Глава 39

Не слушая мои вялые возражения, Вьюго дёрнул за побелевшую от времени ручку двери. Деревяшка треснула и осталась у него в руке. Похоже, что всё тут было настолько ветхое, что вполне могло рассыпаться на глазах.

— Осторожнее, — пропищала я.

Мужчина кивнул и, откинув ручку в сторону, слегка толкнул дверь. Она ожидаемо, издав прощальный скрип, покосилась и сорвалась с верхних петель.

— Ты всё-таки аккуратнее, — опять шепнула я.

— Стараюсь. Тут главное, не чихнуть бы, — то ли пошутил, то ли всерьёз пробурчал он.

Это немного сняло моё напряжение.

Мы осторожно вошли в дом. В нос ударил затхлый запах. Но не плесени и сырости, а скорее нечищеного закупоренного погреба, где хранились продукты. Это было сложно объяснить, но создавалось впечатление, что тут что-то протухло и уже довольно давно.

Мы остановились в небольшом коридорчике. Облупленные стены, видимо, некогда их промазывали глиной. На полу чёрное нечто, отдалённо напоминающее сапоги.

Поёжившись, я уткнулась носом в плечо Вьюго. Конечно, можно было и самой уж пройтись, но, чего скрывать, мне было ох как страшно. Поэтому я предпочла остаться верхом на своём северянине.

Осмотревшись, он двинулся дальше.

В первой комнате оказалось пусто. Развалившаяся от времени мебель, бесцветные местами изъеденные плесенью тряпки, раскиданные по полу. Хотя в самом углу я заприметила аккуратно сложенную стопочку. Словно кто-то перебрал этот хлам и выбрал более или менее годную одежду, а остальное просто не успел сгрести в кучу.

Запах тут стоял такой мерзкий, что тошнота подкатывала. Он явно усиливался. Но, вот откуда он взялся, неясно.

Уткнувшись в плечо своего мужчины, я вдыхала аромат анчара.

Вьюго вышел и, сделав пару шагов, остановился на пороге ещё одного помещения.

Кухня. Здесь помимо сложенной из глиняных кирпичей печи, обнаружилась пара лавок.

— Смотри, на пол, — шепнул мой мужчина.

Я опустила взгляд вниз, но ничего странного не приметила. Разве что метла, стоящая в углу, казалась неестественно новой. Прутик к прутику, и черенок настораживал. Слишком уж свежа древесина.

— А что ни так? — на всякий случай уточнила я.

— Под лавками и у окна грязь, а по центру комнаты словно тропинка протоптана, — Вьюго указал пальцем на пол.

— Или подметена. Пойдём отсюда, а, — не выдержала я.

— Успокойся. Было бы тут умертвие, уже бы кинулось на нас.

— Ну, успокоил, — раздражённо выдохнула я, — надо было стороной это место обойти, и всё. Чего мы сюда, вообще, притопали?

— Нужно знать, с чем придётся столкнуться, — отмахнулся он от меня.

Но это лишь разозлило. Не понимала я, зачем кликать на себя беду, тревожа мёртвых. Стоит деревня и Танук с ней. Нас в этот дом не приглашали.

— Не явились бы сюда, и ни с чем бы и не столкнулись, — прошипела я недовольно. — Ищем приключения на место пониже спины.

— Не бухти, — шикнул на меня Вьюго в ответ. — Я не ощущаю ничего, ни мёртвого, ни живого. Есть какое-то неясное ощущение, но явно не голодного живчика и не тени.

Я нахмурилась, но смолчала. Ощущает он. Кажется, у кое-кого просто взыграло любопытство. А ещё меня обвиняют в легкомыслии. Зорко заглядывая в каждый угол, мы двинулись дальше. Чуть задержавшись в коридоре, заглянули в третью комнату.

— Стужа мне под… — ругательство так и замерло на моих губах.

В помещении находились трое. Два покойника сидели на том, что раньше, по всей видимости, было диваном. Понять, кто перед нами, было уже невозможно. Тела высохли до такой степени, что плоти почти не осталось, жёлтые кости проглядывали наружу. Только лишь чёрная рваная тряпка, висящая на плечах покойника, давала намёк на то, что это женщина. На втором хозяине дома присутствовали штаны.

Именно они меня слегка смутили. Ткань казалась свежее. Будто мёртвого одели уже после его кончины.

