Глава 20

Таша вытащила топор из дверной ручки, потратив на это последние силы. Она оторвала от платья кусок ткани и быстро обмотала раненую ладонь. Придерживаясь за каменную стену, девушка медленно спускалась вниз, борясь с подступающей тошнотой.

Она выпустила свою магию первый раз в жизни, не таясь и не сдерживая её. Она сделала то, для чего была рождена. Наследие древнего рода Ратингеров призвало к ней, и Таша ответила на этот зов. Граф Рат Ратингер все детство рассказывал дочери страшные сказки о жутких монстрах, которые держали в страхе всех жителей волшебного королевства. Драконы правили сказочным миром своей кровавой лапой, неся только смерть и боль, пока отважные девы из древнего рода не победили их, открыв в себе магический дар. После этого в волшебном мире из сказок отца Таши наступили золотые времена, времена счастья и благополучия. Драконы исчезли, а магический дар в девах уснул, чтобы однажды проснуться в нужный момент и снова дать жесткий отпор страшным монстрам. Отец заканчивал каждую свою историю словами: «И никогда не забывай, что все страшные сказки когда-то были реальностью». Только много позже Таша поняла, что это были вовсе не сказки. В шесть лет, сразу после смерти отца, магический дар проснулся в Таше и напугал её мать до полусмерти. Но женщина быстро пришла в себя и осознала, что предсмертные слова её мужа были не болезненным бредом, а истиной: их дочь несет в себе большую магическую силу. Амелия решила защитить своего ребенка от этого страшного наследия и строго-настрого приказала дочери скрывать свою силу ото всех. Таша так и делала, учась контролировать себя под строгим надзором и наставлениями матери. Таша поняла, что сила просыпалась в ней от сильных эмоций, когда она злилась или боялась. Поэтому маленькая девочка медленно, но верно приучала себя быть тихой, скромной и бесстрастной. Она преуспела в этом, и уже к одиннадцати годам отлично себя контролировала. Ташина сила проявилась только однажды, когда она была на грани смерти в доме Торина. Поэтому племяннице пришлось открыть дяде поразительную правду и рассказать, что дракон на его фамильном гербе нарисован там неспроста. Торин поклялся Таше охранять её тайну так же свято, как это делала её мать. Он понял, что Амелия всю жизнь готовила дочь к худшему, но все же надеялась, что её ребенку никогда не придется применить свой магический дар.

Её надеждам не суждено было сбыться.

Таша медленно спустилась вниз и почти упала в руки Игона, который вбежал в зал вместе с друзьями. Он бережно прижал Ташу к себе, но не стал задавать и одного из тысячи вопросов, которые вертелись у него на языке. Игон, как и другие воины, с изумлением наблюдали за Ташей, которая дала магический отпор ожившему из страшных легенд чудовищу. Девушка обратилась к Риану, который стоял тут же, взволнованно рассматривая её:

— Прошу, найди мою старую одежду.

Он кивнул и быстро ушел, не говоря ни слова. Таша посмотрела на хмурого Орти и попросила:

— Оседлай моего боевого коня. И приведи его к дверям замка.

Орти тоже спешно покинул зал, выполняя просьбу свой сестры по оружию. Игон посмотрел на Ташу, и легкая улыбка коснулась его губ:

— А меня о чем попросишь? Заплести тебе боевые косы? Говорю сразу, я не мастер в этом.

Таша нашла в себе силы на ответную улыбку другу и заметила:

— Я скорее отрежу себе волосы, чем подпущу к ним тебя. Представляю, какие косы ты можешь мне заплести, — она вздохнула и сказала: — Пожалуйста, отнеси меня вниз, к матери. Я должна с ней попрощаться.

Игон сразу стал серьёзным и хотел что-то возразить, но Таша устало прикрыла глаза, и он решил оставить свои слова на потом. Мужчина быстро отнес девушку к подвалу и спустился вниз, его встретили встревоженные взгляды и легкий вскрик принцессы Нинель:

— Таша!

— Со мной все хорошо, — ответила она, открывая глаза. Таша улыбнулась Нинель и отыскала взгляд своей матери.

Амелия медленно поднялась с деревянного сундука, не выпуская из объятий Миру, которая со страхом смотрела на огромного мужчину, котрый держал на руках её сестру. Женщина подошла к старшей дочери и поставила младшую на пол, Мира сразу вцепилась в материнскую юбку, задрав голову и рассматривая красивого великана. Тот ей подмигнул, и малышка, смутившись, спряталась за мать. Таша похлопала Игона по руке, и мужчина опустил её на ноги, придерживая под локоть. Амелия сразу разглядела на белом платье дочери кровавые пятна и встревожилась еще сильнее, хотя куда уж сильнее:

— Ты ранена?

