Глава 80

Графиня предложила мне остановиться в её доме, и я с благодарностью согласилась. В особняке леди Четтер мне будет безопаснее, чем в гостинице. Теперь осталось узнать о судьбе Брюса. Но я не имела понятия, как это сделать. Вряд ли у кого-то имеется такая информация. Возможно, он сам узнает о том, что произошло во дворце, и найдёт меня? На это и оставалось надеяться. От мысли, что с мужем может произойти что-то ужасное, больно сжималось сердце.

– Поверьте, леди Эджертон, герцог очень умный и смелый человек. Он стратег, – успокаивала меня графиня за вечерним чаем. – Король загнал себя в ловушку и, скорее всего, станет делать ошибку за ошибкой. Но волну, которая поднялась, уже не остановить. Я уверена, что его светлость знает, что делает.

Да, я тоже была уверена в своём муже, но от воли случая никто не застрахован. Даже самые сильные и смелые.

Дни в особняке леди Четтер тянулись медленно. До Рождества оставалось чуть больше недели. Мне ужасно хотелось вернуться в таверну, увидеть родные лица. Почувствовать тепло очага, вдохнуть уютный аромат своего дома. Простые человеческие радости казались для меня самой желанной наградой. Но пока это было невозможно.

Я старалась занять себя чтением, прогулками по заснеженному саду, но все мысли возвращались к мужу. Графиня, видя мое состояние, старалась развлечь меня светскими беседами, рассказывала истории о своих путешествиях, о своей авантюрной молодости. Но мне было не до этого.

Однажды ранним утром, когда за окном только начинало сереть тяжёлое зимнее небо, в дом леди Четтер прибыл посыльный. Горничная пригласила меня спуститься в холл. И, сжимая дрожащими руками концы тёплой шали, накинутой прямо на ночную сорочку, я быстро сбежала вниз. Неужели известие от Брюса?

Мужчина в тёмном плаще ждал меня, стоя у камина. В руках он держал запечатанное письмо.

Посыльный вручил его мне без лишних слов и в таком же молчании покинул дом. Быстро вскрыв конверт, я жадно впилась глазами в написанные строки. Это было письмо от моего генерала! Муж сообщал, что жив и здоров, находится в безопасном месте и скоро даст о себе знать.

Облегчение волной окатило меня. Я готова была расплакаться от счастья. Жив! Брюс жив! Теперь я могла немного успокоиться и ждать нашей встречи. Оставалось только верить, что она произойдет скоро.

Непроизвольно сжав пергамент в руках, я прижала его к груди. Супруг в порядке. И он всё знает о том, что произошло во дворце… Улыбка тронула мои губы впервые за долгие дни.

– Вскоре встретимся, – несколько раз повторила я шёпотом, словно заклинание. Эти слова давали мне надежду на то, что всё будет хорошо. Я должна быть сильной, должна дождаться Брюса. Ради него, ради нашего спокойного и счастливого будущего.

Вздохнув, я разгладила помятое письмо и спрятала его под шаль, ближе к сердцу. Это был мой секрет, моя тайна, моя маленькая победа в этой жестокой игре. И мой победитель скоро вернется. Я знала это.

Этим же утром, во время завтрака, слуга объявил, что прибыла вдовствующая герцогиня Эджертон. Я тяжело вздохнула, убирая с колен салфетку. Вот только тебя здесь сейчас не хватало…

Она влетела в столовую эдаким песцовым вихрем, неся с собой свежесть морозца и аромат сладковатых духов.

– Луиза, дорогая! Ты не представляешь, какие у меня новости! Брюс едет послом в Паланцию! – радостно защебетала свекровь, но тут её взгляд упал на меня, и она удивлённо протянула: – Пенелопа? Что ты здесь делаешь?

– Герцогиня гостит у меня, – леди Четтер поднялась навстречу графине. – Присоединишься к нам?

Свекровь швырнула шубку слуге и села за стол. Её лицо выражало крайнюю степень недовольства. Похоже, до неё ещё не дошли слухи о побеге генерала из тюрьмы.

