустит. Брайан – мое лекарство от болезни, я знаю это. Осталось только выпить… залпом, до дна. Заснуть и проснуться навсегда здоровой, другой, новой.

В лифте нам уже не до разговоров. От его напора у меня ноги подкашиваются, и Брайан покрывает поцелуями мою шею, словно откуда-то знает, что это мое слабое место.

Мы выходим из лифта, и чтобы не передумать я снова и снова вспоминаю жену Джареда и то, как он тепло улыбался ей, как окинул меня холодным взглядом.

Он сам толкнул меня в объятия к Брайану. Все решено.

Брайан прижимает меня к стене. Толкается эрекцией в мои бедра, обхватывает ягодицы.

Мне хорошо. Хорошо… и это не самовнушение. Я хочу его, хоть и понимаю, что до того, как я увидела сегодня Джареда, подобные поцелуи действовали на меня совсем иначе.

Это желание острое и сильное, но даже не на треть такое, какое я испытываю с другим… черт.

Я не осознаю, что делаю, отдаваясь рукам Брайана. Я только позволяю ему трогать, бесконечно целовать меня, распаляя внутри желание, отвечая ему лишь нежными стонами.

– Мэл, сегодня ты не отвертишься, – он сильнее вжимает меня бедрами в стену.

– Я совсем не против, – улыбаюсь ему, мягко выгибаясь навстречу, соблазняя и подразнивая. Я беру его за руку, чтобы затащить в квартиру, как вдруг мой телефон начинает вибрировать на весь коридор.

– Не бери, – пылко шепчет Брайан, впиваясь в мои губы яростным поцелуем.

– Вдруг это мама… – улыбаюсь, отталкиваю его, и роюсь в сумочке. Тяжело дыша, отвечаю Саманта, которая как всегда не вовремя, и слышу в трубке глухие рыдания:

– Мээээээл, – воет она. – Ты можешь говорить? Я еду к тебе, – захлебывается слезами подруга. Я ничего не понимаю. В последний раз я видела ее, а таком состоянии, когда она расставалась и снова сходилась с Мэтом. Это было еще в Йеле. – Ты нужна мне.

– Сэм, я сейчас занята, прости, ОЧЕНЬ занята… – растерянно отвечаю я, поглядывая на Брайана, который не отпускает меня из своих рук. Его язык скользит по моей шее:

– Положи к черту, положи, я сказал… – шипит он, сжимая пальцы на моих ягодицах.

– Сэм, ты уверена, что это что-то важное?

– Мне так плохо, Мэл. Но конечно, это не так важно. Если ты занята, я разверну машину, – уже без слез говорит Сэм. Кажется, она поняла, что я не одна. – Прости, я зря тебя побеспокоила, – слышу, как подруга сдерживает слезы, чтобы не ставить меня перед выбором.

– Нет, что ты. Я тебя жду.

– Правда? Ты уверена? Ты не одна?

– Приезжай, Сэм, – твердо говорю я, и кладу трубку, глядя на в миг похолодевшего Брайана.

– Брайан, прости, но я должна…

– Какого черта, Мэл? Ты что, как маленькая? – рявкает он, сжимая кулаки.

– Ты сам сказал, что я маленькая, – заявляю я, вздернув подбородок.

– Черт возьми, Йонсен, ни одна девушка со школы не вытворяла со мной подобное! – рычит Брайан и я понимаю, что довела его до точки кипения. Еще бы…после того, что было в лифте.

– Брайан, прости, но… я буду ждать тебя завтра. Обещаю. Приготовлю сюрприз. Я все-таки купила в том магазине кое-что интереснее.

– Мне плевать, что на тебе, я разорву все…в клочья, – шепчет в мои губы Брайан. – Черт возьми, Мэл, я не буду ждать тебя вечно, – уже холодно заявляет Пикот.

– Всего один день. Это не вечность. Брайан, пожалуйста…я не могу. Не хочу.