— Нет. Я порезала ладонь, чтобы привлечь его запахом своей крови, — ответила Таша. Амелия придвинулась к дочери и заглянула той в глаза, ища ответ на незаданный вопрос. Таша тихо сказала матери: — Я ранила его, но не убила. Мне надо уехать и завершить начатое.

— Нет, — прошептала Амелия, вцепляясь в руку дочери.

Таша ободряюще улыбнулась матери:

— Я сделаю то, для чего была рождена и вернусь.

Амелия крепко обняла её и прошептала:

— Я не открыла тебе всей правды, — Таша замерла, услышав это, страх сковал её душу. Она прислушалась к тихим словам матери: — Ты несешь в себе силу, чтобы убить его. А его сила проснулась, чтобы сделать тебя своей, — девушка не поняла, о чем говорит её мать. — Дракон жаждет тебя, потому что только ты можешь продолжить его сильный род, — Таша резко дернулась, осознавая услышанное. Амелия сильнее обняла дочь: — Я скрыла это от тебя, потому что ты была ребенком, на которого и так свалилось слишком многое.

Таша заглянула матери в глаза и кивнула, понимая её мотивы:

— Тогда я просто убью его раньше. И дело с концом.

Амелия тревожно закусила губу:

— Останься здесь, в стенах дворца. Ты будешь окружена защитой, так будет легче его убить.

— Нет, — отрезала Таша. — Он может разрушить полстолицы и многие пострадают. Я заманю его подальше отсюда и…

— Король, король, — послышались возгласы придворных дам.

Девушка резко обернулась и увидела Рональда, который застыл в дверях подвала, пронзая её напряженным взглядом. Таша обняла мать и шепнула:

— Я быстро, и глазом не успеешь моргнуть.

— Я люблю тебя, — ответила Амелия, опасаясь, что возможно последний раз прижимает свою дочь к груди.

— Я люблю тебя, — вторила ей Таша. Она разжала объятия и посмотрела на Миру: — Присмотришь за мамой, пока меня не будет?

— Хорошо, — кивнула девочка и снова глянула на Игона.

Таша улыбнулась:

— Тебе понравился мой друг? Это Игон, он останется с вами вместо меня. Он добрый и сильный, он вас защитит, — Игон хотел возразить, что пойдет с ней, но Таша пожала его запястье и попросила: — Останься здесь, прошу. Так мне будет спокойней.

Мужчина недовольно, но согласно кивнул и отступил. Таша сжала руку матери, простившись с ней нежным взглядом, и повернулась к мужу:

— Ваше величество.

Он подошел ближе и быстро оглядел жену, а потом взял за раненую ладонь и нахмурился. Король с минуту ничего не делал, а потом поднял королеву на руки и быстро вынес из подвала под обеспокоенными взглядами и шепотом напуганных женщин. Рональд унес жену наверх и усадил на софу в одной из гостиных комнат дворца. Он тут же отступил и спросил:

— Ты ничего не хочешь мне рассказать?

— Зачем? Ты и так все видел.

Рональд взъерошил волосы и отошел от жены, а потом снова повернулся к ней:

— Ты знала, что способна на такое?

— Да, с самого детства. Это мое наследие — магическая сила, которая способна убить дракона.

— Почему не сказала мне?

— Я никому об этом не говорила. Знала только моя мать и Торин, и то только потому, что стал свидетелем, как моя сила вышла из-под контроля.

Рональд насторожился:

— Она может выходить из-под контроля?

— Опасаешься, что я ненароком спалю твой дворец? — усмехнулась Таша.

— Прекрати, — раздражённо велел мужчина. — Твои ухмылки сейчас неуместны.

— Ты прав. На веселье сейчас нет времени. Я должна покинуть столицу и закончить начатое. Убить зверя.

— Нет, — отрезал Рональд. — Ты никуда не поедешь. Ты останешься здесь, под моей защитой.

— Не хочу ни в коей мере тебя задеть, но в данном случае ты не сможешь меня защитить. А я смогу защитить и тебя, и все королевство.

— Сказал — нет! — ярость бушевала в его взгляде. — Ты останешься здесь. И применишь свою силу, как применила раньше, на безопасном расстоянии от дракона.

Таша нахмурилась:

— Ты хочешь разрушить полгорода, чтобы потешить свое самолюбие?

— Что? О каком самолюбии ты говоришь?