– Так что ты говорила о Брюсе? – поинтересовалась графиня, и леди Эджертон с гордостью произнесла:

– Его Величество назначил моего мальчика послом в Паланцию! Я хочу попасть к королю на аудиенцию и поблагодарить! Наверняка меня примут с почестями! Возможно даже, что Вильгельм принесёт свои извинения за то, что подверг своего друга таким испытаниям! – потом свекровь посмотрела на меня и раздражённо спросила: – Где мой сын? Во дворце? Пенни, я ведь просила тебя не таскаться за ним хотя бы год-два…

– Прошу прощения, у меня разболелась голова, – я поднялась. Слушать свекровь у меня не было никакого желания. – Пойду прилягу.

Выйдя из столовой, я прислонилась спиной к дверям. Голова действительно начинала раскалываться где-то в районе затылка. От этой тупой боли к горлу подкатывала тошнота. Из столовой послышался громкий вскрик вдовствующей герцогини. Видимо, леди Четтер рассказала ей, как на самом деле обстоят дела.

– Это всё она! Это она виновата! Если бы Брюс не женился на ней, то ничего бы этого не случилось!

Я отпрянула от дверей и вышла на балкон. Мне срочно требовался свежий воздух.

В этот день свекровь я больше не видела. Она слегла с сердечной болью после полученных известий. Графиня вызвала доктора, который прописал успокаивающие порошки и полный покой.

От ужина я отказалась, так как неважно себя чувствовала. Лишь попросила, чтобы принесли чай в комнату. За стенами гудел ветер, пробирался в каминную трубу, поднимая снопы искр.

Переодевшись в халат, я присела у зеркала расчесать волосы и вдруг услышала крики и цокот копыт, доносящиеся с улицы. От тревожного предчувствия учащённо забилось сердце. Подойдя к окну, я осторожно выглянула из-за шторы. В темноте мелькали огненные языки факелов, громко ржали лошади.

Когда в коридоре раздались быстрые шаги, я чуть не задохнулась от волнения. Бросившись к двери, я распахнула её и почти упала в объятия Брюса. От него пахло дымом костра, лошадиным потом, но мне казалось, что это лучшие запахи в мире. Я подняла голову и посмотрела в потемневшие от страсти глаза мужа. Усталые, но полные нежности, предназначенной только мне. Даже отросшая борода не портила его.

– Ты пришёл… – прошептала я, не веря своему счастью. Брюс прижал меня к себе так крепко, словно боялся, что я исчезну, растаю в воздухе.

– Я всегда держу своё слово, – хрипло произнёс он, уткнувшись лицом в мои волосы. – Всегда.

Муж отстранился, держа мои плечи своими сильными руками. В его взгляде читалось столько всего: и любовь, и боль, и решимость защищать меня от всего мира. Он был моим рыцарем, моим спасителем, моим домом.

– Ты должна уехать из города. Здесь будет опасно. Собирайся прямо сейчас. В порту тебя ждёт корабль. Если что-то пойдёт не так, он доставит тебя в Паланцию.

– Я не могу бросить свою семью! – воскликнула я. – Нет! Это невозможно!

– Не переживай, я ещё вчера отправил за ними и за матушкой солдат. Скоро вы воссоединитесь.

– А ты? – спросила я, от волнения позабыв сказать, что вдовствующая герцогиня уже здесь.

– Я должен закончить то, что начал. Пути назад нет, – Брюс нежно поцеловал меня. А я жадно обняла его, стараясь запомнить каждую деталь: запах его кожи, тепло его тела, стук его сердца. Это могло быть нашей последней встречей.

Слезы текли по моим щекам, но я знала, что он прав. Оставаться здесь означало подвергать опасности и себя, и его дело. Собрав волю в кулак, я отстранилась.

– Обещай мне, что вернёшься, – прошептала я, глядя ему в глаза.

– Обещаю, – твердо ответил Брюс. – Чтобы ни случилось.