Пикот бросает на меня пристальный взгляд, хмурится. Словно сомневаясь, стоит ли задавать вопрос, но решается.

– Это из-за него, да? – в голосе звучат едва уловимые металлические нотки.

– Из-за кого? – распахиваю глаза с деланным недоумением спрашиваю я.

– Из-за Саадата. Весь вечер на тебя пялился, урод. Глаза бы вырвал.

– Брайан! – резко одергиваю Пикота.

– Не люблю, когда смотрят на то, что принадлежит мне, – я думаю о том, что Джаред поспорил бы со словами Брайана. Что ж, Саадат вечно обвинял меня в том, что я выбираю слабых, чтобы убедить себя в том, что мне не нужен такой, как он. Вот, пожалуйста. Еще один ревнивый собственник, сильный и целеустремленный мужчина. Отличие лишь в том, что Брайан – американец, и у него более цивилизованные взгляды.

– Я принадлежу сама себе, – улыбаюсь и мягко целую его в губы. – До завтра, Брайан.

Закрываю дверь в квартиру, опираюсь на нее, тяжело дыша. Черт возьми, что это было? Мне слишком жарко. И причина тому не Брайан, а запах парфюма Джареда, который я до сих пор чувствую, словно одурманенная, очарованная. Одержимая… Как гребанный афродизиак. Черт.

Снимаю жуткие туфли, и спускаю бретельки платья, чтобы снять…

Вздрагиваю от сильного стука в дверь. Это не Сэм, так может стучать только мужчина. Брайан вернулся.

– Я же сказала, что жду тебя завт… – открываю дверь и застываю на месте второй раз за день, утопая в манящей серебряной бездне. Но на этот раз она полна не равнодушия, а гнева. Взгляд Джареда прямо-таки источает жгучие стрелы, направленные на меня.

Зачем…зачем он пришел…

Я чувствую жар в груди, и то, как горят легкие, не в силах сделать и вдох.

– У меня дежа вю, – сухо произношу я, собираясь закрыть перед его носом дверь, но Джаред давит на нее ногой, и врывается внутрь.

Я автоматически пячусь назад, не смотрю на него, словно бл. ь из этой квартиры есть другой выход…

– Джаред, тебе напомнить, что мы в жилом комплексе, и если что-то со мной случится, то здесь есть камеры?

– Меня не запугаешь, Мэл, – ухмыляется Джаред. Я вижу, как напрягаются мышцы под его кожей, когда он наступает на меня, заставляя отходить все дальше и дальше. – Ты меня с кем-то перепутала. Может с этим сосунком, об которого терлась весь вечер? – грубо выплюнул Джаред. Словно между нами не было года разлуки, и только вчера я танцевала для него на стеклах… как будто он всегда имел и имеет право решать, как мне жить и с кем проводить время.

– А ты совсем не изменился, Джаред, – спокойно отрезаю я, точнее стараюсь…стараюсь оставаться спокойной. На самом деле каждая клеточка моего тела дрожит, я чувствую, как Джаред в любую секунду готов подлететь ко мне, и скрутить пополам, сжать до боли в костях, присвоить себе снова. Разбудить и без того потревоженные чувства…

– Что ж, надеюсь тебе и твоей жене понравилась выставка, – расправляю плечи, небрежно поведя плечом. Черт. Я должна вести себя так, будто мне плевать на него. Никаких эмоций и истерик. Он – в прошлом. Его место – с Ранией и ребенком.

Я чувствую, как попускает удар сердце, когда вижу, что пронзительный взгляд Джареда прикован к моим плечам, и спавшим с них бретелькам…я без белья, и это тоже не укрылось от него.

– Моей жене? – выплюнул Джаред, чуть ли не рыча. – Это моя сестра, Мэл.

Сестра?

– Послушай меня, Мэл…

– Слышать ничего не хочу, Джаред, – останавливаю его я на полуслове.