Девушка не без труда поднялась на ноги:

— Тебя, как сильного правителя, задевает тот факт, что твоя жена оказалась сильнее тебя. И ты решил поиграть в строгого мужа, запрещая мне поступить разумно.

— Разумно? — прищурился Рональд. — Разумно будет остаться здесь, под защитой каменных стен.

— Ты что, не видел, он ломает каменные стены как деревянные щепки! Я разозлила его, вынуждая отступить, уверена, во второй раз он обрушит на нас всю свою мощь. Скажи мне, каким правителем ты будешь, если намеренно подвергнешь своих подданных опасности?

Рональд шагнул к ней, сдерживая ярость из последних сил:

— Подданные поймут, что я защищал их королеву.

— Я все еще не их королева, — резко ответила Таша, намекая на то, что их брак не свершился до конца этой ночью.

Она сделала это намеренно, чтобы разозлить мужа, и тем самым вынудить её отпустить. Рональд сразу понял, на что намекает Таша, и его взгляд подернулся льдом:

— Ты останешься здесь. Я твой муж и твой сюзерен, я приказываю, ты подчиняешься. Разговор окончен, — король отступил от неё и быстро выглянул в коридор. Он кликнул нескольких стражников и те вошли в комнату: — Глаз не спускайте с её величества. Она должна оставаться в этой комнате до дальнейших моих распоряжений. Если надо, я разрешаю применить силу и связать её. Все ясно? — Гвардейцы быстро кивнули королю и встревоженно посмотрели на королеву. Рональд обратился к жене, усмиряя гнев, он нежно коснулся её щеки: — Не делай глупостей, Таша. Я пришлю за тобой, когда ты понадобишься.

Король спешно покинул комнату, у дверей которой встали гвардейцы.

Конечно, королева не послушала короля и совершила дерзкий побег из дворца, с которым ей помогли её друзья. Риан, принесший Таше её воинскую одежду, тихо и быстро разобрался со стражниками, оставляя их лежать без сознания на полу гостиной. Орти усадил Ташу на боевого коня и вскочил на своего с намерением её сопровождать.

— Не дальше стен столицы. Это только мой бой, — сказала она. Орти недовольно кивнул, и Таша обратилась к Риану: — Согласишься ли ты принять на себя мое слово чести?

Это был один из древних обычаев свободных воинов: перед смертельным боем воин мог попросить друга выполнить за него обещанное, если он не вернется живым.

— Конечно, — ответил Риан. — Это честь для меня.

— Я обещала своей сестре Кирии, что сделаю всю возможное, чтобы она вновь увиделась со своей дочерью.

Риан торжественно пообещал:

— Я принимаю на себя твое слово чести и сделаю всю возможное, чтобы мать обняла свое дитя.

— Спасибо. До встречи, Риан.

— До встречи, Таша.

Таша благодарно ему улыбнулась и развернула коня, пустив того легким галопом по каменным мостовым опустевшей королевской столицы. У стен города она простилась с Орти:

— Скажи Торину и Ильме, что я люблю их.

— Сама скажешь, — буркнул воин.

— Конечно. Просто подумала, вдруг ты увидишься с ними раньше, — усмехнулась Таша.

— Будь осторожна.

— Я всегда осторожна, ты же знаешь.

— Знаю, — усмехнулся Орти. — Потому и говорю.

Девушка улыбнулась на прощание и незамеченной выехала за ворота столицы. Она низко пригнулась к своему коню и послала того в стремительный галоп навстречу главному бою в своей жизни.

* * *

Таша почувствовала дракона раньше, чем увидела. Воздух вокруг стал буквально вибрировать, и девушка придержала своего коня. Она медленно спешилась и бесшумно двинулась сквозь лес, осознавая, что, наверное, он так же чувствует её приближение. Но теперь Таша знала о своем неоспоримом преимуществе, она хотела убить монстра, а он её нет. Девушка вышла на небольшой пригорок у лесного озера и сразу увидела его — дракон лежал у воды, погрузив раненое крыло в ледяные волны. Его чешуя ярко переливалась на солнце, и Таша на мгновение залюбовалась этим прекрасным зрелищем, а в другое ощутила на себе его тяжелый взгляд. Она вскинула голову и впилась синими глазами в зеленые глаза с узкими зрачками. Время остановилось — два живых существа, наделенные равной магической силой, взирали друг на друга с любопытством и ненавистью.

