40. София

– Покажи мне ещё раз снимок, милая, – попросил Данир. Мы только что вышли из больницы и сели в его машину. С нашим малышом всё было хорошо, поэтому я была в прекрасном настроении. Данияр ожил совсем недавно. Утром он ездил на кладбище к своей покойной жене, поэтому к врачу мы ехали в полнейшем молчании. На разговорах я особо и не настаивала, потому что мы были в ссоре с Данияром уже третий день. После того разговора о моём отце я затаила на него обиду. Он многократно пытался со мной помириться, но я была конкретно не в духе, поэтому у него ничего не выходило. Я поражалась его терпению. Уже бы сорвался и наорал на меня, что ли. Но он был спокоен, как удав, разговаривал со мной ласково, был нежен, и это бесило ещё больше. Порывшись в сумочке, я протянула Данияру снимок УЗИ. Он поднёс его к лицу, его губы вытянулись в счастливой улыбке. День, омрачённый годовщиной гибели его жены, начинал перетекать в более приятное русло. Невозможно было злиться на Данияра, когда он такой радостный. Я даже на мгновение забыла, что обижена, протянула руку и погладила его по щеке. – Как думаешь, это мальчик или девочка? – спросил он у меня. УЗИ не показало, какого пола наш малыш, поэтому мы с Данияром были вынуждены снова томиться в неведении. – Я хочу девочку, – капризно надула губы. На его шее всё ещё красовалось обручальное кольцо, которое сейчас выглядывало из-за расстёгнутого ворота рубашки, наткнувшись на него взглядом, я одёрнула руку, будто обожглась. Понимала, что нужно время, что для Данияра это кольцо несёт память, но от этого легче не становилось. – А имя ещё не придумала? На самом деле я втайне мечтала о сыне. Данияру нужен наследник, хватит ему и одной девочки – меня. Теперь меня раздражало то, что он так запросто принял дочь, даже мысленно не борясь за то, чтобы наш ребёнок оказался мальчиком. И имя мне позволит выбрать? Ему совсем всё равно? – Ещё нет, но назову дочку русским именем, – продолжила капризничать, надеясь хоть чем-то пробрать его. – Ладно, – спокойно кивнул Данияр. – Можно я себе оставлю? – спросил он о снимке. – Тебе вообще плевать, что ли? – не сдержалась я и разревелась как дура. – Что случилось, бәбкәм? – обеспокоенно спросил Данияр. Я даже сформулировать не могла толком, в чём, собственно, дело, поэтому просто ревела, пока он обнимал меня, пытаясь успокоить. – У меня есть для тебя подарок, – через некоторое время произнёс он, когда я перестала всхлипывать. Эти слова меня заинтересовали. Любопытство победило все обиды. Я быстро подобрала сопли и подняла на Данияра глаза. – Несмотря ни на что, у тебя сегодня праздник, малышка. Надеюсь, тебе понравится мой сюрприз, и ты перестанешь печалиться, – продолжил интриговать он. – Что за подарок? Где же он? – Поехали скорее домой, там и покажу, – важно заявил он. – Если плакать перестанешь. Боже, я понимала, что веду себя, как ребёнок, как долбанная истеричка. Данияр всё терпел, и я была благодарна ему безмерно. Какие же крепкие нервы у него. Не мужчина, а скала. К чёрту подарки. Лучший подарок – когда он рядом. Пока мы доехали до нашего посёлка, я успокоилась, коря себя за излишнюю чувствительность. Даже не знала, что умею быть такой эгоисткой и клевать мозги мужчине. Ему тоже непросто, а я, вместо того, чтобы его поддержать, выделываюсь. Ему нужна мудрая, спокойная жена, какой была Эльвира. Наверняка он нас сравнивает? Она была идеальной, а я кисейная, плаксивая барышня, которой не угодишь. Вдруг он передумает на мне жениться? Я бы уже, наверное, на его месте задумалась, стоит ли связываться с мозгоклюйкой. От мысли, что Данияр на мне не женится, стало не по себе. Я так глубоко ушла в свои мысли, что когда Данияр остановил машину, я не сразу поняла, где мы находимся. Он припарковался возле того самого дома, что я приглядела для покупки. – Неужели это то, о чём я думаю? – с изумлением воскликнула я, не веря своему счастью. – Понятия не имею, о чём ты думаешь, София, но я купил его для нас, – с улыбкой произнёс Данияр, доставая ключи из бардачка. Он протянул их мне, и я взяла связку дрожащей от волнения рукой. Значит, он не передумал? Его предложение о замужестве в силе? Не знаю, что меня больше обрадовало – покупка дома или осознание, что мы с Данияром всё-таки поженимся. – Пойдёшь смотреть? – Ещё бы! – встрепенулась я. Данияр помог мне выйти из машины, и мы пошли к дому. Он настоял на том, чтобы именно я отпирала красивые, резные ворота, а потом и массивную входную дверь. Мне было всё равно, что представлял дом изнутри. Ведь можно было сделать любой ремонт, какой только душе угодно? Тем не менее расположение комнат и их размеры мне пришлись по душе. Мебели не было, но я живо представляла, где именно у нас будет стоять диван в гостиной, и какого цвета шторы я повешу в нашей с Данияром спальне. У нас будет собственный