– Ревнуешь, малышка? – на выдохе произносит Джаред, приподнимая бровь. Скольжу взглядом…по точеным скулам, по двухдневной щетине, любуясь…любуясь своим мужчиной. Господи, дай мне сил послать его к черту.

К черту!

– Не называй меня так, Джаред, – тяжело вздыхая, устало прошу я. – Пожалуйста, уходи, – искренне умоляю я, глядя на то, как в его глазах загораются искры гнева.

Джаред наконец понимает, что снова пугает меня. Я, правда, боюсь, что исход нашей встречи будет непредсказуем. Ничто не мешает ему схватить меня прямо сейчас, и поступить со мной также, как в Анмаре, после вечеринки.

– Мэл, не бойся. Я пришел сюда не для того, чтобы причинить тебе боль, – на миг, черты лица Джареда становятся мягче, словно он снимает маску, и снова предстает передо мной таким, какой он есть. Я немного расслабляюсь, выдыхая с облегчением. Хотя еще пару секунд назад, я чувствовала себя как тогда, когда оказалась в одной клетке с Кудрой. И Джаред это почувствовал, спрятал свои когти. Nemir abaid.

– А зачем, Джаред? Зачем ты пришел? – поправляю бретельки, снова привлекая его внимание к этой части своего тела. Боже… один взгляд, а я уже представляю… нет, не надо. Не нужно представлять.

В течении минуты, которая тянется, как вечность, мы пристально смотрим друг другу в глаза. Мое тело мгновенно отзывается, как только властный взгляд Джареда скользит ниже. Даже дышать больно, потому что весь воздух, все пространство занимает Джаред. Я будто физически чувствую его прикосновение, пока он изучает… нет, считывает мои эмоции, мысли и желания, глядя на меня.

Тело помнит, как сладко… и больно в плену его сильных рук, и они сейчас здесь, рядом, в метре от меня. И я могла бы получить желаемое…яркое, безумное удовольствие, которое снова перекрыло бы всю боль и тоску. Лишь на миг… я знаю, что потом станет еще хуже, еще больнее.

Воздух между нами пропитан таким напряжением, что меня бросает в жар. Я целый год не была с ним, и желание, с которым пытаюсь бороться, настолько сильное, мучительное. Стоит мне сдаться и показать хотя бы каплю его, поддаться Джареду – мы снова сгорим. А я думала, что гореть уже нечему… но все внутри меня кричит о том, что я хочу, я создана для ласк от рук этого мужчины. Как и для его грубых, властных прикосновений.

Я вспоминаю, как Джаред наматывает мои волосы на кулак, погружая в наш мир, омут похоти, где нет запретов и слова «нет». Есть только тысячи «да», которые я больше никогда не произнесу.

Я создана для него… и никакие Брайаны, и миллионы других, никогда мне не заменят Джареда. Это простая, но горькая мысль, от которой я ненавижу его еще сильнее… зачем он сделал это со мной? Привязал, приручил. Я по-прежнему зависима от Джареда, влюблена без памяти, и больше всего на свете, я хочу, чтобы он был только моим. Хочу точно так же, как и он меня: удержать, присвоить, и никому не отдавать… никогда, слышишь? Не отдам тебя.

Но уже поздно. Рания и ребенок. Есть вещи, которые не изменятся, как бы ни были сильны мои чувства. Ему плевать на мою любовь, он хочет вернуть свою живую игрушку.

Моя ошибка лишь в том, что я подпустила его так близко, под кожу и в самое сердце. Позволила… и никогда не будет дороги обратно.

Как мне забыть тебя, Джаред? Если ты не даешь, не опускаешь. Окружаешь собой, даже, находясь вдали от меня.

Желание ощутить его внутри себя, становится почти болезненным, и я даже пытаюсь сжать колени, делая только хуже. Джаред замечает мою слабость, неспособность моего тела игнорировать его присутствие.

