Глава 21

Заработанные деньги были с честью отбиты, товар распродан, и от этого у меня на душе было радостно. Вряд ли отец Сильверстоун решится пожаловаться на меня. Разве нормальный человек подвергнет себя таким унижениям? Уедет тихонечко в свой приход и надолго забудет дорогу в Торнвик.

На обратном пути Банч с Роном рассказали, что покупавшие у них еду горожане интересовались таверной. Мужчины отвечали, как я им приказала: «В воскресенье открытие. На все блюда скидка, а напитки в этот день будут бесплатно».

Из безалкогольных я решила подавать лимонад, а также охлажденный компот из доступных ягод и фруктов. Вот и посмотрим в день открытия, зашел ли мой фаст-фуд жителям Торнвика. Это будет понятно по количеству народа.

Следующие три дня прошли в таком бешеном темпе, что к вечеру субботы я все делала на автомате. Ни думать, ни двигаться вообще не хотелось.

Мы купили самые дешевые скатерти на столы и самую дешевую посуду. Ничего, пока и так сойдет. Главное, что скатерти белоснежные, а посуда чистая.

– Я ни разу не видела скатерти в тавернах! – сетовала Дези. – Люди, они же как свиньи! Все изгадят! Не жалко тебе, Пенни?

– Мы должны отличаться от других таверн. Если придется стирать эти скатерти каждый день, будем стирать, – ответила я. – Что там с мойкой?

– Ох, Банч сказал, что она почти готова! – повариха покачала головой. – Это ж придумать такое… Мыли посуду в тазу, и нормально было… А теперь мойка какая-то!

– Зато как удобно, Дези! – воскликнула я. – Ты мне еще спасибо скажешь!

Когда Банч пригласил нас посмотреть на творение своих рук, я не смогла сдержать радостного возгласа.

– Боже, да она шикарна!

Мойку я задумала сделать после того, как печник сложил печь и мангал. Пришлось несколько раз объяснить Банчу, что именно мне нужно. Основание мойки слуга выложил из камня, внутрь поместил старый круглый таз с отверстием посредине. А над ним он подвесил бочку из-под вина. На которой имелся краник.

– Мы с Роном натаскали воды, Пенни! Можешь испытать ее! – Банчу не терпелось увидеть мою очередную реакцию.

Я повернула краник и на ладони полилась вода. Из мойки она вытекала в неглубокий канал, тоже выложенный камнем, а из него – в находящийся неподалеку овраг. Плюс к этому удобству я сделала моющее для посуды. Для него мне нужен был глицерин. Разделывая мясо, я срезала с него жир, после чего растопила в кастрюле. Потом приготовила щелочной раствор. Когда растопленный жир немного остыл, я смешала его с ним. Дальше нужно было добавить соль. Через какое-то время на поверхности смеси образовался густой сироп, а снизу осталась жидкость. Это и была заветная жидкость. Осталось натереть мыло, смешать его с теплой водой и, конечно же, добавить глицерин.

К открытию мы заранее заготовили булочки, лаваши, сделали фарш для котлет. Сварили лимонад и компот. Воскресенье будет непростым днем: я это чувствовала всеми фибрами души.

Когда за окном забрезжил рассвет, мне уже не спалось. Я спустилась на кухню, чтобы поставить воду для купания. Дези уже разожгла очаг, и на огне весело закипал чайник.

– Ох, волнуюсь я… – повариха громко зевнула. – Всю ночь не спала. Справимся ли?

– Должны справиться. У нас другого выхода нет, – я вспомнила, как мало осталось денег на хозяйстве, и почувствовала прилив сил и решимость добиться успеха. – Или останемся в нищете. Нельзя упустить шанс!

Дези лишь тяжко вздохнула.

Обмывшись и надев чистое платье, я вышла на улицу. Солнце медленно поднималось над горизонтом, пробиваясь золотыми лучами сквозь густую листву деревьев. Теплый ветерок колыхал траву, а в воздухе витал сладковатый аромат лесных цветов. Вокруг не было ни единой души. Звуки природы наполняли меня умиротворением, волнение покидало душу. Все будет хорошо. И никак иначе.

И в этот момент совсем рядом прозвучал тихий стон. Я напряженно застыла. Показалось? Нужно было взять с собой собак… Но Дези сейчас кормила их на кухне. Стон прозвучал снова, и я осторожно приблизилась к зарослям, за которыми точно кто-то находился. Может, это животное?

Я раздвинула ветви и охнула от неожиданности, увидев незнакомого мужчину. Он сидел, прижавшись спиной к дереву, и держался за плечо. Между его пальцев сочилась кровь.

– Господи, да вы ранены! – воскликнула я. Незнакомец вскинул на меня теплые карие глаза и шепотом сказал:

– Тише! Не стоит так кричать!

Я окинула его внимательным взглядом. Красивый шатен со смуглой кожей. Волосы мужчины, волнистые и слегка растрепанные, придавали его внешности легкую небрежность. На нем была простого кроя, но явно дорогая одежда: темно-синяя рубашка с широкими рукавами, заправленная в кожаные штаны, перехваченные толстым ремнем. Рядом лежал черный камзол с серебряными пуговицами.

– Вам нужна помощь, – я присела рядом и прикоснулась к его руке, прижимающей рану. – Вы позволите?

– Ничего страшного. Это всего лишь царапина! – проворчал незнакомец, но руку все же убрал.

Сквозь прореху в рубашке виднелась не смертельная, но довольно глубокая рана, которая ко всему еще и кровоточила.

– Я сейчас вернусь. Нужно промыть вашу… царапину, – я поднялась. – Иначе может пойти заражение.

– Надеюсь, ты не приведешь с собой пару крепких ребят? – усмехнулся мужчина и скривился от боли.

– Зачем? – удивилась я, а в голове промелькнула мысль: «Чего это он боится? Натворил что-то?». – Это не мое дело, как вы оказались здесь. Но помочь раненому я просто обязана.

– Добрая, да? – хмыкнул он, пристально рассматривая меня.

– Что в этом плохого?

Незнакомец ничего не ответил, прикрыв глаза. Я же развернулась и пошла к дому. Интересно, как этот человек оказался здесь? Кто его ранил?

Мне повезло: ни Дези, ни Гудвина на кухне не было. Я набрала кипяченой воды, а у мойки прихватила мыло и старую простынь, которую приготовили на тряпки.

Послышался кашель Банча, а потом их вялая перепалка с Роном. Нужно поспешить. Слугам лучше пока не знать о странном госте.

Когда я вернулась, незнакомец каким-то образом умудрился стащить с себя рубаху и теперь зажимал ею рану. Увидев меня, он усмехнулся:

– Я думал, ты ушла насовсем.

– Мне кажется, я достаточно ясно дала понять, что вернусь, – я поставила воду на землю. – Дайте мне промыть рану.

Мужчина молча подчинился. За все время, пока я обрабатывала плечо, он не проронил ни звука, мужественно перенося боль.

– Вот и все. Надеюсь, все скоро заживет, – я сделала перевязку и подняла на него глаза. – Как вы себя чувствуете?

– Уже намного лучше… – незнакомец вдруг криво улыбнулся. Его рука легла мне на грудь. – А ты хорошенькая девица…

Я схватила его средний и безымянный палец и резко потянула вниз. Мужчина вскрикнул, отпуская меня.

– Скажи спасибо, что не сломала. Убирайся с моей земли! – я резко поднялась и, выплеснув грязную воду из таза прямо ему в лицо, пошла прочь.