дом! С ума сойти! – Здесь будет детская, – распахнул передо мной дверь Данияр, пропуская меня вперёд. – И две соседние комнаты тоже можно занять под детские. – Ты планируешь заселить детьми весь дом? – удивилась я. – Тебе идёт быть беременной. Будешь всё время так ходить, – пригрозил он, привлекая меня к себе. – Ах, тебе, оказывается, нравятся мои капризы? – Ты вся мне нравишься, София, – признался Данияр. – Я люблю тебя такой, какая ты есть. – Что? – не поверила ушам. – Я люблю тебя, бәбкәм, – повторил Данияр, глядя мне в глаза. – Тебя и нашего малыша. Я знаю, что со мной тяжело, потому и не жалуюсь. Я купил этот дом, чтобы сделать тебя чуточку счастливей. – Это было так прекрасно, что я снова расплакалась. – О, нет! София, проси, что хочешь, только не плачь! – взмолился Данияр. – С днём рождения, любимая, моё солнце, моя луна, моя жизнь! – Спасибо! Я так счастлива! – всхлипнула я. – Кажется, я знаю, как поднять тебе настроение ещё больше. Данияр подтолкнул меня к окну. Когда я упёрлась задницей в подоконник, накрыл мои губы своими. – Господи, как же я тебя хочу! – простонал Данияр, прервав на мгновение поцелуй. – Чувствуешь? – толкнулся бёдрами мне навстречу, вжимаясь твёрдым членом в моё бедро. – Измучила меня, чертовка. Теперь держись! В следующую секунду он задрал на мне платье, оголяя бёдра и попку. Поддев пальцами резинку моих трусиков, проник под ткань белья рукой, добираясь до складочек. Я едва не задохнулась от того, как мурашки табунами побежали по коже, разгоняя по телу жар. Каждое касание Данияра было волшебным. Я обмякла в его руках, растворяясь в его страстном поцелуе. Голова пошла кругом, груди стало тесно в лифчике. Я застонала, когда Данияр прижал меня второй рукой к себе, и моя грудь впечаталась в его. Между ног стало мокро. Пальцы Данияра легко заскользили по складочкам, задевая клитор, дразня, распаляя. Он ласкал меня до тех пор, пока я не начала поскуливать от нетерпения, буквально напрашиваясь на его член. Тогда Данияр с лёгкостью подхватил меня под попу и усадил на подоконник. Звякнула пряжка его ремня, потом послышался звук расстегнувшейся молнии. Трусики с меня даже не снял, просто отодвинул в сторону полоску ткани и осторожно толкнулся меж моих раздвинутых ног. Прелюдия была весьма короткой, но я не возражала. Вскрикнула от удовольствия, вцепившись в его шею, чувствуя, как Данияр туго заполняет меня собой. Инстинктивно опоясала его талию ногами, боясь соскользнуть с подоконника. Данияр не дал бы мне упасть, но так было даже комфортнее. В таком положении я была максимально раскрыта для него, и ощущения были запредельными. – Мин сине яратам*, – шептал Данияр мне в шею, покрывая её тысячей поцелуев. Я знала значение этих заветных слов, понимала Данияра, и от этого уже была на седьмом небе от счастья. Он двигался мощно, немного несдержанно. Врач в женской консультации заверила нас, что секс не несёт угрозы для ребёнка, вот Данияр, видимо, и разошёлся. Я пока мало о нём знала, как о любовнике, но сравнить уже было с чем. В прошлые разы он был более деликатным и аккуратным. Сейчас же он едва сдерживался, словно хищный зверь. Вбивался в меня размашисто, стукаясь бёдрами о мои ягодицы, шлёпая яйцами по ним, кусал шею, будто хотел оставить на мне отметины. Это чертовски заводило! В то же время я знала, что Данияр чётко чувствует грань, что он не слетит с катушек и не начнёт меня долбить, как больной, рискуя навредить ребёнку. Я доверяла ему полностью, растворившись в этом слегка безумном порыве. Я плавилась, как кусок тёплого сливочного масла в объятиях Данияра, и мои тараканы затихли. Отличный дом! Прекрасный подоконник! Нужно поскорее сюда переехать, господи! Член Данияра стал твёрже, давление усилилось. Как же сладко! Как остро! Меня швырнуло в другую вселенную, и я кончила, сокращаясь на стволе Данияра. Каждую клеточку затопило удовольствием, когда он извергся глубоко в меня, наполняя своей горячей спермой. Некоторое время стояли не двигаясь, приходя в себя. Данияр ласково тёрся носом о мою щёку, поглаживая по спине, а я просто кайфовала, обнимая его бычью шею, вдыхая его особенный запах, ставший родным. Только когда ребёнок шевельнулся, Данияр выскользнул из меня и поправил на мне трусики. – Растревожили маленького, – рассмеялся он, и в его глазах заплясали тёплые искорки. – Ух, как он недоволен! Прости, малышка, но я тоже люблю твою мамочку! – наклонившись к животу, произнёс Данияр, погладив его ладонью. Похоже, Данияр уже уверен в том, что у нас будет дочь? Этот здоровяк будет баловать её, уж я-то знала. Он будет великолепным отцом и достойным мужем. Его поведение показалось мне настолько милым, что слёзы навернулись на глаза. Я стойко сдержала их, чтобы не расстраивать Данияра. Мы только помирились, довольно с него на сегодня. *Мин сине яратам – я тебя люблю