– Зачем я пришел? – ухмыляется наконец Джаред, останавливая свой взгляд на моей груди. Я чувствую, как напрягаются соски, натягивают шелковую ткань платья. Это… слишком приятно, слишком сладко, снова чувствовать себя живой.

Отвожу взгляд, чтобы хоть немного успокоиться. Делаю шаг назад, упираясь в столешницу туалетного столика. Дальше отступать некуда.

– Напомнить, – сжав зубы, произносит Джаред, и за миг преодолевает расстояние между нами. Заводя руки за спину, блокирует мои движения. Я хочу, что-то возразить ему, но лишь жалобно всхлипываю, когда чувствую его тело так близко. Один жесткий толчок бедрами, и он действительно, черт возьми, напоминает мне.

Так давно не чувствовала этого… что даже в глазах темнеет, от слишком острых и ярких ощущений. Мурашки по телу, низ живота объят пламенем, безудержным жаром. Его каменный член упирается в мои бедра, и я ненавижу себя за слабость… ненавижу в который раз, мечтая, чтобы не было ткани между нами. Я хочу ощутить его кожей…так сильно.

– Джаред, не надо, – уверенно шепчу я, не поднимая на него взгляд. Ему ни к чему видеть в нем все оттенки моего желания.

– Маленькая девочка хочет, – в ответ Джаред осыпает поцелуями мои ключицы, проводя языком по впадинке между ними. Я теряю голову от его дразнящей ласки. Нежность его языка, сводит меня с ума, в то время, как его прижатые ко мне бедра, напоминает о том, что он был бы достаточно груб со мной. Настолько, насколько я это люблю… – Хочет ощутить его внутри.

– Нет, Джаред… – я начинаю вырываться, лишь усугубляя ситуацию, провоцируя Джареда на рык. Его возбуждение только нарастает от злости.

– Да, Мэл, – он сам едва дышит, и в следующую секунду все мои баночки с кремами летят прочь с туалетного столика. Джаред разворачивает меня спиной к себе. Мое тело словно само прогибается для него. Я ощущаю, как его твердая эрекция толкается в ягодицы, и кусаю губы, чтобы не издать ни звука. – Ты же любишь так. Сзади. Я могу это устроить, Мэл, – я вздрагиваю от его шепота, пока он рывком срывает проклятые бретельки, и мое платье мгновенно опускается до талии, открывая его взору грудь.

– Джаред, нет. Ты не понимаешь слова «нет»? – шиплю на него я, чувствуя боль в запястьях. – Ах да… черт, – он «наказывает» меня еще одним толчком, после плавно потираясь членом о ягодицы.

Какого черта? Я позволяю ему так поступать? Ненавижу. Я расцарапаю ему лицо, если он это сделает. Нет, я не должна позволять снова…

– Как ты могла забыть, Лана. Я не принимаю этого слова. Мы оба знаем, что мне не трудно заставить кричать тебя «да». Ты сладкая малышка, которая всегда сопротивляется, а потом просит еще, и еще, – я не могу сдержать предательского стона, когда он отпускает мои запястья, а его теплая ладонь ложится на мою грудь. Джаред сжимает ее сильно, до боли, так, что у меня колени подкашиваются, и я чуть ли не падаю, но он удерживает мои бедра другой рукой, слегка раздвигая ягодицы. Так я чувствую его еще сильнее. Низ живота сводит болезненное желание, и я боюсь, что не смогу остановиться… но это нужно сделать сейчас.

– Это было в прошлом, Джаред, – снова пытаюсь холодно ответить я, но наши тени в зеркале завораживают меня, дурманят. Мое тело выглядит в его руках еще красивее, женственнее. Идеально. Моя грудь помещается в его ладонях, и я смотрю на то, как он нагло трогает меня, несмотря на то, что это немного больно. Как его умелые пальцы, покручивают мои соски. Его действия вырывают из меня мягкие всхлипы, и наши взгляды находят друг друга в отражении.