Лучше бы она не смотрела в эти глаза, наполненные глубоким разумом и живыми чувствами, без этого Таше бы было легче убить дракона. Но сейчас она вдруг засомневалась, он не показался ей зверем. Дракон воспользовался её задержкой и в мгновение вскочил на лапы, а потом поднялся в воздух и завис прямо перед Ташей, размахивая огромными крыльями. Таша вскинула голову, любуясь его мощью, и медленно свела руки, освобождая свою силу. Дракон разгадал её маневр: он быстро приблизился и толкнул девушку в грудь когтистыми лапами. Таша отлетела на несколько метров и сильно ударилась затылком о дерево. Она сползла по шершавому стволу на землю, борясь с головной болью, которая взорвалась яркими искрами. Таша проиграла — темнота накрыла её.

Дракон встал на лапы и приблизился к девушке. Он встревоженно обнюхал её безвольное тело и облегченно фыркнул, ощущая сладкий аромат нежной кожи. Жива. Его ум кричал, что надо убить её, раз и навсегда обрывая страшную разрушительную магию ее рода. Но его сердце взывало к другому. Дракон сделал шаг назад, не слушая доводы сердца, и сузил глаза. Он приготовился выпустить столп огня и спалить дотла ту, которая была его единственной, ту, которая вросла в его сердце, ту, которая пробудила его силу. Но он замешкался, как и девушка минутой ранее, лишь на мгновение любуясь её красотой.

Это помешало сделать то, что должно.

Дракон отступил и отвел от девушки взгляд — он улетит и никогда не вернется, а её оставит в живых, она слишком молода, чтобы умирать. Он навострил уши, улавливая легкий шум её дыхания, и взглянул на девушку в последний раз.

Она была прекрасна. Его сердце пропустило удар.

А в следующее мгновение дракон быстро подхватил безвольное тело в лапы и взмыл ввысь, унося свою добычу в драконье логово, на многие-многие мили отсюда. Он проиграл битву. Сердце вышло победителем в схватке с разумом.

Дракон летел два дня и две ночи, останавливаясь лишь затем, чтобы проверить, жива ли девушка. Она ровно дышала, но в сознание не приходила — это было и к лучшему, без её криков страха и желания его убить путешествие прошло спокойней. На третий день он приблизился к родным землям, на которых не был уже очень давно. Дракон пятнадцать лет назад покинул это место в надежде, что вдали от дома его сила не пробудится в нем в полной мере. Но как оказалось, это были напрасные мечты, сила его магии не зависела от расстояния от родины, сила его магии завесила от хрупкой девушки, которую он бережно нес в своих мощных лапах. Дракон пролетел над лесом, в котором учился охотиться с отцом, спланировал над озером, в котором резвился, будучи ребенком, и обогнул высокую гору, на которую часто залезал на спор со своими младшими братьями. Отчий замок предстал перед ним во всем своем величии, и сердце стянула тоска — как же долго он не был дома! Дракон понял, что неимоверно скучал по своей прекрасной родине и был рад вернуться домой, наконец обретая себя настоящего.

Он спланировал над замком и люди начали выглядывать из окон, в изумлении рассматривая гордое существо, о котором слышали лишь из рассказов своих дедов. Дракон приземлился на песчаной площадке у замка, у самого обрыва скалы, о который бились волны океана. Навстречу ему выбежали его младшие братья Бран и Грэди и сестра Фимея, с восхищенными улыбками на устах, они очень выросли и стали совсем взрослыми. За ними появилась его мать Дебора, не сдерживая слез радости. Дракон вскинул голову, когда увидел своего отца Римана, который медленно вышел на крыльцо замка. Он совсем не постарел за те долгие годы, что они не виделись. Дракон шагнул вперед и медленно склонил голову в почтенном поклоне, перед своим отцом и главой их клана. Тот вскинул на сына гордый взгляд, а потом счастливая улыбка озарила его лицо:

— Мой сын вернулся! — вскрикнул глава клана, и радостные крики приветствия разразились со всех сторон. Отец быстро сошел со ступенек крыльца, рассматривая своего сына во всем величии его драконьей сути, и только подойдя ближе, заметил бессознательную девушку у него в лапах. Риман остановился и быстро вскинул на сына внимательный взгляд, задавая самый главный вопрос: — Это она?

Чешуя дракона пошла искристой рябью и через мгновения перед отцом стоял его сын, взрослый и сильный мужчина. Он осторожно удерживал юную девушку, которая была для него самым ценным в этом мире. Сын ответил:

— Да. Она пробудила мою силу.

Отец медленно кивнул:

— Неси её в дом, Дебора позаботится о ней. А я хочу услышать, как ты жил все эти годы вдали от дома.

Мужчина посмотрел на бессознательную девушку, которую нежно прижимал к своей груди и подумал, что обрел свою судьбу и истинное счастье. И, наверное, нажил большие проблемы.