Третий мертвяк и вовсе сидел на полу. И его поза сильно нервировала и настораживала. Я тронула Вьюго за руку и указала подбородком на него. Мужчина кивнул, кажется, поняв, о чём я. Просто без опоры тело бы упало, а подросток сидел. Да, он больше походил на скелет, но всё же. Что-то выдавало в нём ребёнка. Интуитивное какое-то ощущение.

Краем глаза я заметила некое движение. Мне почудилось, что голова женщина чуть повернулась в нашу сторону. Но пристально всматриваясь в пустые глазницы, я убедила себя, что это просто страх и тени.

Очень тихо Вьюго сделал шаг из комнаты. Постоянно оборачиваясь, он так и пятился из дома. Только на пороге обернулся и выскочил, крепко удерживая мои щиколотки на своей талии.

— Что с ними случилось? — тяжело дыша, задала я вопрос, когда мы по обвалившейся калитке выскочили на улицу со двора.

— Да, почём мне знать, — Вьюго осторожно спустил меня со своей спины и размял шею, — давай-ка, чернявая моя, ты ножками чуток пройдёшь.

— Они мертвы, ведь так? — я невольно ухватилась за руку северянина.

— Я бы сказал, что да, но тот, что на полу, смутил.

— Мне тоже это показалось странным, — я обернулась на дом, но ничего страшного там не происходило. — Другие идти и проверять я отказываюсь, так и знай!

— Стоило бы проверить ещё пару домиков, если там будут странности, — начал было Вьюго.

— Да, ни за что, мужчина! — резко возразила я, чуть ли не крича на него. — Чего ради тыкать палкой в осиное гнездо. Зачем нам тревожить это место?! Сидят они там мёртвые по своим домам и ладно. А мы мимо пробежимся.

— Нам здесь неподалёку ночевать, — проворчал он.

— Вьюго, ну, правда, ты же не думаешь, что ночью они с масляными лампами и факелами отправятся на поиски нас с тобой, или будут прочёсывать все кусты. Ты их, вообще, видел, там же кости одни. Если они встанут, то развалятся как тот забор.

— Но между тем, один из них сидит на полу, а на кухне явная протоптанная дорожка.

— Пошли лучше отсюда и всё, — сделала я дельное предложение.

— Ещё один дом, — продолжал настаивать на своём этот неугомонный.

— Вьюго, нет! Не трогай мёртвых!

— Лестра, что-то в них не так…

— Конечно, не так! — перебила я его. — Они мертвы! И, кажется, смерть застала их дома. Скорее всего, это туман. Мы не знаем, сколько лет этой деревушке, кто тут жил и как они погибли. Не нужно ворошить это место. Мы пройдём мимо. Тихонечко прокрадёмся по опушке леса.

Вьюго был явно со мной несогласен. Упрямо поджав губы, он взирал на меня своими зелёными глазищами. Но не на ту нарвался.

— Просто уйдём подальше, — повторила я.

— Там дальше снова болото с трёх сторон, — уточнил он. — Ночевать только тут где-нибудь на опушке. Ну, не обратно же возвращаться. Но такое соседство очень настораживает.

— Что они нам могут сделать, Вьюго?! Они высохли. Это даже не умертвия, это просто тела.

— Я чувствую присутствие чего-то странного.

— Тени? Грязные? — это слово, услышанное от тех, что приходили ко мне ночью, вырвалось само собой.

— Может быть, и грязные, — мужчина тяжело вздохнул. — Ладно, устроимся на опушке. Если что, придётся возвращаться и делать большой крюк.

— По-моему, ты слишком серьёзно воспринял эти ветхие домики.

— Это туман, красивая моя, тут, вообще, не должно быть никаких домиков. Лагерь полевой, палатки путников, ещё куда ни шло. Но избы с сарайчиками и… — Вьюго поднял палец вверх, словно о чём-то вспомнил. Заскочив обратно во двор этой странной избы, быстро выдернул колун из колоды. Топорик оказался в отличном состоянии.

Вернувшись ко мне, он покрутил его в руках.

— Им он уже точно не нужен, а нам пригодится, — усмехнулся мужчина.

Я кивнула, с сомнением глядя на свежую щепу, которой была усыпана земля у колоды.

— Не пригодится, — как-то неосознанно повторила я и боязливо всмотрелась в окна дома. Мне казалось, что его жильцы за нами наблюдают и слушают наш разговор. — Уходим отсюда, Вьюго.