Я вижу женщину и мужчину. Маленькую женщину, бледную и прозрачную, с волосами цвета платины. Красивого, чертовски сексуального мужчину. Его загорелую кожу, которая совершенно не сочетается с моей. Его здоровое, крупное, сильное тело, возможно, слишком большое для такой крохи, как я. Мы такие разные. Может показаться, что мы не подходим друг другу. Мы – это сплошной контраст и набор противоречий. Мы хаос, страсть, похоть, и одновременно баланс, легкость, невыносимая нежность. Мы идеальны, в своей неидеальности. Мы дополняем друг друга… чувствуем. Как разорвать настолько сильную связь? Когда все, как надо, вопреки боли, и тому, что мы с друг другом сделали…

– Мне больно, сволочь, – все также грубо отрезаю я. – Мне не нравится, Джаред. Прекрати! Сейчас же… – я снова срываюсь на стон, когда он покрывает поцелуями мои плечи, и слегка разворачивая боком, прижимается к груди губами. Мягко и нежно вбирает в горячий рот соски, ласкает их языком, чтобы приглушить боль. И снова кусает…Господи, за что мне эта пытка?!

Мне кажется, что если я не получу Джареда прямо сейчас, то умру на месте. Задохнусь. И если я скажу ему об этом, то дороги назад не будет. Это снова шаг – в пропасть, бездну, и боль. Как снова наступить на те же стекла.

Он играет со мной. Дразнит. Но я не сдамся.

– Плохая девочка. Я накажу тебя за поцелуй с этим ублюдком. Снова хотела раздразнить меня? У тебя получилось, – уже зло шипит Джаред, шлепая меня по заднице. Я чувствую, как быстро и стремительно он задирает мое платье, и прекрасно знаю, чем это закончится.

Джаред почти касается меня там, где я хочу почувствовать его больше всего, и, словно очнувшись от наваждения, я начинаю вырываться и брыкаться из его цепких рук.

Часть меня мечтает о том, чтобы Джаред связал меня и не оставил места для сопротивления, а другая часть хочет разорвать его на части, выгнать из своей квартиры, и больше никогда не видеть. Я устала от этой постоянной борьбы, но иногда кажется, что это единственное, настоящее, что у меня есть…

Нет. Никаких объятий, никаких прощальных, последних поцелуев. Мы это уже проходили. Видеть не хочу. Целого года выброшенных букетов и возвращенных адресату подарков мало для того, чтобы простить то, что он сделал. Да и о каком прощении речь? У него есть ребенок…

– Отпусти меня, Джаред. Не трогай! – рычу я, выпуская когти, царапаю его по рубашке, сходя с ума от желания разорвать ее ногтями и впиться в загорелую кожу, разодрать до крови. Окунуться в наше безумие с головой. Нет, нет, нельзя…

Он не понимает, сжимая меня сильнее. Тогда я царапаю его по лицу, впиваясь ногтями в скулы. Клянусь, я готова порвать его за то, что снова явился в мою жизнь. Я оставляю на его щеке длинную красную царапину.

– Не трогай меня, Джаред! С минуты на минуту сюда придет Сэм. Ясно? – защищаясь кричу я, пока он просто смотрит на меня, взгляд его скользит от моих глаз до губ, болезненно и отчаянно. Я удивлена, что он еще не всыпал мне за то, то я расцарапала его до крови.

Рано расслабилась… Джаред до боли обхватывает мои скулы, приближая мня вплотную к своему лицу:

– Ты права, Мэл. Я не изменился, и не изменилась ты. Как трусиха, выбираешь слабаков. Я же знаю, чувствую. Ты не найдешь в них то, что тебе нужно. Только я, Лана, только я… могу дать тебе это, – «могу дать тебе все» словно говорит его взгляд.

– О твоем самомнении я наслышана, – вырываюсь из его рук, скрещивая свои на груди. Нервно поправляю платье, стараясь прикрыться. Всего пара минут, а моя кожа на груди уже в следах от его губ. Я и не заметила…

Черт возьми, еще бы немного, и назад дороги бы не было. Джаред слишком хорошо знает, как на меня действуют его ласки. Особенно, когда он трогает меня пальцами, растягивая для него… новая волна возбуждения охватывает низ моего живота.

Мне нравилось это. Так сильно. И я хотела бы этого и сейчас, но поставила гордость превыше всего. Я не позволю ему со мной больше так обращаться. Хватит. Я уже все решила. Какого черта он приперся, чтобы снова завести меня? Чтобы заставить вспомнить? У него это получилось, черт возьми. Ненавижу. Ненавижу всем сердцем.

– И не говори так о Брайане. Он не слабак. Он мне правда нравится. Очень, Джаред. Нас многое связывает. И ты это сам знаешь. Отпусти меня, Джаред. О-Т-П-У-С-Т-И! – по буквам кричу я, чтобы наконец понял. – Я заслужила счастье, после всего, что ты сделал. Ты тоже, без меня. Отпусти меня.

Джаред снова рванул ко мне, но его остановил голос Сэм. Я посмотрела на подругу, которая только что вошла в квартиру. Ее лицо и глаза красные от слез.

– Саадат, мне вызвать полицию? – полным яда голосом поинтересовалась Сэм, и я посмотрела на нее, отрицательно качая головой.

– Хорошего вечера вам, Сэм, – почти дружелюбно ответил Джаред, через плечо бросив Саманте. В две секунды он преодолел расстояние между нами.

Не прикасаясь…едва дыша, он начал шептать слова, которые снова бросили мою душу в агонию, на смертный костер, в котором я горела уже сотни раз. Сколько у меня жизней? Боюсь, что эта – последняя.

Но я не могла не ловить, почти наркотический, маниакальный кайф от мурашек по телу, от того, что снова чувствую его энергию и силу так близко. Черт возьми, ничего не изменилось. Я зря рассчитывала, что Брайан вылечит мою болезнь… лекарств от нее нет и быть не может.

– Забудь об этом, meligim. Я не отпущу тебя. Никогда. Enti melki lelabad, – я едва разобрала эти слова, но поняла их значение. – Men gehrak lull shaii malhosch manaa.[56], – я не уловила, что значит последняя.

– Не понимаю тебя, Джаред, – жестко уперев ладонь в его грудь, совершенно равнодушно произнесла я. – Ко мне пришла подруга, Джаред, – я убрала руку. – Ты знаешь, в какой стороне дверь.

Несколько секунд мы смотрели друг на друга, не моргая. Взгляды наши были настолько сильны, что если бы здесь было солнце, то отражая его свет, мы бы выжгли на лицах друг друга невысказанные друг другу слова, которые так и рвались с моих губ… но я никогда не посмею их произнести. Он заслужил все, что сейчас получает. Пусть теперь с этим живет, пусть вспоминает как незаслуженно причинял боль, как обвинял в том, чего я никогда не делала. И остался безнаказанным. Я обещала, что мое наказание будет куда изящнее, чем банальная тюрьма.

– Я не хочу тебя видеть. Никогда больше. Это можно как-то устроить? – снова повторяю, глядя на линию его челюсти, на заостренные скулы.

– Я могу устроить тебя только под собой, meligim, – кривя губы в чувственной улыбке произносит он.

Джаред разворачивается, и я наконец могу выдохнуть. Все перед глазами расплывается, я предчувствую, что с Сэм мы сейчас будем рыдать вместе.

– Лучше бы я никогда тебя не встретила … – шепчу я, глядя на то, как он уходит. Джаред на секунду замирает, будто слышит мои слова, и не глядя на Саманту, покидает квартиру.

Но к сожалению, не мое сердце.